Чтение онлайн

Я спросил Рыбу: найти меня ему велели в подземелье или это его собственная инициатива?

Оказалось — собственная. Я сделал роду Меченой Рыбы много хорошего, и потому он тоже хочет избавить меня от беды. Однако, если бы там, в подземелье, ему приказали привезти меня силой, он не посмел бы противиться. Хоть мы и друзья. Пусть даже я не соглашусь и убью их всех.

Но там… Там было страшнее, чем умереть. Очень страшно.

И это притом, что на Меченую Рыбу и его родичей дознаватели не сердились.

Что же будет с тем, кто вызовет гнев обитателей подземелий?

Представить невозможно! Так что лучше бы я…

— Погоди, — прервал я его увещевания. — Я всё понял. Если хочешь мне помочь, просто расскажи мне о тех, кто живет внутри горы.

Меченая Рыба затрясся. Это очень неприятное зрелище, когда крепкого сурового мужика колотит от иррационального страха.

Я понял, что ничего путного не узнаю.

Будь у меня хотя бы десятая доля Дара, я бы сумел вытянуть из сознания Рыбы даже то, что это сознание постаралось упрятать подальше.

Но — не стоит жалеть о невозможном.

Интересно, а меня эти подземные жители сумели бы так перепугать?

Нет, экспериментировать не будем. Во всяком случае до тех пор, пока мой дух не обретет хоть часть былой силы. А сейчас попробуем использовать мозги.

Как бы я поступил на месте здешних властей?

Допустим, я наткнулся на некую колонию, беспечную и неагрессивную, но обладающую неслабым потенциалом. Допустим, я решил от этой колонии избавиться. И воплотил решение в жизнь. А дальше? Кто гарантирует, что на мою решительную голову не свалятся разобиженные и на сей раз весьма агрессивные родственники убитых?

Нет уж! Приняв столь жесткие меры, местная власть (если она не состоит из самоуверенных тупиц) просто обязана разобраться: откуда взялись странные пришельцы?

Допустим, я некто, Великий и Ужасный, способный расправиться с восстановившимся Пророком и тысячами его преданных. Неужели в таком случае я не могу вытрясти из жалких пленников вроде несчастной Ванды всю правду о ее народе? Да легко!

Следовательно, я должен быть готов к тому, что с родины колонистов могут появиться незваные гости, которые рано или поздно объявятся на моей территории. А чтобы достойно их встретить, я должен для начала их опознать. Что совсем не сложно, если разбросать по ключевым точкам государства «живцов» наподобие Ванды.

Логично? А хрен его знает!

Знали ли таинственные Маххаим о моем существовании?

Непохоже. Знали — приняли бы меры незамедлительно. А тут реакция последовала только через несколько часов. Логично предположить, что за Вандой просто присматривали. Или ставили «живца» не на конкретную «рыбку», а на любую.

Однако совершенно очевидно, что в первом тайме меня чуть не переиграли. Мог бы и сообразить, что Ванду могли выставить на продажу не просто так. Обрадовался находке, кинулся как карась на червяка.

Куда мне было торопиться? Помучилась бы женщина еще один денек в рабстве, перетерпела бы как-нибудь. А я бы толково огляделся, исследовал место действия, окружение. Познакомился бы с работорговцем. Выпил бы вина с этой сволочью, выяснил бы, с кем он связан, следит ли за ним кто-нибудь. Один день — и я бы уже нащупал кое-какие ниточки…

Мне было очень стыдно. Я, Мастер Исхода, Владимир Воронцов действовал как увлекшийся мальчишка. Вскочили — побежали. Галопом — к заветной цели. Почему я так оплошал? Врожденная наглость? Месяцы путешествия, в котором против меня играли только разноразмерные хищники? Представление о здешнем обществе как о чем-то дубинно-первобытном?

А ведь можно было сообразить, что раз в обществе есть деньги, бронзовые орудия и «полиция», то и хитрость его представителей должна быть уровнем выше, чем у львиного прайда. Вспомнить бы, что ловля на живца — один из самых древних способов охоты…

Хорошо хоть инстинкт (или Дар Логика-Интуитива) подсказал мне вовремя убраться с ярмарки. Встреча с «властями», одолевшими восстановившегося Пророка, не сулила мне ничего хорошего.

А что, кстати, думает по поводу ситуации мой едва проклюнувшийся Дар?

Я прислушался к себе и понял, что мне до Логика-Интуитива нынче — как до Земли-Исходной.

Дар не отзывался. Зато нормальный инстинкт самосохранения в полный голос требовал немедленных действий. Например, бежать со всех ног, поджавши хвост.

Пока я думал, Меченая Рыба продолжал меня уговаривать.

Испуганная Ванда жалась ко мне и мелко дрожала. Язык местный она так и не выучила, но по интонациям догадалась: мои приятели принесли недобрые вести. Еще чуть-чуть, и вся моя психотерапия — коту под хвост.

Стоп! «Хвост!» А что, если Меченая Рыба, кроме вестей, приволок с собой еще и «хвост»?

Я, не медля, «окликнул» Мишку и Лакомку. Лакомка была далеко, а вот Мишка — рядом. Сидел в зарослях и ждал, чем кончится моя беседа с Рыбой. Не потребуется ли силовая поддержка? Разведчик из Мишки — так себе.

Я жестом подозвал Марфу и кое-как попытался ей втолковать, что меня интересуют лодки, движущиеся вверх по реке. Снизу. К нам.

Марфа улетела.

Меченая Рыба продолжал меня агитировать за добровольную сдачу.

Я его не слушал. Думал.

Если бы со мной не было Ванды, я бы, не колеблясь, бросил лодку и двинул напрямик через джунгли. С моими зверьми я двигался бы достаточно быстро. Но Ванда… Ноги ее чуток поджили, но не настолько, чтобы бегать по пересеченной местности. Будь это саванна, я мог бы усадить ее на Мишку, но в зарослях — не получится. Мишка прет, как танк, сминая кусты и разрывая лианы. Чистить потом его мех — сущее наказание, зато его шкура и шуба — настоящая броня. Никакие колючки ему не повредят. А вот человеку на его спине придется туго.