Чтение онлайн

Здесь такого сделать не получится. Мне нужно найти другие якоря для сосредоточения силы. И их роль вполне могли сыграть артефакты по типу, на первый взгляд, неприметного камушка, лежащего на верстаке.

Камушек за время моего отсутствия как раз напитался магической силой. Насколько хорошо я его обработал — проверим прямо сейчас.

Пока воры убирались под надзором Самуила, я отнёс артефакт к небольшому и, на первый взгляд неприметному «пеньку» — куску породы, смахивающему на кузнечную наковальню. Внешне — совершенно неприметная штука, не вызывающая интерес. Тот же Самуил твердил, что это бесполезная хрень, никак не используемая в производстве. Якобы барин, мой почивший отец, перепробовал тысячу и один способ её убрать, только не вышло ничего и с наличием «пня» смирился.

Не знаю, был ли отец в курсе, что это за пень такой, но я прекрасно знал, что это за штуковина. Пень был тестером артефактов, средоточием магических сил. Аномалия для этого мира, и очень вряд ли завод возник здесь просто так. Так что не ошибусь, если предположу: мой папаша унёс с собой в могилу немало секретов.

Я взял камушек, у которого успел отфрезеровать края и просверлить несколько технологических отверстий. Положил его на пень и скрестил руки, ожидая эффект. Ничего не происходило, затем камень завибрировал, вспыхнул свечением и резко погас. Вверх от него заструились едва видимые глазу струйки дыма, в нескольких местах остался тёмный след.

Это и были места, нуждающиеся в доработке. Я взял камушек в одну руку, в другую взял напильник и несколько раз прошёлся им по поверхности артефакта. Понадобилось всего несколько движений, чтобы угар убрать. Финальные штрихи, и теперь артефакт готов к следующему этапу.

Оставалось понять, как заставить артефакт работать в паре с проводником маны — обложкой гримуара. Пустить магию из артефакта по вшитым в гримуар нитям будет сложнее, но решать проблемы надо по мере их поступления.

Я сунул камень в карман, когда из-за спины послышалось:

— Барин, мы, кажись, кончили с тем цехом, — сообщил Самуил и с недоверием покосился на пень. — Вы его не выкорчуете, можно даже не пытаться.

По левую и правую руку управляющего стояли заметно вымотавшиеся близнецы.

— Можете принимать работу, — сказал один из близнецов. — И мы перейдём к следующему цеху…

Судя по тому, что у меня прекратилось кровотечение носом, с работой ребята справились, можно и без проверки обойтись. Близнецы, опустив подбородки на грудь, смиренно ждали своей участи.

— Ну что, охломоны?! — я по очереди заглянул в глаза братьев. В них, несмотря ни на что, блестел задорный огонёк. Направить бы их в нужное русло, да гляди и толк выйдет. — Клятву будем давать?

— Какую, барин?

— Буду вас посвящать в рыцари круглого стола, — пояснил я.

Огонёк в глазах мальчишек разгорелся пуще прежнего. Нет, про Артура и его рыцарей в этом мире ничего не знали. Зато звучало как интригующе для горячих сердец — рыцари, ещё и круглого стола!

— Ладони на грудь, — я показал, что делать на своём примере. — Вас как звать?

— Митька — представился смекалистый.

— Витька, — ответил второй близнец.

— Повторяйте за мной! — удерживая ладонь на груди, я озвучил текст клятвы. — Мы, Митька и Витька, вступая в ряды рыцарей круглого стола имени Константина Фёдоровича, перед лицом своего барина торжественно клянёмся горячо любить и беречь сий завод. Жить, как завещает нам Константин Фёдорович, и всегда выполнять законы рыцарей круглого стола.

— А что за законы такие? — спросил Митька.

— Потом узнаете, но своим дружкам передайте, кто захочет сюда нос сунуть, что с завтрашнего дня здесь заработает охранная система.

— Во как… — впечатлилась близнецы.

— Это она… ну того человека у двери прикончила? — поинтересовался Митька.

— Угу, а теперь разворачиваемся на сто восемьдесят градусов и сверкаем отсюда пятками до завтра, пока не передумал! И сами знаете, что будет, если на отработку не явитесь!

Братья бросились к выходу, и мы с Самуилом остались наедине.

— Барин, а что за охранная система такая, чьей фирмы? — управляющий задумчиво поскрёб макушку.

Я покосился на Самуила и поднёс кулак к его носу.

— Общество с ограниченной ответственностью «Глаз на жопу натяну», — подмигнул я старику.

— Ну, как вам оладушки, Константин Фёдорович?

Наталья Петровна поймала меня в тот момент, когда я собрался по-тихому свинтить на… учёбу. Да, чёрт возьми, вместе с молодым телом мне достались некоторые другие обязанности, среди них учёба в университете магии.

— Оладушки божественные, съел бы всё, да опаздываю, — объяснился я и пошёл к дверям. — Прошу простить великодушно, мне пора — карета подана!

Положа руку на сердце, Петровна готовила то, что к еде имело косвенное отношение. Возраст, его мать! Нянечка была слабовидящая и путала пропорции, специи, не дожаривала или пережаривала еду. Несмотря на то что она пробовала еду, многое подгорало… Потому то, что она называла оладушками, на деле было в большинстве случаев сухариками, скрипевшими сажей на зубах. Я съел три оладушка, вышедших сносно, а испорченные завернул с собой, но не для того, чтобы съесть.

Надежде проскользнуть незамеченным не суждено было сбыться. Петровна довольно резво для своих лет рванула вперёд и перегородила мне дверь.

— Погодите, барин, раз вам оладушки понравились — возьмёте с собой и покушаете! А то целый день голодным будете ходить!

Она сунула мне ещё несколько чёрных камушков, обёрнутых салфеткой. Отказаться варианта не было, поэтому я принял презент нянечки и сунул его подмышку.

Часа через пол после обзванивания всех возможных операторов извозчичьих бирж и заверений, что дорога тут не хуже, чем на столичном ипподроме, мне, наконец, выслали экипаж.

— Костик, а ты когда вернёшься? — на крыльце меня ждала сестрёнка, с которой у нас был ритуал — обязательно попрощаться перед моим отъездом.