Чтение онлайн

Рик потерял чувство времени, он все шагал и шагал. Каждый последующий шаг давался ему все труднее, руки дрожали от тяжелой ноши.

В конце концов, он решил считать шаги и отдыхать после каждой сотни. Во время одной из таких передышек он оглянулся назад и увидел теряющуюся вдали вереницу собственных следов.

Теперь уже не было никакого сомнения — это не мираж, а настоящий город. Эта уверенность придала Рику сил. И вдруг он снова засомневался в здравости своего рассудка: он увидел, как к ним приближается стайка крылатых людей. Сначала принял их за мираж или игру воображения, но потом вспомнил, что в копях кто-то из его товарищей по несчастью рассказывал про это удивительное племя.

Этих созданий, так же как и чернецов, с трудом можно было отнести к человеческой расе. В далекие времена летучее племя было многочисленным и могущественным, а ныне почти вымерло. Крылатых осталось на Марсе очень немного, может, каких-то несколько сотен. Жили они в старинных полуразвалившихся городах, затерянных в бескрайнем море пустынь. Когда-то очень давно, когда здесь вместо пустынь лежали моря и океаны, эти города были островными государствами.

Стайка закружилась над беглецами. Это было необычайно красивое зрелище. Несмотря на солнечный свет, эти люди, казалось, и сами излучали некое свечение; на крыльях у них то и дело вспыхивали разноцветные огоньки. Их крылья, напоминающие огромные лепестки невиданных цветов, двигались в воздухе совершенно бесшумно и очень плавно. Огромные, как у детей, глаза фосфоресцировали зеленоватым светом.

Стайка молча порхала над беглецами, словно изучая их.

Рик закончил очередную сотню шагов, уложил Майо на землю и сел рядом. Призрачные создания приземлились вокруг них на зыбкий песок. Теперь Рик мог получше разглядеть этих странных незнакомцев.

Они очень походили на людей, но были слишком миниатюрны. Их рост не превышал полутора метров, а движения были исполнены грации и изящества. И на мужчинах, и на женщинах были короткие юбки, а все тело покрыто легким пухом, напоминавшим гагачий, и только небольшая часть лица да ладони оставались открытыми.

Один из летучих людей приземлился совсем рядом с Риком. Его лицо не выражало никаких эмоций: ни дружелюбия, ни враждебности, ни даже любопытства. Он сидел и внимательно рассматривал Рика огромными светящимися глазами. Наконец он, видимо, сделал какой-то вывод и сказал:

— Ты — Рик.

Его голос прозвучал ясно и громко, как серебряный колокольчик. Сказав это, незнакомец вытащил из-за пояса трубочку и навел ее на перепачканного кровью и пылью, закованного в кандалы беглеца.

Больше Рик ничего не запомнил. К его великому удивлению, память сохранила даже не мужчину, наводящего на него трубку, а худую грациозную женщину, которая парила над ним, как валькирия над полем боя. Она не отрываясь смотрела на него зеленовато-желтыми глазами…

Эти глаза на всю жизнь врезались Рику в память.

Рик пришел в себя и обнаружил, что покоится на огромном ложе из пышного мягкого меха. Сверху его накрывало что-то вроде шелковой простыни. Он чувствовал себя вполне отдохнувшим и бодрым, если не считать слабой боли в руках и ногах. Но кандалы так на нем и остались. Рядом с ним сидела небольшая хрупкая женщина, ее пуховый покров золотился в лучах солнца, пробивавшегося сквозь небольшое арочное окно. Он повнимательнее посмотрел в лицо незнакомки и понял, что перед ним даже не девушка, а подросток. Лицо ее было полнотой красоты, которая расцветает на пороге между отрочеством и юностью. Свою миниатюрную теплую ладошку девушка прижимала к груди Рика.

— Я искала в тебе жизнь, — объявила девушка. — И нашла без труда. В тебе очень, очень много жизни.

Рик от души рассмеялся и сел на ложе.

— Как тебя зовут?

— Мое имя Кира, — с изрядной долей кокетства ответила девушка.

Он взял ее изящную, словно игрушечную, руку в свою шершавую, израненную лапищу, но тут услышал, что кто-то рядом с ним зевнул и заворочался.

— Ну вот и твоя супруга пробуждается, — пояснила девушка.

Она говорила на каком-то очень древнем наречии, и Рику стоило немалых трудов понять ее.

— Супруга? — переспросил он, потом отрицательно покачал головой. — Нет, она мне не супруга. Это просто отличная девчонка, с которой мы выпутались из очень неприятной истории.

Рик поднялся с ложа и огляделся. Майо лежала неподалеку, на таком же ложе из пышного меха и разноцветной яркой материи.

— С добрым утром, — улыбнулась Майо. — Слушай, объясни, ради Бога, где это мы и как сюда попали?

Сказав эти слова, она с нескрываемым любопытством начала рассматривать крылатую девушку. Рик попробовал рассказать ей все, что помнил.

— Наш город носит имя Каэр Эбра, — вмешалась в разговор девочка. — Наш народ живет здесь со дней основания мира. В те времена мы были очень многочисленны и сильны.

Рик снова принялся осматривать помещение. Они находились на широкой террасе, выложенной разноцветными камнями, Рик таких раньше никогда в жизни не видывал. Камни на полу были выложены странным узором, который, если долго его разглядывать, вызывал головокружение и удивительную легкость во всем теле. Потолок был отделан кремовым, с ярко-красными прожилками мрамором. Солнечный свет проникал в комнату через одно-единственное арочное окно. Все стены были украшены искусными барельефами, которые изображали таких лее, как Кира, крылатых мужчин и женщин, правда, на барельефах люди были ростом почти с Рика и Майо. Там были также изображены диковинные

цветы и деревья, птицы и звери, а в одном месте даже море и корабли. В середине помещения низкие резные перила обрамляли широкую лестницу. Ступени, ведущие в синеватую тень, были настолько широки, что по ним могла промаршировать целая шеренга. А дальше — песок-Песок заполнял весь нижний зал и покрывал до пояса стоящие там статуи. Когда Рик пригляделся, то заметил, что местами из песка торчат головы или руки. Очевидно, это были статуи, не вышедшие ростом. Песок вползал в залу через несколько широких оконных проемов. Все помещение наполнял непрекращающийся шелест: это песок пустыни терся о стены здания в надежде завоевать и его. Пустыня, поглотившая море, теперь медленно, но верно поглощала и этот город.

— Там внизу, под песком, много этажей, — пояснила Кира. — Еще мой отец, когда был мальчиком, играл там. Тогда песка было меньше.

Кира с грустью выглянула в окно, налетевший шаловливый ветерок вырвал из ее покрова несколько пушинок и закружил их по комнате в веселом победном танце.

От этого дуновения Рику стало прохладно, он поежился и только сейчас заметил, что и он, и Майо чисто вымыты и покрыты какой-то мазью или бальзамом.

Кира подошла к массивной бронзовой двери, около которой стоял стол, взяла с него тарелки с едой и поднесла их Рику и Майо.