Mayday

«У Скорпионов сегодня день наполнен неожиданными событиями и радостными встречами. Держите себя в руках, дорогие Скорпионы, плохое настроение проходит быстро, а сказанные в гневе слова ещё долго могут отравлять вам жизнь.»

Я сделал радио потише и продолжил одеваться.

Странный сон сегодня видел. Такой натуралистичный и живой, будто не сон вовсе. А было… Я стоял на пешеходном переходе. Перехожу через него раз тридцать за неделю, когда иду на работу. Солнечный день. Кажется, на наручных часах было около восьми утра. И чего я в такую рань вышел? У меня нет ответов.

В принципе… Это же просто сон, верно? Конечно! Я смеюсь из-за таких серьёзных рассуждений по совсем несерьёзной теме. Застёгиваю рубашку и поправляю воротничок.

Всего лишь сон, но я не могу перестать думать о том, как он закончился. Ещё в детстве я боялся, что меня собьёт машина. В сегодняшнем сне именно так и произошло. Машина была чёрная, легковая, самая обычная. Водитель… Я помню его перепуганное лицо. Как я вообще оказался на проезжей части? Кажется, меня кто-то толкнул.

Странный, странный сон.

Я допил остывший чай и надел пальто. Закрыл квартиру на два оборота ключа, вышел на улицу. Октябрь, а уже так холодно! Кутаюсь в воротник и шарф. Свежий воздух бьёт в лицо, я щурюсь от ветра.

Идти не близко, но я люблю пешие прогулки. Мой психотерапевт, доктор Карен Морган, говорит это полезно для здоровья и успокаивает. По пути я, как обычно, беру зелёный чай с жасмином в кофейне и завтракаю там же.

Большая очередь, но двигается она быстро. Однако, мне всё-таки не повезло – прямо передо мной стоит Ноэль Хольт. Мне хватает его ругани на работе. Издательство, в котором работает журналист, находится на этаж ниже офиса фармацевтической кампании. Я каждый день слышу, как он проклинает каждого сотрудника.

– Чего встал?! – обернулся Хольт и рявкнул на меня. – Слышал про личное пространство?! Шаг назад, живо!

– Это очередь. – невозмутимо ответил я. – Здесь все так стоят.

Не хочу портить себе настроение из-за какого-то писаки-психопата. Журналист открыл рот, чтобы выкрикнуть нечто гадкое и едкое, но его остановил зазвонивший смартфон. Хольт махнул на меня и всю очередь рукой и ответил.

– Доброе утро, Ада! – грубиян тут же подобрел и расплылся в улыбке как влюблённый по уши мальчуган. – Да, да, я уже скоро буду. Тебе латте, верно? Хорошо, до встречи!

Не знаю, кто эта Ада, но она спасла нам всем сегодняшнее утро. Хольт забрал два стаканчика с кофе и вылетел на улицу.

Спустя пару минут я тоже вышел. В правой руке у меня стакан чая, а в левой – ещё горячий сэндвич с сыром, ветчиной и каким-то зелёным соусом. Мне хватило пяти минут, чтобы всё это съесть и, наконец, почувствовать себя живым человеком.

Вот теперь утро действительно доброе!

Я остановился на пешеходном переходе. Том самом переходе, между прочим, из сегодняшнего странного сна. Я и ещё пара десятков человек ждём, когда загорится зелёный на светофоре. Машин не видно поблизости. Как ни удивительно, проезжая часть абсолютно пустая.

Вот уж странность.

Я нервничаю. Вытаскиваю руку из кармана пальто и мельком смотрю на наручные часы. Без девяти минут восемь. Не может быть! Я вышел из дома в семь сорок. Сверяюсь со временем на смартфоне – восемь двадцать семь. Похоже, у меня наручные часы встали.

Из-за угла появилась одна единственная машина. Водитель, похоже, куда-то опаздывает. Он стремительно прибавляет скорость, чтобы успеть пролететь на зелёный. Вдруг я чувствую удар в спину, будто позади меня кто-то поскользнулся и пытался удержать на ногах, и лечу прямо под колёса машины.

Я открыл глаза и, в ожидании какого-нибудь комментария, посмотрел на своего психотерапевта, доктора Карен Морган. Седовласая женщина положила ногу на ногу и сделала пару пометок в большой записной книжке.

– Раньше мне снился космос, – я поднялся с мягкого дивана и сел, – ну, иногда то, как работают внутренние органы. – сказал я. – Но не такое.

– Это сказывается стресс, мистер Ричардсон. – доктор Морган отложила записи на столик справа от неё. – Пьёте успокоительное, которое я Вам прописала?

– Конечно. – кивнул я. – Каждый день, утром и вечером.

Она многозначительно покачала головой.

– Скоро уже выходные. – начала психотерапевт. – Сделайте что-нибудь для себя. Вот, чего бы Вы прямо сейчас хотели?

– В бар. – уверенно ответил я после небольшой паузы. – Но не сейчас, а ближе к ночи. – я робко улыбнулся и, кажется, покраснел. – Ну, на крайний случай, можно и в ночной клуб пойти.

– Любите танцевать? – поинтересовалась Морган. – Или готовы наладить личную жизнь?

– Нет. – я слегка помотал головой. – Там много людей и много эмоций. Иногда мне нравится ходить по людным местам и наблюдать за людьми. Чувствовать себя… крупинкой Вселенной.

Я в очередной раз умолчал, что мне нравится сидеть в людных местах в самых тёмных и незаметных углах. Такие закутки дарят незабываемое ощущение – я кажусь себе таким огромным и неуязвимым. Больше и, наверное, сильнее всех людей. Я чувствую себя всей этой темнотой. Жутко и прекрасно.

Насчёт этих ощущений я всего раз проговорился доктору Морган. Я помню её взгляд до сих пор – удивление в сочетании с насторожённостью и чувством приближающейся опасности.