Чтение онлайн

– Но палочки – это простые артефакты, в отличие от твоего протеза.

– Это ты так говоришь, а как по мне – артефакта проще и не придумаешь. Да любой, у кого только половина левой руки, знал бы, что делать с этой штуковиной.

– Посмотрите-ка на него! – воскликнул Содар. – И кто кого здесь учит?

Аннев отвесил наставнику шутливый поклон.

– А можно использовать магию без глифоречения, заклинательного песнопения или ворожейного ремесла?

Содар фыркнул:

– Только если ты кеокум.

– Я не кеокум.

Содар рассмеялся, и даже на хмуром лице Аннева появилось подобие улыбки.

– Не кеокум. А еще ты не огр и не дракон. Впрочем, известно несколько случаев, когда… – Тут он пристально посмотрел на Аннева. – Попробуй-ка еще раз, только теперь не думай ни о магии, ни о клинке. Про глиф тоже забудь. Представляй себе лишь то, что ты ждешь от меча.

От досады Аннев прикусил щеку.

«Ну здорово. Теперь он считает, что я кеокум – тварь, рожденная из Кеосовой длани».

Он тряхнул головой, прогоняя эту нелепую мысль.

«И чего он привязался? Моя рука – обычный артефакт, и никаких способностей к магии у меня нет».

Аннев взглянул на Содара, собираясь все ему высказать, но осекся, увидев странный блеск у старика в глазах.

Он вздохнул. Что ж, так и быть, но это последняя попытка. Аннев приосанился, расправил плечи, чувствуя, как перекатываются под кожей мышцы. Потом впился взглядом в кусок дерева и, вспомнив надежду в глазах Содара, ощутил, как внутри загорелся крошечный огонек, и тревога сменилась решительностью.

«А вдруг и правда получится? Это ведь всего лишь деревяшка. А деревяшку разрубить я точно могу. Одар всемогущий, да у меня же в руках меч, в конце концов! А мечи для того и предназначены. Да я каждый день рублю дрова, а это, считай, то же самое».

Аннев поднял оружие и окинул хворостину уверенным взглядом.

«Это кусок дерева. А я – клинок. Я повелеваю этим мечом!»

Он моргнул, опустил меч… и снес целый угол стола.

– Боги!

Содар перевел взгляд с искалеченного стола на треугольный кусок дерева, валяющийся на полу, а затем на Аннева, в лице которого не было ни кровинки.

– Я… Я не хотел… – пробормотал юноша, уставившись на пустое место, где еще секунду назад находился угол мощной дубовой крышки.

Содар был поражен ничуть не меньше.

– Нет-нет, все хорошо. Точнее, даже не хорошо, а потрясающе! Это же стол из цельного куска дуба! Не припомню, чтобы клинок когда-либо становился таким острым.

Содар внимательно осмотрел деревянный треугольник.

– Давай еще раз.

– Что?

– Попробуй снова, Аннев. Но теперь… – Умолкнув на полуслове, он направился в сарай, а когда вернулся, в руках у него был огромный камень. – Теперь рассеки камень.

– Это невозможно.

Содар положил камень у его ног.

– Нет ничего невозможного.

На лице старика сияла восторженная улыбка.

– Давай.

Аннев задумчиво глядел на камень. Получится или нет? Если получится – то ли еще будет… Его вдруг охватило воодушевление, какого он никогда раньше не испытывал на уроках магии.

– Ладно.

Содар улыбнулся еще шире. Аннев снова занес меч и, медленно опуская, представил себе, как клинок проходит сквозь твердую породу. Он задержал меч в нескольких дюймах от поверхности камня и сделал глубокий вдох.

– Только не спеши. Вспомни, что ты чувствовал в прошлый раз; это была сила кваира, самой души воздуха и воды. Позволь ей проникнуть в камень – но не торопись. Просто чувствуй магию.

Аннев выдохнул, опустил меч… и клинок со звоном скользнул по булыжнику, не оставив на нем ни царапины. Юноша, насупившись, взглянул на Содара. Священник замахал руками:

– Забудь все, что я только что сказал, и делай так же, как в первый раз.

Аннев фыркнул, но послушал старика. Он представил, что клинок – это часть его самого, продолжение его воли, и начал медленно опускать меч. Когда сталь почти коснулась камня, на его поверхности проступила тонкая полоска. Содар удивленно охнул, и Аннев замер.

– Продолжай, мальчик, но пусть меч остается неподвижен – позволь магии сделать свое дело. Отыщи ее внутри себя. Прими ее. И пусть она станет продолжением твоего клинка.

Слова Содара нашли отзвук в его душе. Пристально глядя на камень, Аннев почувствовал, как внутри пробуждается нечто, какая-то сила, о которой и говорил Содар.

«Я меч. Я воздух и вода, свет и огонь. Я земля и кровь земли».

Он ощутил странное покалывание во всем теле, по левой руке растеклось тепло. Он держал меч неподвижно, думая о том, как клинок проходит сквозь камень…

И булыжник развалился на две части.

– Посох Одара! – воскликнул священник, тяжело опустившись на стул. – Далта вернулись!

– О чем это ты?

– Ты разрубил камень, даже не прикоснувшись к нему! Даже я так не могу – и никогда не мог.

Священник подобрал куски камня, на полу под которыми обнаружился разрез почти в дюйм глубиной.

– Но как это вышло? – спросил пораженный Аннев.

– Клинок позволяет своему владельцу сжать воздух, превратив его в часть лезвия. Лично у меня эта часть получалась в волос шириной, но для сражения этого было вполне достаточно. Меч становился необычайно острым, хоть и не настолько, чтобы разрезать камни. А ты, судя по всему, умудрился сделать лезвие на целых шесть дюймов шире! Невероятно.