Чтение онлайн

– Неужели нет другого отражения, через которое можно пройти?

– Нет, – отрезал Клод, кутаясь в плащ. – Сюда я пришел в первый раз, кстати, как и Балдур. Тут мы освобождаемся от оков родного мира, затем идем дальше. Повезет тому мастеру, кто родится здесь – сможет сразу переноситься в любое отражение, даже недоступное нам. Видишь тот холм? Нам туда.

– Если не ошибаюсь, проход на Землю в другой стороне.

– А ты наблюдателен! Но сначала мы запасемся оружием, чтобы остановить големов. Не возражаешь?

Этот мир был гораздо более расположен к гостям – ярко светило солнце, по небу плыли легкие облачка, а воздух дышал такой свежестью, что хотелось не только буднично наполнять им легкие, но и пить, смакуя, словно выдержанное вино. Клод принюхался.

– Недавно прошел магиэлектрический дождь. Присмотрись вон к тем цветам, тебе будет любопытно.

Артем послушно уставился на ярко-красные бутоны. Вскоре по одному прошла дрожь, внутри что-то щелкнуло и лепестки медленно раскрылись. Любимов ахнул – в капельках искрящейся росы на цветке сидело прелестное существо размером с наперсток; золотистые волосы ниспадали волнами и закрывали диковинное создание с головы до ног. Дунул ветерок, длинные ресницы на крохотном личике дрогнули и на Артема доверчиво уставились зеленые глаза-бусинки.

– Дюймовочка, – прошептал он.

– Да, на Земле раньше тоже жили лирии, Гансу повезло встретиться с одной, – сказал Клод. – Говорят, кто застанет рождение этой крохотули, тому всегда будет сопутствовать удача.

Взметнулись золотистые волосы, раскрылись и затрепетали полупрозрачные крылышки. Послышался переливчатый смех, словно встряхнули дюжину серебряных колокольчиков. Лирия поднялась над цветком, в последний раз удивленно взглянула на людей-великанов и рванула с места так быстро, что только в воздухе вжикнуло.

– Чудеса, да и только! – присвистнул Артем.

– В этом отражении много чего интересного, – хмыкнул Клод. – Как-нибудь мы вернемся сюда, а пока займемся делами насущными.

Артем ожидал, что они пойдут к городу, крепостная стена которого опоясывала ближайший холм, но Клод повел к реке. Они миновали рощу, где росли странные деревья с перекрученными стволами, которые словно ввинчивались в землю. Вышли на песчаный пляж. Тут и там валялись стволы плавника, Клод обследовал несколько и, видимо, остался доволен. Он раскрыл объемный рюкзак, на свет появился рулон веревочной сетки, газовый баллон и мешок кричаще-оранжевого цвета. Артем с интересом наблюдал за манипуляциями друга. Тот дернул какой-то клапан, раздался свист, и мешок превратился в надувной плотик. Вдев весла, Клод хлопнул по упругому резиновому боку.

– Ну что, порыбачим немного?

– Да запросто! – Артем зарекся уже чему-либо удивляться. – Вот только на кого?

– Кто для огня извечный враг? – спросил Клод, выгребая от берега. – Правильно, вода. Огненные элементали живут глубоко под землёй, но когда прорываются наружу, да еще и попадают при этом в океан, бурлит так, точно Господь забыл снять с плиты свой вселенский чайник.

– Я видел подводное извержение вулкана по телевизору, – кивнул Артем.

– Жалкое подобие! – фыркнул Клод. – Но не об этом речь. Я всё продумал – големы хотят применить римский огонь, а мы остановим их с помощью элементалей воды. Конечно, за океанскими нам не угнаться, те вырастают до нескольких миль в длину, а вот речных можно попробовать изловить.

– Каким образом?

– Хоть они и состоят по большей части из воды, но тягучие, словно сироп. Видишь, какая у этой сетки мелкая ячея и толстая нить? На время задержит. Мы тралим плес, быстренько вытаскиваем добычу на берег, а уж там морозим подходящих элементалей жидким азотом, чтобы не дергались, и укладываем в резиновый мешок. Всё просто.

– А ты когда-нибудь уже это делал? – спросил Артем.

– Нет, – смутился Клод. – Но мне рассказывал знакомый охотник-ильнар, а ему можно верить. Элементали предпочитают держаться середины реки, так что мы встанем меж тех двух островов.

Артем потихоньку выгребал против течения, благо тут оно было несильным. Бредень почти весь ушел под воду, Клод закрепил второй конец в проушину плотика – первый он раньше накрепко привязал к сосне на острове.

Вскоре по воде прошла легкая рябь, точно из глубины поднялся косяк рыбы. Веревка дернулась раз, еще, уже сильнее. Прямая нить поплавков превратилась в изломанную линию.

– Ага! – возликовал Клод. – Попались! Артем, правь к берегу!

Ветра не было, но рябь на воде превратилась в волны. Веревка дергалась уже безостановочно, глаза Вобера горели охотничьим азартом, и тут плот тряхнуло так, что весла вырвало из рук, а сам Артем чуть не вылетел за борт. Перед поплавками вырос полупрозрачный бугор, сетка натянулась дугой. Клод лихорадочно дергал узел, но тот не поддавался. Заскрипела сосна на острове. Бугор всё надувался, точно гигантский мыльный пузырь; Артем с удивлением заметил, как он приобретает черты акулы, которая вцепилась зубами в бредень и яростно треплет его, словно бульдог тряпку.

– Режь!

Клод услышал. Выхватив из кармана нож, он полоснул по веревке. Натянутый канат дзинькнул тетивой лука, плот освобождено закачался на волнах. Артем схватился за весла. Через несколько минут они – промокшие и уставшие – вывались на берег. Вобер достал из рюкзака фляжку и жадно припал к горлышку.

– Что это было? – хрипло спросил Артем.

– Элементаль-переросток, – пробулькал Клод и виновато добавил: – Ильнар о таком не рассказывал.

– Рыбалка отменяется?

– Давай для начала вытащим бредень, или что там от него осталось…

В отличие от людей, сосна с честью выдержала испытание на прочность. Вобер отвязал веревку и принялся вытягивать на берег огрызки сети. Артем отжал вещи, развесил их на кустах и, оставшись в одних трусах, решил развести костер, когда услышал:

– Есть бог на свете…

Сетка сияла прорехами, тут и там в ней запутались водоросли и коряги, а посредине набухал студенистый сгусток, в котором Артем без труда распознал родного брата того здоровяка, который чуть не испортил им всю рыбалку.

…Как доходчиво объяснил господин, шепот Арха продуцирует несложные иллюзии, которые маскируют владельца под доминирующий вокруг него цвет. Стоило голему подуть на лопасти миниатюрного артефакта, как тот засвиристел, оценивая обстановку и подзаряжаясь. Черное одеяние байкера превратилось в белый наряд паломника. Жак не преминул восхититься результатом:

– Ну, ты вылитая Белоснежка!