Чтение онлайн

– Он так говорит? – нахмурился Гейб.

– Да. А ты знаешь, где он был на самом деле?

Гейб не спеша подошел к сервировочному столику, налил в бокал виски и добавил несколько кубиков льда.

– Коул был в Марселе, – заявил он, с вызовом глядя на Марка. – А от Марселя до Ниццы на самолете рукой подать – минут за двадцать пять можно добраться. Значит, он вполне мог побывать в Ницце. Разумеется, втайне от нас, но не от тебя, Реми.

– Да, – согласилась она и потрогала синяк на левой скуле. – Но это дело рук Мейтленда.

– Мейтленда? – изумился Гейб. – Но ты же говорила, что не знаешь бандитов.

– Я не знаю их по именам, но голос одного из них сразу же показался мне знакомым. Этот человек остановил меня той ночью в доке. Я уверена, он работает на Мейтленда.

– Почему ты так думаешь?

Реми рассказала родным о том, как недавно опять побывала в доке и как Мейтленд застал ее за разговором с Чарли. А потом Чарли начал по ее просьбе выяснять фамилии людей, загружавших танкер, и погиб.

– Это не был несчастный случай. Сегодня утром мне дали прочесть протокол. На щеке у Чарли был кровоподтек. Такой же, как у меня… как будто его ударили. Следователь считает, Чарли мог наткнуться в воде на какую-нибудь палку или железку, но я уверена, что его оглушили и сбросили в реку.

– Однако доказать это будет трудно, – заметил Гейб. – Если бы были свидетели, тогда другое дело…

– Свидетелей двое, но один видел Чарли только после того, как его столкнули в воду, а второй… второй, наверное, и есть тот самый человек, который все это сделал.

Реми старалась говорить бесстрастно, как робот. Она чувствовала: стоит ей дать хоть немного воли эмоциям, и с ней случится истерика.

– Ах, вот как? Все это лишь твои догадки… – протянул Гейб.

– Ну конечно. Доказательств у меня нет.

– Так я и думал. – Брат снова сел рядом с Реми и взял ее за руку. – Послушай… давай договоримся: отныне мы будем действовать сообща. Хватит играть в частного детектива, сестренка.

Реми кивнула, но на всякий случай поинтересовалась:

– Что ты намерен предпринять?

– Для начала, – вмешался в разговор Марк, – ты дашь свое согласие на увольнение Бьюкенена, и мы его сегодня же выгоним. После чего сможем свободно вести переговоры со страховой компанией.

– Погодите! – воскликнула Реми, обращаясь к отцу и Гейбу. – Я не понимаю… Неужели вы дадите ему возможность уйти от ответственности?

– А ты считаешь, мы должны заявить в полицию? – спросил Гейб.

– Почему бы и нет?

– Ну… в принципе, да. Но на самом деле это пустая трата времени. – Брат крепко держал Реми за руку, не давая ей вырваться. – Подобные преступления практически всегда остаются безнаказанными. Шума в газетах будет много, но шансы упечь Коула за решетку ничтожно малы.

– Да, как ни тяжело это признавать, но Гейб прав, – со вздохом подтвердил отец. – И потом… мы не должны забывать, что тень подозрения непременно падет и на нашу компанию. В результате нас еще и обвинят в махинациях.

– Да, от такой известности потом не будешь знать куда деваться, – поддакнул дядя Марк. – В нашем городе люди обожают скандалы. Вспомните, как они себя ведут, когда на дороге случится авария. Машины ползут еле-еле – всем хочется насладиться видом крови и мучениями несчастных жертв. Можно подумать, они чувствуют полноту жизни, только глядя, как человек корчится в агонии.

– Да, но как же Чарли? – запротестовала Реми.

– Мы непременно обсудим эту проблему, – заверил ее Гейб. – Но я буду с тобой откровенен, Реми. Чарли всего лишь обещал тебе навести справки. Для обвинения в убийстве этого недостаточно. Равно как и синяка на лице трупа. Тем более что, по мнению следователя, Чарли ударился, когда упал в воду. Для того чтобы выиграть такое дело, нужен гениальный адвокат. А где ты его найдешь? Нет, мне очень жаль, но…

– …такова жизнь, – закончила за него фразу Реми и, высвободив руку, вскочила на ноги.

– Боюсь, что да, – серьезно подтвердил брат.

Она уже с трудом справлялась с волнением.

– Реми, – ласково сказал отец, – по-моему, ты считаешь себя виноватой в смерти этого человека. Тебе кажется, не попроси ты его о помощи, он был бы сейчас жив. Но пойми, никто из нас не знает и не может знать этого наверняка! Даже если его убили, ты не виновата.

Реми очень хотелось возразить, но она промолчала.

Солнечные лучи, словно острые копья, пронзали крону большого дуба и ярко освещали скелеты розовых кустов в цветнике, которым так гордилась ее мать.

– А как вы поступите с Мейтлендом? – еле слышно спросила Реми. Ее почему-то начало подташнивать.

Наступила томительная пауза.

– С Мейтлендом… с Мейтлендом дело обстоит немного проще, – наконец заговорил Марк. – Как-никак он человек нашего круга. Мы можем на него воздействовать… конечно, очень осторожно. Но поверь, Реми, мы этого так не оставим!

– Да, с Мейтлендом мы разберемся сами, – поддержал Марка Фрезер. – Ты и так достаточно потрудилась. Предоставь остальное нам. – Хорошо. – Реми отвернулась от окна и пробормотала, пряча глаза: – Вы извините, но я пойду к себе. Мне надо переодеться.

– Ты устала, дорогая, – сочувственно произнесла мать. – Еще бы! Это же все на нервах. Может, прислать к тебе Нэтти? Пусть принесет тебе что-нибудь перекусить. А потом ты, наверное, захочешь вздремнуть?

– Да. – Реми рассеянно кивнула и поспешила уйти.

Ей было тошно смотреть, как они стараются замазать скандал. Хотя, в сущности, родители были правы. Да она и сама понимала, что, даже если Коула и Мейтленда осудят за мошенничество – естественно, после долгих проволочек и нескольких апелляций, – они все равно отделаются легким испугом. Приговор скорее всего будет условным. А страховая компания не перестанет требовать от «Кресент Лайн» возмещения убытков. Так для чего же устраивать шумиху?

Поэтому родители проявляют здравомыслие, предлагая все уладить потихоньку. И, пожалуй, она с ними согласится. Но не ради них, а из эгоистических соображений: ей не хочется, чтобы Коул пострадал.