Маятник
Шрифт:
Идеальная ночь для нападения, с этим трудно было спорить.
— Подать мой болид! — скомандовал Ромка в мокрую пустоту.
— Погодные условия неблагоприятны для полетов, — отозвалась пустота механическим голосом.
— Выполнять. Сам знаю, что неблагоприятна.
Болид вынырнул из темноты и мягко опустился на газон, в двух шагах от мальчишки. Было… Было страшно.
— Буду импровизировать, — с мрачной решимостью произнес Ромка. — Проложить болиду курс к заводу Рыси, который мой личный проект.
— Расчет траектории невозможен. Школьный планировщик работает только на территории школы.
«Планировщик? А это идея!»
— Секретарь! — Ромка вытащил из кармана куртки своего личного планировщика и повесил его на шею, спрятав под куртку. — Создать задачу: полет к цеху, который является моим личным проектом. Полет будет осуществляться мной на болиде; все повороты, препятствия, объекты вокруг — словом, все важное озвучивать.
— Задача создана. На какое время ее следует поставить?
— Немедленно. — Ромка устроился на болиде, отметив про себя, что еженедельные тренировочные полеты не прошли даром — сейчас он чувствовал себя «в седле» вполне комфортно. — Командуй.
— Взлет, направление — северо-запад.
Последнее, что он разглядел, были две удаляющиеся фигурки у крыльца. Затем фигурок стало больше, похоже, Твир и Ози тоже решили присмотреть за лордом Кайлом в смутное время. Честно сказать, это было чертовски приятно, но вот они-то откуда узнали? Хотя да, Твир, Векки…
— Поправка, — сказал Ромка, посылая болид в темноту. — Направление давать относительно болида, командами «правее-левее» и «выше — ниже». У меня компаса нет.
— Выше.
— И звук погромче.
Болид был быстрой машиной, изначально его вообще задумывали как транспортное средство для охоты на драконов, обитающих в джунглях Зарры — соседней планеты, настоящего охотничьего рая. Потом, когда крупные драконы исчезли — угадайте почему, — на болидах стали устраивать гонки. Будь здесь Гарри Поттер с его квиддичем, он бы от зависти удавился.
Но были и минусы. Ни один нормальный человек не станет летать на болиде ночью да еще в дождь. Стоило Ромке чуть увеличить скорость, как стена дождя превратилась именно в стену — она давила, пытаясь остановить и утопить. В прямом смысле слова малолетнему гонщику элементарно было нечем дышать.
Пришлось экспериментировать с положением корпуса и головы, и в конце концов Ромке удалось найти нужную позицию — оказалось, что если лечь грудью на раму, то небольшой, чисто символический щиток, установленный на руле, отбрасывал воду, ну, большую ее часть, выше головы пилота. Смотреть… Смотреть все равно было некуда, зато можно было дышать, хотя и отплевываясь.
«Хорошо, что здесь экология. Вода чистая».
— Правее… Достаточно. Высота пятьсот шагов, рекомендуется подняться до семисот.
— То есть выше.
— Выше.
— Это ничего, что мы летим прямо в тучу?
— Цех, являющийся целью путешествия, расположен внутри грозового фронта.
— Кто бы сомневался. А щитов у болида нет?
— Проверяю… нет.
Болид несся сквозь дождь, постоянно норовя уйти в сторону от маршрута — его аэродинамика была рассчитана на менее плотную среду, а Ромка был всего лишь начинающим пилотом. Затем вновь заговорил планировщик, на этот раз голосом наставницы Азманты:
— Лорд Кайл! — глядите-ка, она взволнована. — Немедленно вернитесь!
— Я так и знал! — восторженно завопил Ромка. — Я так и знал, что вы меня пасете через эту хреновину!
Затем он захлебнулся и закашлялся.
— Что я делаю? Лорд Кайл, я вас прошу, там опасно!
— Извините, Азманта, — пробулькал Ромка. — Я должен. Там мой завод бомбить собираются.
Некоторое время наставница молчала. Ромка ясно представил, как она поджимает губы и хмурится. Момент истины. Что она сейчас скажет — такой она и человек.
— Я могу вам чем-нибудь помочь?
— Да. Как летать на болиде в дождь? И ночью?
— Скажите «болид» и «карта».
— Болид, — послушно повторил Ромка. — Карта.
И карта появилась — если бы не летящие в лицо струи воды, Ромка, безусловно, опять завопил бы от восторга.
Магия заменяла технологию и очень часто превосходила ее. Одним из случаев явного превосходства магии над технологией, по мнению Ромки, было использование «других глаз» — совершенно гениальной и совершенно безумной концепции, пришедшей из кай-ри. Кай-ри потом запретили, а вот «другие глаза» остались.
Что делает человек, когда он хочет что-то себе представить? Ну, например, бабочку? Есть, как утверждали учебники, два типа людей. Первые закрывают глаза и смотрят. Ими. Закрытыми глазами то есть.
Веки человека на просвет красно-бурые, и перед закрытыми глазами плавают точки. Человек первого типа находит группу точек, похожую на бабочку, и вот оно — графическое воображение. Довольно убого, но работает.
А вот люди второго типа использовали то, что в учебнике называлось «вторыми глазами». Им не нужно было закрывать глаза, потому что на воображаемую картинку они смотрели НЕ ИМИ, и они могли разглядеть каждый завиток на крыльях воображаемой бабочки. Их графическое воображение было совершенно.
Довольно значительная часть Ромкиного времени уходила на медитации-визуализации, и надо сказать, он уже достиг довольно большого прогресса. Но интереснее было другое. Магические приборы могли работать с «другими глазами» напрямую, и эффект не зависел от того, к какому типу, первому или второму, относился человек и насколько хорошо он владел визуализацией. Просто в голове у тебя появлялся 3D-дисплей, управляемый силой мысли. Вот как эта карта.
Она была трехмерной, яркой — при том, что эта яркость не мешала Ромке смотреть вокруг, и она была подобной. Словно на мир внизу наложили изображение этого же мира только без дождя и, если сосредоточиться, с названиями и расстояниями. Сейчас под Ромкой проплывали северные окраины Столицы, а дальше начинался лес и возделанные поля.