Чтение онлайн

Собеседница поджимает губы, укоризненно рассматривая меня. Если бы не её защита от моей силы и немедленное подчинение человека, который занимал кабинет до этого, я бы засомневался, что передо мной высокопоставленный сотрудник контрразведки. Больше похожа на обычную студентку. И если молодость можно объяснить процедурами, то вот мимику она похоже тренирует специально.

Пока мысли проносятся в голове, прощупываю её, пытаясь обнаружить артефакт защиты или зафиксировать ментальную броню. Правда пока безрезультатно.

— Боюсь, ты не совсем понимаешь ситуацию. Мы обрушились на департамент специальных операций, обвинив их в подготовке переворота. Надавили на “Сампатти”, убили немало гражданских. Под арестом сотни людей. И знаешь, что теперь выясняется?

Вопрос риторический, но я всё равно покачиваю головой. А опирается локтями о столешницу и продолжает.

— Наши собственные следователи начинают задавать вопросы. Часть документов, от которых отталкивались, оказалась поддельной. Переписки, служебные приказы, разнообразная бюрократическая мелочь. Другие основания денежных переводов. Мы выпотрошили одно из ключевых подразделений министерства безопасности, вырвав ему зубы. Представляешь, что будет, когда вскроется, что всё это было из-за ложной информации?

С трудом сдерживаю усмешку. Херовые вы какие контрразведчики, если повелись на такую разводку. Да ещё и устроили настоящую бойню в отдельном взятом ведомстве.

Зато теперь мотивы ведомства становятся более чем понятными. С одной стороны, у них есть министерство безопасности, которое считает военных контрразведчиков едва ли не заклятыми врагами и готово на всё. А с другой — те люди, что санкционировали всю эту херню. Без отмашки с самого верха, генералов не убивают. Да и крупнейшую финансовую корпорацию страны не громят.

Алейна же просто растворилась на просторах ФАС. И видимо сидящая передо мной девушка считает её чуть ли не единственной надеждой на спасение.

Развожу руками и начинаю медленно излагать.

— Я на самом деле не имею никакого представления, где она находится. После первого контакта, когда она доставила меня на базу, где проходит обучение, я её больше не видел.

Светловолосая девица вздыхает. Откинувшись в своём кресле, внезапно забрасывает ноги на стол.

— А чем ты там занимаешься на этой своей базе? Что за новая методика? Откуда она взялась?

Такой поворот беседы мне уже не нравится. Слишком опасно. К тому же я не знаю, какую версию ей изложила Алейна.

— Об этом лучше поговорить с координатором проекта, а не со мной. Я лишь обучаю людей и если честно, не слишком разбираюсь, каким объёмом информации владеют другие партнёры.

Девушка усмехается и подняв руку, чешет левую грудь. Специально пытается вывести меня из себя? Или это вбитый в подкорку стиль поведения, призванный сбить собеседников с толку?

В очередной раз пробую обнаружить её разум, но ничего не выходит. Не знаю, кто ставил ей защиту, но сделали это явно профессионально. Либо сама девушка является одарённым высокого ранга.

— Не слишком разбираешься, говоришь? А мне кажется, что ты очень даже неплохо всё понимаешь. И скорее всего отлично представляешь, что будет после того, как механика обучения окажется в руках этой стервы. Разве не так?

Какой-то слишком откровенный выходит разговор. Как по мне, совсем с перебором. Особенно, если учесть, что на мне с высокой долей вероятности установлен “жучок”, передающий все данные.

— Послушай, я просто пытаюсь выжить. Всё моё участие в делах Алейны ограничено исключительно подготовкой выделенной группы людей. Всего остального я не касаюсь.

По большей части это правда. Но судя по взгляду девушки, она в это совсем не верит. Хотя, мимикой она владеет великолепно — даже я не понимаю, какие эмоции настоящие, а какие ложные.

— Чтобы остаться в живых, нужно понимать, что происходит. Ты это знаешь, я это знаю, Алейна это знает. Общеизвестная истина, как видишь. Могу поспорить, на тебя сейчас навешана груда разнообразного отслеживающего дерьма. И скорее всего, она услышит этот разговор. Либо прослушивает его прямо сейчас, в режиме реального времени.

Спускает ноги на пол и снова немного наклоняется вперёд. Впивается в меня взглядом.

— Алейны, если ты это слышишь, тебе лучше выйти на связь. Иначе я просто сдам всё, что у меня есть, наверх. И посмотрю, как скандал о пяти тайных службах пожирает всех причастных. Ты может и выживешь, но вот прежней власти тебе не видать. Подумай, нужно ли это кому-то из нас? На мой взгляд, взаимовыгодное сотрудничество всё же более предпочтительно.

Да она в панике. Отлично себя контролирует, но на самом деле внутри наверняка истерика. Иначе точно не стала бы угрожать главе Первой службы раскрытием информации. На такое способны только те, над чьей головой и так занесён клинок. Потому как шансы этой девчонки выжить, только что упали до минимально низких значений.

Снова откидывается назад, задумчиво разглядывая меня. Наконец взмахивает рукой.

— Можешь идти. Если вдруг увидишь эту стерву, сообщи, что я хочу с ней поговорить.

Не вставая с кресла, уточняю.

— Чьё имя ей назвать?

Та слегка улыбается.

— Просто опиши мой наряд. Или скажи, что её ждёт для беседы та самая блондинистая блядь, что надрала её жопу в джунглях Вьетнама. Она сразу поймёт.

Занятный поворот событий. Если она говорит правду, то возможно никакой истерики и нет. Достаточно ввести в уравнение новую переменную, как самым вероятным появляется предположение, что девушка лишь использовала угрозу, как способ давления. Своего рода рычаг на странных односторонних переговорах.

Поднявшись, шагаю к двери. Когда берусь за ручку, сбоку слышится голос.

— Кстати. Это правда, что ты трахаешь почти всех женщин, с которыми встречаешься?

Застыв на месте, поворачиваю к ней голову, смотря с выражением немого вопроса и та снова забрасывает ноги на стол. Скрещивает руки под своей небольшой грудью.

— То есть я не в твоём вкусе?

Ещё одна провокация? Или она решили дать мозгу небольшую разгрузку перед тем, как я уйду.

Внутри на момент полыхает вспышка раздражения, быстро перерастающая в полноценную злость.