Чтение онлайн

Мать (словно окаменелая). Прекрасная смерть... Вот ты и добился, Рихард! Добился!

Иржи. Но ведь никто не виноват, мама! Я попробовал сделать одну штуку... Ну, а мотор подкачал. Я, собственно, сам не понимаю, как это произошло.

Мать. Мой Иржи... (Рыдая падает в кресло.)

Ондра. Не трогай ее. Пусть выплачется. (Становится возле нее.)

Отец (отводит Иржи в сторону). А что ты хотел испытать, Иржи?

Иржи. Поставить рекорд высоты, папа. С грузом. Полторы тонны.

Отец. А это имеет значение - такой рекорд?

Иржи. Конечно, папа. Например, в случае войны: держаться предельной высоты с максимальным грузом бомб.

Отец. Верно. Это не пустяк.

Иржи. Или просто для воздушного транспорта: ведь там, на такой высоте, уже нет ни ветра, ни туч. Это могло бы иметь огромное значение.

Отец. Ну, а до какой высоты ты поднялся?

И р ж и. Немного больше двенадцати тысяч метров. И тут у меня вдруг начал шалить мотор...

Отец. Это рекорд?

Иржи. Да, папа. По данной категории - мировой рекорд.

Отец. Прекрасно. Я очень рад, мой мальчик,

Иржи. Вот только... когда я рухнул на землю, получилась страшная каша. Наверно, альтиметр разбился. А жаль.

Отец. Почему?

Иржи. Теперь нельзя установить, что я достиг такой высоты.

Отец. Это неважно, Иржи. Лишь бы ты ее действительно достиг.

Иржи. Да ведь никто не узнает!

Отец. Но это сделано - вот что самое главное. А кто бы мог подумать! Такой всегда был шалун... Ну, поздравляю тебя, мой мальчик.

Мать (стонет). Иржи... Иржи.

Ондра. Мамочка, успокойся...

Отец. Не плачь, душенька. Игра была стоящая. Ну, право же, не надо плакать. У тебя будет еще столько хлопот с похоронами.

Иржи. Только не смотри на меня, мамочка, когда меня принесут, хорошо? То, что принесут, это... уже не я. Я - это тот, каким я был... и таким я навсегда останусь для тебя, не правда ли?

Мать. Почему ты не сказал мне, что хочешь подняться так высоко. Я бы тебя не пустила...

Иржи. Ну, что ты, мама! Я должен был сделать это.

Мать. И как это пришло тебе на ум, Иржи! Зачем тебе понадобился этот рекорд?

Иржи. Видишь ли, когда у тебя такая хорошая машина... Да нет, мамочка, ты этого не понимаешь! Ну, просто... так и тянет... Машина сама несет тебя ввысь...

Стук в дверь.

Отец (гасит лампу на столике перед своим портретом).

В комнате почти полная тьма.

Не терзай себя, милая!

Мать. Мой Иржи! Такой стройный, -красивый мальчик! Ради чего... ради чего...

Иржи (все более и более понижая голос). Ты этого не понимаешь, мамочка, ты не можешь это понять...

Стук в дверь.

Ондра (шепотом). Успокойся, мама. Будь стойкой.

Отец (шепотом). Прощай, моя милая.

Стук.

Мать (встает). Да!

Дверь открывается; в комнату освещенный врывающимся ярким дневным светом, на пороге, стоит К о р н е л ь.

Корнель. Прости, мамочка... я не хотел тебя беспокоить... но... мне надо тебе кое-что сказать.

Мать. Да...

Корнель. Нам только что сообщили... видишь ли... У нашего Иржи... что-то случилось с самолетом... Только не пугайся, мама. Ничего страшного...

Мать Да...

Корнель. Но Иржи... Мамочка! Ты уже знаешь?

Занавес

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Та же комната; к прежним предметам прибавился радиоприемник. Тони, сидя на корточках, возится с радиоприемником и вертит рычажок. Раздаются.звуки военного марша. Тони с недовольной гримасой поворачивает ручку. Раздается голос диктора.

Голос по радио. Внимание, внимание, внимание!

Тони. У тебя, брат, голос, как у нашего Корнеля.

Голос по радио. Призываем всех жителей соблюдать спокойствие и порядок. Предупреждаем, что никакие сборища и скопления народа на улицах допускаться не будут; в случае неповиновения полицейские отряды и воинские части при помощи самых решительных мер...

Тони. Бррр!.. (Вертит ручку; слышны тихие звуки далекой нежной музыки. Тони, сидя по-прежнему на корточках, отбивает такт руками.) Входит Корнель в полувоенной форме: сапоги, брюки-галифе, куртка с петлицами и нашивками.

Корнель. Брось, Тони. Ты же знаешь, мама не любит, когда кто-нибудь трогает радио. Это память о нашем Иржи...

Тони. Послушай, Корнель, как красиво!

Корнель. Да-да, но только сейчас не время для красоты. Выключи, Тони! Это действует мне на нервы.

Тони (выключает радио, но остается сидеть на корточках). Жаль. Это была заграница; не знаю только, какая станция. Мне кажется, играли... где-то на севере. З.вуки были совсем как снежинки.

Корнель. Тебе вечно что-нибудь кажется, (Закуривает папиросу и беспокойно ходит по комнате.) Как глупо, что я должен сидеть дома... (Смотрит на ручные часы.) Сейчас рабочие пойдут с фабрик. Может, начнется заваруха! Черт побери, ну как тут усидеть на месте! (Подходит к окну и прислушивается.)

Тони. Корнель!..

Корнель. Да?

Тони. Что с Петром?

Корнель. Не знаю. Арестован. Нечего ему было совать нос в эти дела.

Тони. Но ты ведь тоже суешься, Корнель...

Корнель. Да, но с другой стороны. Это- разница.

Тони. Почему?

Корнель. Мы - за порядок... и за благо нации. Ты этого еще не понимаешь, Тони. И будь доволен.

Тони. Но Петр тоже - за благо народа. А вы его арестовали.

Корнель. Потому что он понимал это благо иначе. Он думал, что нами может править этот грязный сброд. Покорнейше благодарю, хороши бы мы были! Они уж показали, на что способны: только грабить да мстить. (Мнет и ломает папиросу.) Это означало бы гибель родины.