Чтение онлайн

— Деметра, а что, он сказал тебе, что там вас не увидят машины? Никто не сможет подслушать?

Внезапно до Элен дошел весь комизм сложившейся ситуации. Огромным усилием воли она заставила себя сохранять серьезный вид.

— Ну да. Там голые скалы — ни тебе проводов, ничего!

— Так-то оно так, но… ведь с тобой был Джори!

— Что ты хочешь этим сказать?

— Он же сам насквозь прослушивается и просматривается! Сеть наблюдает за ним денно и нощно! Все двадцать четыре часа в сутки! Спит он или бодрствует — он всегда на глазах у машин, которые ты так ненавидишь. Мощный стереозвук, экран в полный рост — твой титановый браслетик и в подметки Джори не годится…

— А он сам знает об этом?

— А как же, Деметра. Креолов ставят в известность, прежде чем…

— Как он только посмел! Негодяй!

— Джори лишь кажется ребенком, Деметра. Глядя на это нежное личико эльфа, и не подумаешь, что у него еще есть мозги. Да, он не совсем приспособлен к социуму. Понимаешь, о чем я?

— Еще как!

Деметра изо всей силы запустила в стену сначала вилку, а потом и неудавшийся вермишелевый салат. Они со звоном отскочили от холодного камня, принеся с собой едва слышное эхо.

«Она что, сошла с ума? Да, пожалуй, эту женщину лучше не настраивать против себя», — решила Элен.

Жилой модуль 2/6/34

Уровень «С»

14 июня

Распорядок дня Кемаля Эргана не отличался особой оригинальностью. Обедать он ходил домой, как это раньше делал его отец, а еще раньше отец его отца, ну и так далее… Сам обед также был достаточно традиционным: легкие закуски, шпинат, шашлык. Что касается марсианской кулинарии, то она тоже не блистала разнообразием: кресс-салат, выращенный благодаря чудесам гидропоники, тушеное мясо ящериц; стаканчик домашней «рецины»; черные сигареты «Собрание» — и плевать Эрган хотел на то, что в них нет фильтра!

Все это наспех преподносилось его женой Глорией. Двух-трех слов им почти хватало, чтобы удовлетворить жажду общения. Вздремнуть полчасика после обеда и снова приступить к своим обязанностям баллистического инженера — вот все, что нужно обычному человеку. Работал он на Космическом Фонтане, и этот традиционный скучный обед, за которым следовал короткий отдых — своего рода сиеста, — был, по сути, единственной возможностью немного освежиться и расслабиться. Правда, сегодня расслабиться что-то никак не удавалось.

Его любимое гороховое пюре как следует не размяли, на язык то и дело попадалась шелуха, не успевшая раствориться в суррогатном масле. Но верхом наглости было то, что закончились сигареты, а Глория даже не позаботилась о том, чтобы пополнить домашние запасы. Да как она смеет! Могла бы сказать, Эрган бы сам подсуетился. А теперь вот как без сигарет?!

Когда он гневно потребовал от жены объяснений, та даже не сочла нужным извиниться и сказала всего-навсего:

— Контрабанда.

А ведь на языке вертелось: «Не хочу видеть эдакую дрянь в своем доме!»

Глорию Чан никто бы не назвал образцовой женой. Да, в ее глазах читались крохи уважения, но и то только тогда, когда в них сурово смотрел муж. Да, она была податлива в постели. Но, как и все китайцы, Глория жила с глупым чувством превосходства над окружающими — не исключая и Эргана. Причем сама умом не блистала.

Будучи довольно невежественной, Глория не знала ни тонкостей рациона питания, ни секретов изготовления вин. Она и духом не ведала, чем там занимается ее муж на работе, что он там делает на своем Фонтане, принимает ли, отправляет ли грузы. А ведь именно работа Эргана позволяла им не просто безбедно жить на Марсе, но даже порой купаться в мимолетных волнах роскоши. На роскошь претендовала не одна Глория, а вся ее огромная и крикливая семья, заполонившая почти весь уровень подземного комплекса. Вместо благодарности китайцы во все совали свой желтый нос и при этом ни в грош не ставили кормившего их «турка». Дурачье!

— Ты же знаешь, что пара сигарет после обеда — это все мое удовольствие, — попрекнул Эрган свою жену.

— Этой дрянью провонял весь дом!

— А какой смысл в доме, если хозяин не может делать с ним все что заблагорассудится?

— Не забывай, что я тоже здесь живу!

— Да что тебе сделается от одной сигареты? Раньше тебя это нимало не волновало!

— Еще как волновало! Просто не хотела с тобой связываться!

— А теперь, значит, захотела? — Красноречием Эрган никогда не отличался. Особенно в минуты перебранки. — Хватит жаловаться!

— Хочу и жалуюсь. Имею полное право. У меня все волосы пропитались табачным дымом. Около твоего дома так и крутится полиция — вынюхивает, чем тут пахнет! Даже еда воняет!

— Твоя еда всегда воняет и без сигарет.

— Свинья! Неблагодарная турецкая свинья!

Да, похоже, тут двумя-тремя словами не обойдешься. Перепалка явно затягивалась. Обед Кемаль Эрган получил сегодня еще быстрее, чем обычно, — тарелка с пюре со свистом пролетела у него над головой и с шумом разбилась о стену. Эрган на этот выпад жены только пожал плечами:

— Тебе же убирать…

— Я сейчас тебя уберу! — взвыла Глория и схватилась за нож, направив его мужу прямо в живот.

Разделяли их каких-то полтора метра да обеденный стол. Нож был тупой, специально предназначенный для размазывания бобового паштета. Таким ножом и нарочно не порежешься. Да и Глория к таким делам не привычная. Куда уж ей! Эрган злобно ухмыльнулся.

— Й-и-ха!

Глория Чан сделала резкий выпад в сторону. Слегка подбросила нож и со знанием дела прицелилась в живот Эргана. Отведя локоть чуть влево, Швырнула нож, как тарелку с пюре, — неумело, неловко. Эрган попытался увернуться, но нож все-таки угодил ему в плечо. Эрган удивленно заморгал, ощутив, как что-то холодное поползло у него по груди. Кровь и что-то еще — остатки паштета и масла. Так, теперь еще костюм стирать, переодеваться. А скоро уже на работу…

Яростно сощурив глаза, Эрган кинулся к жене. Глория быстро увернулась, выскользнула из квартиры и пустилась наутек по коридорам комплекса, неистово крича:

— Помогите! Убивают!

Именно это и было на уме у обезумевшего Кемаля Эргана.

Второй уровень

Тоннель № 6

14 июля

Как раз в это время Деметра Коглан возвращалась к себе в номер. Вопли о помощи достигли ее ушей, но не сразу проникли в сознание, которое до сих пор было затуманено слепой яростью от двуличия креола. Когда же до девушки наконец дошел смысл этих безумных криков, оглашавших весь второй уровень, она ринулась на помощь вопреки всякому благоразумию. Хоть в ком-то осталась человечность, хоть кого-то не затронуло безразличие урбанизированной людской колонии двадцать первого века!