Мажор
Шрифт:
– Тогда перестань ныть, быстро бери карандаш и рисуй мой портрет. Ну!
– Я не умею рисовать!
– несчастный сжал карандаш и сквозь проступившие слёзы начал выводить какие-то непонятные каракули, штрихи, овалы.
– А ты рисуй, как умеешь! Быстрее. Быстрее. Ещё быстрее. Давай, показывай.
– Выдернули лист из-под руки.
– Неплохо, неплохо, - похвалили начинающего художника.
– Конечно не Рубенс и не Готфрид. Но близко. Надо чуть поработать над моторикой и попрактиковаться в передачи теней. И будет замечательно.
– Так, - глаза деспота вновь стали колючими. – Теперь, быстро нарисовал по памяти портрет возницы. А за ним поручика. И не дай бог, не будут похожи на себя. Убью!
– Не могу, ваше сиятельство. Можна, я отдохну немного. Так, чуточку. Пальцы устали.
– Что?
– военный угрожающе потянул мольберт в свою сторону. Приподнял его. Замахнулся.
– Рисую, рисую, - рука несчастного заметались над новым листом.
***
Тяжёлое великолепие обеденного стола поражало. На тугой ослепительно белой скатерти холодно поблёскивали серебряные тарелки, середину стола занимала огромная хрустальная ваза, поддерживаемая резвящимися серебряными амурами. Два огромных позолоченных канделябра были поставлены по краям. Казалось удивительным, как стол не согнётся под тяжестью этих канделябров, тарелок, громадных блюд, наполненных всевозможными яствами и напитками.
– Ваше сиятельство, Кирилл Васильевич!
– жена губернатора обратилась к князю, когда основная часть обеда подошла к концу.
– Мы с мужем просим вас, une personne formte dans le domaine de l'art musical (Как образованного человека в области музыкального искусства. Франц.), послушать пение нашей дочери Лизы. Все знакомые восхищены её пением настолько, что я решила пригласить учителя из Москвы. И вот, второй год, плачу по семьсот рублей в месяц. И не жалею. Non, donc, jaimerais entendre les commentaires positifs dune personne tierce (Но, нам хотелось бы услышать положительный отзыв знающего человека. Франц.)
Вселенец, в ответ, склонился в поклоне.– Les grands dieux de lart, et nous sommes des pecheurs sur terre. (Велики боги искусства, а мы грешники на земле. Франц.)
– Я бы рад задержаться, но буквально сегодня утром получил секретную депешу из Министерства, с приказом незамедлительно начать строительство военного городка. Так, что прошу меня извинить, надо срочно бросать все дела и ехать нанимать рабочих, искать строительный материал, договариваться с подрядчиками, определяться с деньгами. Ах, если бы его превосходительство Иван Петрович, помог решить хотя бы несколько организационных вопросов.
– Из кармана достали листок. – По этому списку. То я с радостью останусь.
Лицо жены губернатора просияло довольной улыбкой…
– Хорошо, Кирилл Васильевич, что вы согласились. Я думаю, Иван поможет решить все вопросы. Даже те, которых нет в списке.
– Она строго свела брови и выразительно посмотрела на мужа.
– Поможешь?
– Конечно дорогая, - губернатор тут же из бойцового пса превратился в покладистого щенка.
– Немедленно передам в работу заместителю.
…..
Это было, что угодно, но только не пение. (Очень походило на звуки зубодробильной машины стоматолога).
Sur le pont d ’ Avignon, – сверлила дивчина, так что закладывало уши.
On y danse , on y danse, – бухало и стачало как в водопроводе.
Danse, danse, danse, danse...
(Строки из малоизвестной старинной французской песни.).
Едва дослушав до конца первый куплет, князь встал. И проклиная всех подхалимов, из окружения губернатора, решил сказать правду-матку о безобразном пении бестолковой, без голоса и слуха исполнительницы…
– Mon Chere, Марфа Васильевна. Вас обманули по поводу пения вашей дочери.
– Что-О!… крупная женщина, «генеральша в юбке», негодуя и пуская молнии из глаз, поднялась с места. Расправила плечи. Подняла тяжелые, пудовые кулаки.
– Кхм, кхм, - тут же поправился вселенец.
– У Лизаньки, прекрасный голос ангела, спустившегося с небес. Просто этот, paria irresponsable (Безответственный маргинал. Франц.), - указали на учителя. Портит, ваш драгоценный цветок, своими грязными, немытыми руками. Позвольте, мне, en tant que specialiste de haut niveau (Как специалисту высшего уровня. Франц,), совершенно бесплатно, за несколько минут, разучить с ней старинный малоизвестный романс. И вы сразу поймете, насколько я прав, услышав божественное пение вашего чада.
– Ах, ваше сиятельство… - голос мегеры подобрел. Брови опустились. Морщины разгладились.
– Если бесплатно и всего за несколько минут - то пожалуйста, будьте любезны.
Князь присел на стул рядом с «глухонемой». Достал платок и активно начал водить по нему пальцами. Потом попробовал что-то напевать, уговаривая повторять слова следом за ним. Взял гитару. Наиграл мотив. Под который девушка начала петь. И тут! На удивление всем! Вместо грубого, бездарного, безликого завывания граммофона, зазвучал приятный «Меццо-сопрано» с насыщенным грудным перебором...
Гори, гори, моя звезда
Звезда любви приветная
Ты у меня одна заветная
Другой не будет никогда
Ты у меня одна заветная
Другой не будет никогда
(Гори, гори, моя звезда. Музыка П. Булахова. Слова В. Чуевского)
И чем дальше пела ученица, тем сильнее, увереннее и красивее становился голос.
Когда затихли последние аккорды, растроганная, вся в слезах, мать, подбежала к дочери и начала горячо целовать своё чадо. Затем повернулась к князю.
– Кирилл Васильевич, голубчик, comme сest joli! Я не знаю, как? Но, то, что вы сделали – неповторимо! Вы, волшебник, кудесник, чародей!
– Марфа Васильевна. Ничего такого я не делал. У меня хороший музыкальный слух. И в отличие от tous les passants (Всяких проходимцев. Франц.) - кивнули в сторону учителя.
– Я могу определить какой тембр у вашей дочери. Так, что взял и подобрал песню, под её голос. А она исполнила. Между прочим, у вас тоже сильный и красивый «Контральто». Не хотите присоединиться к нашему пению?