Чтение онлайн

— Так точно, — съёрничал я, — применяем военную хитрость, начинаем сражение с инопланетянами. Дальше, как говорил Наполеон: "Главное ввязаться в драку, а там будет видно".

— Ну-ну, — Маршавин поморщился, — не передёргивай! Есть ещё одно изречение к месту — "Свет понимания прогоняет призрак страха". А мы с тобой понимаем, что делаем и зачем. Так?

— Так, — немедленно согласился я и затем честно добавил, — но мандраж всё равно есть.

— Ничего не поделаешь, на войне, как на войне, — понимающе кивнул головой профессор, — и неважно, что эта — незримая. Умереть можно точно так же. Но есть вещи и хуже смерти…

После работы Татьяна пришла ко мне. Довольно поздно вечером и без предупреждения. Выглядела она уставшей и снедаемой какой-то внутренней тревогой. На мои шутки и подколки реагировала вяло. Выпила сока из апельсинов и яблок, сьела салатик, пару бананов и ушла в ванную. Я решил не навязываться потереть спинку и не приставать с расспросами. Пусть сначала искупается, глядишь, потом и настроение улучшится.

Прилёг на диване и стал продумывать "дезу" для мракосов по телефону. Когда позвонит Маршавин, речь должна быть уже готова в деталях. Тут важно будет не ляпнуть чего-нибудь экспромтом, необдуманно.

Говорухина купалась долго. Я даже начал беспокоиться, не уснула ли она там. Постучал, справился. Вроде, всё нормально.

Татьяна вышла только часа через два, с красными глазами, распаренным телом, пахнущая сложным букетом запахов шампуней и дезодрантов.

Она замоталась в полосатое банное полотенце, волосы обернула вторым, поменьше, сделав, что-то вроде тюрбана. Пристроилась рядом со мной на диване, включила телевизор и невидящим взором уставилась на экран.

Я не торопил события. Хочет мне что-то сказать? Пусть сама решает.

Говорухину надолго не хватило. Она размотала тюрбан, включила в розетку фен и начала сушить волосы, искоса поглядывая на меня.

Как бы между прочим сообщила

— Я сегодня была в женской консультации.

Уппс! Вот это номер! С чего её туда понесло?

Чувствую, мой внутренний критик тоже встрепенулся где-то в омуте сознания и ожидающе напрягся.

Озабоченно спрашиваю

— Что случилось? С тобой всё в порядке?

На мои нейтральные вопросы Татьяна, вдруг, реагирует неожиданно бурно. Она выключает и швыряет в угол дивана ни в чём не повинный фен, обхватывает голову руками и склоняется к коленям. Поза горечи и скорби. Кажется, она плачет…

Мне становится страшно. Что могло произойти?

Обнимаю её за плечи и разворачиваю к себе. Трясу.

— Рассказывай!

У Таньки дрожит подбородок, она всхлипывает

— Суки они все! Суки проклятые! Холодные гадины!

С трудом мне удаётся разговорить свою Багиру и узнать, что случилось.

Нет, женщины, это НЕЧТО! Спрашивается, что именно сейчас заставило её отправиться в женскую консультацию и попытаться записаться на обследование? Узнать заранее, нет ли каких проблем со здоровьем в её возрасте и противопоказаний, чтобы родить здорового ребёнка. Спрашиваю

— Ты что, беременна?

— Нет.

— Тогда зачем?

— Бо-о-о-юсь… Мож-жет быть, нуж-жно заранее на-чать го-то-вить-ся к беременности, леч-читься…

— Ну, ты мать, даёшь! Почему мне не сказала? Вместе бы пошли, раз тебе приспичило.

Удивляюсь, успокаиваю Татьяну, говорю разные банальные вещи и, вдруг, начинаю понимать. А ведь она молодец! Она ЗАРАНЕЕ думает о ребёнке, о том, что и как может для него сделать, пока есть запас времени! Мужчины проще относятся к процессу деторождения, оно и понятно. У них свои задачи и проблемы, у женщин — свои. Надо научиться друг друга слушать и слышать!

— Таня, кто суки? Кто тебя обидел?

— Да эти… гадины… из РАПСа…

— Какого РАПСа? И кончай плакать, пожалуйста! Снежные королевы не плачут! Они действуют!

Танька слабо улыбнулась, вытерла кулачком слёзы и начала рассказывать

— Ну, пришла я в консультацию. Говорю, хочу посоветоваться со специалистами по поводу предстоящего рождения ребёнка, обследоваться, узнать, есть ли у меня какие проблемы со здоровьем, за которые прямо сейчас браться надо, лечить. Какой образ жизни вести, что можно, а чего нельзя беременной?

— Ну, и…

— Вышли ко мне две какие-то холёные стервочки, накрашенные, ухоженные, на пальцах и в ушах золото, бриллианты. Под накинутыми белыми халатами, костюмчики — закачаешься! На шее — крупный жемчуг. Упакованы дамочки по высшему разряду. Только глаза — пустые и холодные, как у… — Таня задумалась на секунду, подбирая слова, — как у акул. Или змей.

— Ты их испугалась?

Говорухина фыркнула

— Не их. А того, что они понесли. Ты представляешь, они сразу же начали уговаривать меня сделать аборт! Они думали, что я беременна. Даже не спросили ничего! Мне показалось, что они так со всеми женщинами общаются. Будто отрабатывают задание!

Я удивился

— Ты что, серьёзно? Они ведь должны, по идее, сначала выяснить, зачем ты пришла, что тебя беспокоит. Так?

— Так, конечно! А эти акулы мне сразу же в два голоса запели: "Женщина, да вы что? Вам никак нельзя рожать! Вы очень плохо выглядите! В ваши годы надо быть осторожной, пользоваться контрацептивами, "залететь" сейчас — это опасно! Но не расстраивайтесь! Мы поможем вам избавиться от беременности, для того наш центр РАПС и существует, чтобы помогать несчастным жертвам мужчин!"

— Нет, ты представляешь? Я им ещё ничего не сказала, рта не успела раскрыть! А они давят. Та, которая постарше, жирная, с синими волосами, лет сорока, наверное, покровительственно так говорит: "Милочка, мы сейчас выпишем вам направления. Сначала оплатите счета в нашей кассе, потом, когда сдадите анализы, приходите. Мы вас быстренько и безболезненно избавим от всех проблем!" Я аж офонарела от такого натиска и деловой хватки. Тупо говорю, это вы мне что, аборт предлагаете сделать? Другая сотрудница, что помоложе, рыжая, костлявая, раздражённо шипит: "А вы, дамочка, зачем сюда пришли? Разве не за этим?"