Чтение онлайн

– Вот оно что. – Тосан потрогал лежащие перед ним уши. – А ведьма? Ты принес какое-нибудь свидетельство того, кто она, или доказательство ее смерти?

Аннев снова замешкался, стараясь припомнить, есть ли у него то, о чем говорит Тосан. Он уже собирался сказать «нет», как вдруг на ум ему пришла золотая пластинка, спрятанная в нагрудном кармане. Он вынул ее и положил рядом с ушами.

– Я нашел это неподалеку от места, где мы встретили ведьму. Если вам нужны еще доказательства, то можете отправить кого-нибудь в Чащу за ее костями.

Тосан поднял пластинку и взвесил в руке. Потом закрыл глаза и осторожно ее ощупал. Когда он снова открыл глаза, в них читалось искреннее потрясение.

– Это же артефакт.

– Что?

Древний осмотрел пластинку со всех сторон и проверил пальцем край.

– У этого предмета магическая аура. Назначение его… мне не ясно, но создавался он явно с недобрыми намерениями. Эта вещь почти что живая. Удивительно, как ты сам этого не почувствовал.

Аннев постарался вспомнить, испытывал ли он что-то особенное, когда держал пластинку. Если и присутствовали какие-то необычные ощущения, то, скорее всего, он списал их на собственные врожденные способности. Однако злонамеренности, о которой говорил Тосан, он совершенно точно не почувствовал. А это весьма и весьма странно, учитывая, какие ужасные видения посетили его два дня назад, когда он всего-то прикоснулся к жезлу исцеления.

– У меня не нашлось на это времени, старейший Тосан. Там были и другие металлы, но я взял только золотую пластину.

– Отлично. Служитель, тебе известно, что необходимым условием для получения титула аватара является успешное прохождение Испытания суда. Но знаешь ли ты, как аватар становится мастером?

– Я всегда думал, это случается тогда, когда древние решают, что он к этому готов.

– Отчасти так оно и есть. Но аватар должен выполнить два условия. Первое – доказать свое мастерство. А это значит – добыть артефакт и доставить его в Академию в целости и сохранности.

– А второе? – занервничал Аннев.

– Доказать свою верность. Аватар должен уничтожить какую-либо цель. Обычно это нечто, что представляет угрозу для Шаенбалу или Академии.

– Вы имеете в виду – кого-то убить?

Тосан вздернул бровь:

– Для тебя это уже, должно быть, сущий пустяк.

– Ну да, – ответил Аннев без особой уверенности.

В конце концов, торговца он так и не убил, а Кельгу, строго говоря, прикончил Крэг. Единственный, с кем он расправился собственноручно, – тот черноголовый феурог, но Аннев так и не решил для себя, считается это убийством человека или нет. При мысли, что ему снова придется убивать, Аннев нервно сглотнул, пытаясь протолкнуть подкативший к горлу ком.

– Признаюсь тебе откровенно, Айнневог: я был уверен, что ты попытаешься как-нибудь выкрутиться, лишь бы не выполнять моего задания… однако я ошибался. Ты убил торговца и оказал мне неоценимую услугу, уничтожив Кельгу.

– Значит, я справился? – с надеждой спросил Аннев. – Теперь вы дадите мне титул аватара?

Тосан нахмурился:

– Я что, недостаточно ясно выразился? Аватаром суда тебе не быть.

Аннев почувствовал, как горло сжало невидимыми тисками. Опять. Едва он вплотную приблизился к заветной мечте, как ее вновь у него украли, в самый последний момент изменив правила игры…

– Я не могу сделать тебя аватаром, – спокойно продолжал Тосан. – Потому что ты уже прошел Проверку мастерства и Испытание верности. – Он показал рукой на золотой артефакт и жуткий трофей. – Артефакт будет помещен в Хранилище.

Тут Тосан дернул за красный шнур – один из шести, свисавших вдоль стены, – и где-то в коридоре тонко зазвенел колокольчик. Потом древний дернул за коричневый и черный, но на этот раз никакого звона Аннев не услышал.

– Аннев, ты выполнил все необходимые условия и потому получаешь более высокий титул.

Брови Аннева поползли на лоб, а глаза расширились. Спазм в горле прошел, зато сердце забилось так, будто норовило вырваться из груди.

– Более высокий титул? – тупо повторил он, уверенный, что ослышался.

Вместо ответа старейший из древних выдвинул ящик стола и начал выкладывать на стол прямоугольные монеты, формируя из них башенки. Вышло шесть столбиков медных щитков и два – серебряных посохов. В конце он добавил один золотой лучик.

– Четыре дюжины щитков, дюжина посохов и один лучик. Когда аватар становится мастером-аватаром, он получает сумму в размере одного солнца для оплаты всех расходов, связанных с миссиями. Кроме того, на эти деньги он может купить оружие либо выковать его на заказ.

Аннев, разинув рот, перевел ошалелый взгляд с монет на Тосана. Все происходящее казалось каким-то сказочным сном.

Тосан поднялся из-за стола и, подойдя к Анневу, положил руку ему на плечо:

– Эти деньги твои, Айнневог. Прими их вместе с моими поздравлениями. Теперь ты мастер-аватар.

Аннев и опомниться не успел, как в кабинете возник Карбад со своим толстым журналом, чтобы вписать туда его новую должность – мастер печали, – которая оставалась свободной с тех пор, как возвели часовню и Содар появился в Шаенбалу.

– Он это заслужил, – сказал Тосан, отвечая на вопрос Карбада о причинах столь стремительного повышения обыкновенного служителя. – Одар свидетель, мальчик доставил мне немало хлопот, однако он прекрасно осведомлен в вопросах религии, а мы с Джериком займемся его дальнейшим образованием. Впервые за десяток с лишним лет храм Академии вновь откроется для прихожан, а когда Айнневог заслужит их доверие, то, бесспорно, будет справляться со своими обязанностями не хуже мастера Флинта.

Потом Карбад подхватил Аннева под руку и помчался с ним к мастеру Брайану, управляющему.

Мастер Брайан был семи футов ростом и широк в плечах, а половина его лица заросла густой черной бородой, однако под этой суровой внешностью скрывался жизнерадостный балагур.

– Мастер печали? – загрохотал он, ухмыляясь от уха до уха. – Вот так новость! То-то твой друг Титус обрадуется! Он тут весь день про тебя спрашивает.

Со вчерашнего дня Титуса назначили ему в подмастерья.

– Он и Карбаду будет помогать, – сказал Брайан, доставая новую форму для Аннева. – Мальчонка чудно ладит с цифрами. А как он с животиной управляется! Меня и на конюшни-то не хватает, что уж там говорить про псарни да голубятни, а ему – в радость. Он сейчас как раз с птичками возится.