Чтение онлайн

Милли-Джейн пыталась оставаться спокойной, как ей велела Кэрол. Но ее глаза нервно дергались, и в них был ужас. Дрожащие губы стали совершенно бесцветными. Кожа под стекавшими со лба струйками пота была бледной, похожей на воск.

Она продолжала что-то нервно вычерчивать в блокноте, но это оказалось лишь повторением одного и того же; «отрублена, отрублена, отрублена, отрублена...» Она нажимала на фломастер с такой силой, что его кончик совсем разлохматился.

«Боже мой, — подумала Кэрол, — это похоже на прямой репортаж с того света».

Лора Хейвенсвуд, Милисент Паркер. Одна кричит от боли, объятая пламенем; другой отрубили голову. Какое отношение имеют эти девочки к Джейн Доу? Не может же она быть и той и другой. А может, она и не та и не другая? Может, они просто ее знакомые? Или это все плод ее воображения?

«Господи, да что же, в конце концов, здесь происходит?» — недоумевала Кэрол.

Положив свою руку на руку Джейн, она остановила ее. Говоря ровным мягким голосом, она объяснила девочке, что все хорошо, что она в безопасности и ей необходимо расслабиться.

Глаза девушки перестали дрожать. Она откинулась на спинку кресла.

— Хорошо, — сказала Кэрол. — Я думаю, на сегодня достаточно, милая.

При помощи воображаемых часов она начала переносить девочку в настоящее.

Несколько секунд все шло нормально, потом вдруг Милли-Джейн вскочила со своего кресла, сбрасывая на пол блокнот, и швырнула фломастер через всю комнату. Ее бледное лицо вспыхнуло, и вместо безмятежности на нем появилась откровенная ненависть.

Поднявшись, Кэрол встала перед девушкой.

— Что случилось, милая?

В глазах девочки было безумие. Она стала яростно кричать, брызгая слюной:

— Скотина! Мерзкая тварь, это она виновата! Подлая сука!

Это был голос не Джейн.

Он казался непохожим и на голос Лоры.

Это был какой-то новый, третий голос, со своими отличительными чертами, и Кэрол предположила, что он не принадлежал и бессловесной Милисент Паркер. Она подозревала, что проявилась совершенно новая личность.

Девочка стояла напряженная как струна, сжав руки в кулаки и глядя в никуда. Ее лицо было искажено ненавистью.

— Мерзкая гадина, это она сделала! Это опять она!

Девочка продолжала истошно визжать, и половина выкрикиваемых ею слов были гнусной непристойностью. Кэрол попыталась ее успокоить, однако на этот раз все оказалось непросто. Еще около минуты она кричала и изрыгала проклятия. Но в конце концов, по настоянию Кэрол, она все-таки овладела собой. Крик прекратился, но ненависть с лица не исчезла.

Взяв девушку за плечи и глядя ей в глаза, Кэрол спросила:

— Как тебя зовут?

— Линда.

— Как твоя фамилия?

— Бектерман.

Кэрол не ошиблась, это была очередная личность. Она попросила девочку произнести свое имя по буквам.

— Где ты живешь, Линда? — затем спросила она.

— Сэконд-стрит.

— В Гаррисберге?

— Да.

Кэрол поинтересовалась насчет точного адреса, и девушка ответила. Это было всего в нескольких кварталах от Франт-стрит — того адреса, что давала Милисент Паркер.

— Как зовут твоего отца, Линда?

— Герберт Бектерман.

— А как зовут твою мать?

Вопрос возымел на Линду такое же действие, как и на Милли. Она тут же вышла из себя и вновь закричала:

— Сука! Господи, что же она со мной сделала! Мерзкая, подлая сука! Ненавижу ее! Ненавижу!

Потрясенная яростью, смешанной со страданием в голосе девушки, Кэрол быстро успокоила ее.

— Сколько тебе лет, Линда? — затем спросила она.

— Завтра у меня день рождения.

Кэрол нахмурилась.

— Я уже разговариваю с Милисент?

— Кто такая Милисент?

— Я по-прежнему разговариваю с Линдой?

— Да.

— И завтра у тебя день рождения?

— Да.

— Сколько тебе исполнится?

— Я не доживу.

Кэрол моргнула.

— Ты хочешь сказать, что ты не доживешь до своего дня рождения?

— Да.

— Тебе должно исполниться шестнадцать лет?

— Да.

— Сейчас тебе пятнадцать?

— Да.

— А почему ты боишься умереть?

— Потому что я знаю, что умру.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я уже умираю.

— Ты уже умираешь?

— Умерла.

— Ты уже умерла?

— Умру.

— Пожалуйста, поточнее. Ты говоришь мне, что ты уже умерла? Или ты хочешь сказать, что боишься умереть завтра?

— Да.

— Так что же все-таки?

— И то и другое.

Кэрол показалось, что она попала на «сумасшедшее чаепитие» в Страну Чудес.

— Почему ты думаешь, что умрешь, Линда?

— Она убьет меня.

— Кто?

— Эта сука.

— Твоя мать?

Девочка согнулась, схватившись за бок, словно ее ударили. Она вскрикнула, повернулась, сделала два неуверенных шага и тяжело упала. Оказавшись на полу, она все еще держалась за бок, дергала ногами, извивалась. Очевидно, ей приходилось терпеть невероятную боль. И хотя боль, конечно, была лишь воображаемой, для девочки она не отличалась от настоящей.

Испуганная Кэрол опустилась возле нее на колени и, взяв ее за руку, стала убеждать успокоиться. Когда наконец девушка расслабилась, Кэрол быстро вернула ее в настоящее и вывела из транса.

Джейн заморгала, посмотрела на Кэрол и провела возле себя рукой по полу, будто желая удостовериться, что глаза не обманывают ее.

— Фу, что это я здесь делаю?

Кэрол помогла ей встать на ноги.

— Ты, видимо, не помнишь?

— Нет. Я вам что-нибудь еще рассказывала о себе?

— Нет. Пожалуй, нет. Ты говорила мне, что тебя зовут Милисент Паркер, потом ты сказала мне, что твое имя — Линда Бектерман, но ты ведь не можешь быть и той и другой, да еще и Лорой в придачу. Так что я подозреваю, что ты не являешься ни одной из них.