Чтение онлайн

Когда она подошла к их скамье, корзина была тяжелой от монет и банкнот. Ливи пришлось вытянуть руки, чтобы держать ее и ситцевое платье натянулось у нее на груди. Мужчина не заметил этого. Он смотрел только на корзину. Когда она проносила ее мимо, он не двинулся, чтобы открыть кошелек. Вместо этого незнакомец поднял глаза вверх, к потолку и качнул головой, из стороны в сторону. Ливи пошла дальше. Луи опустил свое подаяние, улыбнувшись ей. Корзина, рука Ливи, чистый, свежий запах ее тела проплыли мимо него.

И тогда незнакомец двинулся.

Когда она была уже достаточно далеко, его рука, независимо от его глаз и тела, скользнула за отворот сюртука и вынула пистолет, дуло которого было длиной, по крайней мере, дюймов восемь.

Одним движением, словно танцор, мужчина проскользнул под ее рукой и повернулся в проход, прижав девушку к своей груди. Дуло пистолета упиралось в кружева между ее грудей. Во время этого танца корзина не перевернулась и ее содержимое не высыпалось в толпу — Ливи крепко держала ее, как хороший официант поднос с полными до краев стаканами.

Луи, который вскочил на ноги, заглянул в глаза мужчине.

И ничего не увидел. Мертвые, как камень.

Луи посмотрел на Оливию, пытаясь понять, чего она ожидает от него в этой ситуации.

Ее глаза тоже были пустыми: ни страха, ни гнева. Она не сопротивлялась. Она не смотрела на пистолет.

— Ливи? — спросил Луи.

— Отойди, Луи, — ответила она. — Этот человек хочет лишь денег.

Если бы Луи потрудился услышать ее, он бы заметил, что она говорила слишком спокойно, будто со скуки.

Но Луи видел только пистолет и смерть в глазах мужчины. Он смог прочесть в этих глазах желание нажать курок и разворотить ей грудь. Луи боялся за девушку и будучи джентльменом, не мог стоять и смотреть, как дурак, когда незнакомец угрожал ей.

В данной ситуации Луи вряд ли смог бы применить свои навыки бокса. Подняв руки как мелодраматический актер, играющий Привидение в «Гамлете», он попытался дотянуться до Ливи и освободить ее.

Мужчине понадобилось лишь на несколько дюймов передвинуть дуло и дважды выстрелить в грудь Луи.

Ливи вскрикнула.

Ее возглас был исполнен не ужасом или негодованием, а презрением: «Луи, вы дурак!»

Он унес с собой в могилу запах свежего пороха и старого пота, зрелище мотыльков, порхающих вокруг меркнущей лампы под полотняным потолком и последнюю свою характеристику — «Дурак!»

Сломанный фургон стоял на правой стороне рядом с указателем, — десять километров в одну сторону, двадцать в другую. Грязный красный вымпел был привязан к его антенне. В этом была единственная опасность: антенна была от передатчика и те, кто сидел в фургоне, могли позвать на помощь в любой момент.

Хасан пожал плечами, когда съезжал на боковую дорожку. Американцы не столь наблюдательны, как востроглазые израильтяне, отвоевавшие свою родину. Такое место встречи было бы невозможно в пустыне Негев.

Он проехал указатель и медленно покатился по гравийной дорожке перед сломанным фургоном. Проезжая мимо окна, он увидел, в нем темную фигуру. По ее очертаниям он угадал, что под одеждой скрывается оружие.

— У вас затруднения? — приветливо спросил Хасан.

— Ничего такого, что нельзя исправить кусочком изогнутой проволоки, — ответ был правильным.

Хасан сунул револьвер в карман, толкнул дверь и вышел наружу под блики фар проезжавшего прицепа. Он еще отряхивал пыль с пиджака и волос, когда его пригласили в фургон.

— Извините, господин Хасан. Это наиболее неудобное место для военного совета.

— Да нет же, Махмед. Обочина дороги столь обычна, что остается почти невидимой.

— До тех пор, пока не появилась полиция.

— На этот случай есть правдоподобное объяснение. «Поломка оборудования в руках бестолковых Арабов». И один из их богатых соотечественников — который хотел бы помочь, но не знает как.

— К тому же мы заминировали дорожку в пятидесяти метрах от сюда.

— Тогда я покину вас при приближении полиции, — холодно ответил Хасан.

— Как всегда, мой Господин. Чем может помочь вам Братство Ветра?

— Мне нужно пристанище.

— На какое время?

— На неделю, может быть на две.

— Только для вас?

— Для меня, леди Александры, команды избранных хашишиинов, и одного узника. Это должно быть одно — двухдневное путешествие.

— У нас ничего нет.

— Ничего?

— В этом конце штата Нью-Джерси мало наших соотечественников, мой Господин. Кубинцы, вьетнамцы и местные черные истощили гостеприимство этих мест. Потерявшие родину вынуждены искать более дружелюбные места. И к тому же влажный климат не для нас.

— И у вас ничего нет?

— Я думал, вам нужно пристанище.

— Но так как у вас ничего нет, я выберу другую цель.

Вожак сломанного фургона вытащил записную книжку из внутреннего кармана пиджака. Он хлопнул ей о складной стол и раскрыл ее.

— Мы оценили атомную электростанцию, Мэйс Лэндинг Комплекс, стоящую на реке в пятидесяти километрах вглубь страны. Она снабжает энергией Межприливный сектор Босвашского Коридора. Стоимость сооружения составляет девять миллиардов долларов. С учетом стоимости возмещения энергии, в два раза больше.

Хасан подергал губу — дурная привычка, но помогает думать.

— А какова тактическая обстановка?

— Станция легко доступна. Она полуавтоматическая, так что операторы не остаются там круглосуточно. Как в американских конторах — днем толчея, вечером все расходятся по домам.