Чтение онлайн

Раз уж культивация так хорошо пошла, возможности я не упущу. Новый слой — это не только увеличение объёма, но и уплотнение доступной энергии, развитие качеств тела. Стану сильнее, глядишь, и выживу!

Старик Потий прекрасно разглядел, что случилось с тем парнем, который помог ему днём раньше. Хороший мальчишка, добрый, раз вмешался. Большая редкость среди практиков.

Себя Потий, как и большинство людей, тоже считал хорошим. Но выйти и помочь парню даже не подумал. Вышел только тогда, когда Волки убрались. Да и то выждал с полчаса, чтобы не нарываться лишний раз. Мало ли кто мог вернуться. Тем более какой смысл спешить? Парня давно убили, а тварь уже высушила тело.

Когда в темноте Потий отыскал парня, он глазам своим не поверил. Тот ушёл в грязь почти с головой. Одно только лицо сверху и виднелось.

— Это что ещё за новость?! — воскликнул старик, убедившись, что парень ещё дышит.

Твари его тоже не трогали. Их вообще не было. Будто разбежались и попрятались.

— Чудеса… — покачал старик головой. — Что бы это могло значить?

Нахмурившись, старик почесал пузо и отправился обратно в дом. В болоте жили грязевые пиявки. Славились они тем, что набрасывались на всё живое, высасывали энергию и кровь. Упасть в грязь для большинства практиков — верная смерть. Если задержаться и не иметь хорошей защиты. Чего уж. Старик, бывало, и сам избавлялся от тел, когда к нему пробивались особо настырные гости. Наглецы — отличный способ для подкормки тварей, чьим исследованием он занимался.

Но почему тогда они не жрут парня? Если бы тот помер, тоже бы высосали, а так… Странно и очень интересно.

Возвращаться в мир живых было мучительно больно. Я не знал, сколько времени провёл во внутреннем пространстве. Энергия шла и шла, поглощал её со всей доступной жадностью. Первый слой, второй, третий… После этого поток перестал расти, а потом и вовсе исчерпал себя.

Я же, измождённый, выпал оттуда и провалился во тьму. Думал, что умер.

Вместо этого темнота треснула, и я проснулся. Первым делом ощутив, что как горит лицо. По глазам резанула яркая вспышка. Я задёргался, но не смог пошевелиться, из-за чего испугался ещё сильнее. Не сразу вспомнил, что лежу в грязи, та плотно охватила меня и единственное, торчащее снаружи, — лицо. Солнце стояло в зените, из-за этого кожа обгорела, отсюда и ощущение жара. Губы потрескались, во рту пересохло так, что сглотнуть не смог.

Зато я был жив! Правда, моё положение по-прежнему оставалось неопределённым.

Солнце заслонили облака, стало полегче. Глаза привыкли, и я вдруг увидел, что нахожусь здесь не один. Знакомый старик смотрел на меня с большим интересом.

— Парень, не знаю, как ты пережил ночь, но знаю, что это отличная новость! — воскликнул он, заметив мой взгляд.

Я что-то прохрипел в ответ, но сделал лишь хуже. Горло продрало болью, а лицо, казалось, покрывала сплошная корка, которая треснула, причиняя дополнительные страдания. Старик наклонился и плеснул мне в рот воды из фляги. Присев, он ещё и лицо обтёр, но сделал лишь хуже.

— Старший… — заговорил я, когда он закончил. — Не подскажете, как отсюда выбраться?

— Попробуй двигаться медленно, а я пока схожу за верёвкой.

Попробовал. Я уже пытался дёргаться, но грязь держала не хуже камня. Расслабившись до предела, повёл рукой совсем уж мягко, и неожиданно начало получаться. Только это привело к тому, что я погрузился ещё на несколько сантиметров. Руку смог приподняться, но грязь добралась до губ. Замерев, прекратил эксперименты. Не хватало ещё захлебнуться так близко от спасения.

Вскоре старик вернулся с веревкой.

— Дилемма, — задумался он. — Как тебя вытаскивать-то?

— Сможете мне голову приподнять? Тогда я руку освобожу.

— Давай попробуем, — неуверенно произнёс он.

Старик наклонился надо мной, просунул пальцы под голову, потащил и… резко одёрнул руку.

— Вот твари! — бросил он раздражённо.

— Старший? — заволновался я, ощутив, как рядом что-то шевелится.

— Пиявки, — ответил он. — Здесь этих тварей много.

Душевного спокойствия это мне не добавило.

— Ты не нервничай, — посоветовал старик. — А то они и наброситься могут.

Я с шумом задышал. Сложно не нервничать, когда говорят, чтобы не нервничал. Пока я занимался самоуспокоением, старик умудрился сноровисто продеть верёвку мне под шею, поймать и откинуть в сторону пиявку, которая гневно запищала, а также затянуть верёвку узлом. После чего мой спаситель (в чём я на секунду усомнился), отошёл назад, наверное, к дороге, и начал тащить.

— Тянуть буду медленно, — крикнул он. — Постарайся высвободить руки, тогда легче пойдёт.

В час по чайной ложке — это про моё освобождение. Старик тянул и не давал моей голове уйти вниз. Я пытался нащупать баланс и вытащить конечность. Стоило чуть надавить, упирался в стену. Расслаблялся — и по чуть-чуть процесс шёл. Наконец высвободил правую руку.

— Всё, устал, — выдохнул старик, утерев пот с лица. — Давай сам, а то сил не хватает, треклятый возраст, — чертыхнулся он.

— Спасибо, старший, — выдал я из вежливости.

А сам подумал, что точно здесь сгину — выбраться отсюда самостоятельно нет шансов. Так оно и вышло. Сгинуть не сгинул, но провозились мы не меньше часа. Я то обратно в грязь проваливался, то выбирался. Сложнее всего с ногами оказалось. Вытащить их удалось, когда до берега добрался. И ведь нас многие видели. Проходили мимо, глазели, но никто помощи не предложил. Я тоже не просил, здраво опасаясь, что скорее обратно закинут, чем помогут.

Третий день здесь, а жестокости людской на год вперёд нахлебался.

— Фух… — прогнулся в спине Потий, когда я до берега добрался. — Так и помереть можно… — хлопнул он себя по животу. — Тебя как звать, парень?

— Эл, — ответил я, тяжело дыша.

Спасение все силы отобрало, а потом ещё сверху потребовало.

— Просто Эл? Из какой ты семьи? Клана, школы или секты?

— Я сам по себе. Просто Эл, — ответил, надеясь, что старик не будет слишком настойчив.

— Как знаешь, — ответил он спокойно. — Можешь звать меня старик Потий.

— Рад познакомиться.

— Хо-хо! А уж я-то как рад встретить настолько везучего парня!

— Спасибо вам, старший, — встав, я глубоко поклонился. — И за ту подсказку тоже спасибо!

— Со змеем разобрался? Или не было его? Иногда приходит такой, водянистый, — спросил он как бы невзначай.

— Мы не мешали друг другу.

— Не мешали? Это как? — нахмурился он.

— Я…

Захотелось почесать макушку, но я был весь в грязи и любое движение причиняло боль.

— Он сидел в пруду, я медитировал.