Чтение онлайн

— Несомненно, было бы лучше, если бы Макетатон была еще жива, — заявил Нахтмин. — Ты бы на ней женился и занял трон.

При упоминании о Макетатон лицо Ая омрачилось.

— Как могли ее отравить? — спросил Нахтмин.

— Она приняла несколько отравленных шариков, которые предназначались ее матери.

— Но кто изготовил это лекарство?

— Пентью.

— Пентью? Он уже…

— Я знаю, — сухо оборвал его Ай.

— Ir berou nefer bin tchao! — кричал попугай.

Что означало: счастливого тебе дня, грязный пердун!

Когда смысл этих слов дошел до Нахтмина, он поднял брови, а затем начал хохотать. Ай едва заметно улыбнулся.

— Я мог бы жениться на Бакетатон, — заметил он, как будто размышлял вслух. — Но она, как мне кажется, очень несговорчива…

Всеми забытая сестра Эхнатона, царевна, внезапно вызвала интерес у Ая. Он даже нанес ей визит, но она его приняла как утка кошку: Бакетатон была потрясена смертями, которые обрушились на ее семью одна за другой.

— Известно ли, что произошло с Меритатон? — спросил Нахтмин.

Ай покачал головой.

— Это полная тайна. Думаю, что этой несносной девчонке Анкесенпаатон что-то известно, но она не проронила ни слова.

— Нефертеп обеспокоен тем, что она может вернуться, но Тхуту в это не верит.

— Почему? — спросил Ай, сощурившись.

— Он утверждает, что она отказалась от власти. У нее больше нет желания быть царицей.

Какое-то время Ай обдумывал это предположение. На самом деле, разве можно отказаться от власти? Какое-то время она, скорее всего, будет где-то скрываться со своим ребенком и любовником, Неферхеру, и вновь появится в подходящий момент для того, чтобы сеять раздор.

— Чей это труп нашли в саду в то утро, когда исчезла Меритатон? — спросил Нахтмин.

Ай бросил на своего двоюродного брата удивленный взгляд, как будто не понимал, что тот хотел сказать.

— Маху сообщил, что в саду был найден труп со следами побоев, к тому же этого человека отравили.

— Отравили?

— Да, слуга передал Маху флакон, который был найден возле тела. Вне сомнения, в нем был дурман.

Ай нахмурил брови; он решил проигнорировать эту информацию. Это было нелегко сделать, но он все же взял себя в руки. Этот мерзкий слуга ничего ему не сообщил, когда он прибыл в Северный дворец! Это посланец Ая был избит, да еще и вынужден был выпить яд, который предназначался Меритатон! Очевидно, Неферхеру не удалось подкупить, и он сбежал с Меритатон и ребенком. И этот провал стоил ему, Аю, тысячи золотых колец и жизни одного из самых умных и преданных слуг.

Он заскрежетал зубами. В конце концов, главным было то, что он снова получит власть в свои руки. Он заметил, что Нахтмин наблюдает за ним.

— Я не в курсе, — сказал он.

Нахтмин решил промолчать, хотя не переставал об этом думать. В Северном дворце была совершена попытка отравления, и все наводило на мысль, что жертвой должна была стать царица. А в саду обнаружили труп посланца, который потерпел полную неудачу. Если бы этого не случилось, Ай нанес бы двойной удар: он избавился бы одновременно от Сменхкары и Меритатон. Ему открылся бы прямой путь к власти, а пока он вынужден играть роль второго плана. Но господин Ай был не из тех, кто позволяет давать себе советы.

— Мне необходимо поехать в Фивы, чтобы доказать несостоятельность их планов, — процедил сквозь зубы Ай.

— Ты женишься на Анкесенпаатон?

— Как мне кажется, это единственно правильное решение.

Ему вновь придется добиваться согласия этой нахалки!

Шум в ветвях над головами, сопровождавшийся неистовым птичьим криком и ударами крыльев, заставил обоих мужчин поднять глаза. Одна из обезьян, содержащихся в питомнике, принадлежащем господину Аю, бросилась вслед за попугаем, который неистово кричал:

— Bin tchao! Bin tchao!

Спектакль завершился. Нахтмин пришел предоставить отчет и попросить вознаграждения; его миссия была выполнена. На прощание они обнялись, что было честью для военачальника, ибо мало кто удостаивался подобного знака расположения со стороны владыки Ахмина.

Когда Маху покинул дворец царевен в Ахетатоне, Анкесенпаатон и Пасар еще какое-то время оставались наедине, не произнося ни единого слова. Они следили за полетом птиц, рассматривали цветы и Великую Реку, как будто ожидали от них подсказки. Наконец заговорил Пасар:

— Ты сейчас оказалась в той же ситуации, что и твоя сестра Меритатон. Буря.

Они были настолько близки, что слова мало что значили. Она устремила на него взгляд, печальный, исполненный горечи, обозначающий одновременно, что сказанное им ей тяжело слышать и что она не собирается обращать на это внимания.

— Ты обречена стать царицей. Как самая старшая из царевен. Династия должна продолжиться, ты вынуждена будешь выйти замуж за этого Тутанхатона, к которому ты относишься, как к пористому сосуду. Ай намеревался жениться на твоей сестре Макетатон и таким образом взойти на трон. Теперь он вынужден стать вашим регентом, твоим и Тутанхатона, и вы будете действовать согласно его прихотям.

— Ты меня раздражаешь! — воскликнула она. — Маху должен передать Тхуту все, что я ему рассказала. Они не смогут назначить этого убийцу Ая регентом!

Он пожал плечами.

— Ты мне не веришь? — спросила она вызывающе.

— Нет.

— Почему?

— Потому что у тебя нет никакой власти. Даже то, что ты говоришь, для них неважно. Ты думаешь, что они могут быть откровенными друг с другом. Ничего подобного! Они уничтожили твоего отца, затем твою мать, а потом Сменхкару.

На какое-то мгновение эти признания заставили царевну задуматься.

— Ну так что же? Что ты хочешь, чтобы я сделала? Чтобы я сбежала с тобой? Это твоя давняя мечта?

Он вновь пожал плечами.

— Мне всего лишь двенадцать лет, у меня нет денег, нет лодки, и ты тоже без денег. Не сейчас. Вот что я хочу тебе посоветовать: не поворачивайся спиной к этому старому шакалу Аю. Мой отец говорил, что он и Хоремхеб — самые могущественные особы в царстве. С ним надо лукавить.