Чтение онлайн

Так и не включив вариатор, я захлопнул крышку. В конце концов, хронеры не пользуются вариаторами и в подавляющем большинстве с ними ничего не происходит. Чем я хуже? А если случится запредельная флуктуация, то таймстебль Воронцов из нее вытянет. Не знаю зачем, но нужен я ему, ох как нужен…

Завтракать я не стал, кофе пить тоже. Пообедаю где-нибудь в кафе. Вышел в гостиную и наткнулся на требовательный взгляд котища. Черт, совсем забыл о своей тени…

– Может, ты здесь останешься? – поинтересовался я без всякой надежды на положительный ответ.

Так оно и оказалось – котище отрицательно повёл головой.

– Ясно… Куда от тебя денешься… – обреченно вздохнул я. – Тогда в чем дело? Раньше ты разрешения не спрашивал, без спроса ко мне приклеивался. Идём.

Котище выразительно смерил меня взглядом, и я понял, что требовалось. Понимали мы друг друга без слов.

– Ты хочешь, чтобы я в жару пиджак надел?! – возмутился я и получил в ответ снисходительную чеширскую улыбку.

Тоже в общем правильно. Заслужил. Можно, конечно, пойти в футболке, как собирался, но тогда на меня все будут показывать пальцем. Точнее, на мою пляшущую чернильную тень. Не хотелось привлекать чужое внимание. Сейчас не Средние века, за оккультные штучки на костре не сжигают, но меньше всего я хотел в толпе местных выглядеть белой вороной цвета жуткой ночи. Основное кредо хронеров – не выделяться, и пиллиджеры среди хронеров не исключение.

– А если я надену на тебя ошейник и выведу на поводке? – заискивающе предложил я. – Как молодую пантеру, а?

Котище задумался. Нашел-таки я его уязвимое место: любил он покрасоваться, не зря крал помаду и брасматик. Все же осторожность перевесила, и после некоторых раздумий котище отрицательно повел головой.

Я разочарованно вздохнул и направился за пиджаком. Но, открыв одежный шкаф, увидел лучший вариант.

– Это подойдет? – поинтересовался у кота-тени, показывая джинсовую куртку.

Котище спрыгнул с дивана, подошел ко мне и принялся тщательно обнюхивать куртку, будто умел это делать. Зачем, спрашивается, передо мной разыгрывать комедию?

– Еще на зуб попробуй, – посоветовал я.

Он пренебрежительно фыркнул, покрутил носом, но все же кивнул. На куртку он был согласен.

Я надел куртку, и котище, редуцировавшись в дымный шлейф, ринулся ко мне. В этот раз он не расплылся пленкой по телу, а подушкой сконцентрировался под курткой на спине. Будто плотно набитый рюкзак повесили на меня, и я качнулся вперед от непомерного веса.

– Э! А полегче можно? – взмолился я. – Или буду ходить, согнувшись в три погибели, словно у меня прострел?

Тень послушно стала невесомой, и теперь меня качнуло назад. Осталось только ощущение воздушной подушки между спиной и курткой.

Я вышел в прихожую и покрутился перед зеркалом, осматривая куртку. На спине она немного оттопыривалась, но вполне допустимо – в пределах легкой сутулости. Спасибо, что не горбатый.

Внезапно на спинке куртки проявились две параллельные черные линии, припухли губами, а затем растянулись в довольную улыбку. Скотина, он ещё и насмехается!

Я раздраженно застегнул пуговицы на куртке, сунул руку в карман… и тут же с омерзением выдернул ее, наткнувшись на что-то мокрое и скользкое.

Пальцы были в зубной пасте.

– Ты что это удумал, С-сатана?! – взревел я. – Немедленно вычисти карманы!

Тень проступила сквозь куртку черным туманом, охватила испачканную руку, а затем рухнула на пол и вновь оборотилась в котища с зелеными глазами и двусмысленной чеширской улыбкой. Моя рука стала чистой, словно вылизанной.

– Другого места не нашел, где прятать свои вставные челюсти?!

По глазам котищи было ясно, что не нашел. Но и оставлять в квартире свои цветовые наполнители он категорически отказывался.

Я сунул руку в карман и ощутил сухую мягкую ткань. Придирчиво осмотрел пальцы, на всякий случай понюхал. Будто и не было на них зубной пасты – исчезла, не оставив ни следа, ни запаха. Может, мне кота вместо душа использовать? Вылижет всего, с ног до головы, как корова языком. Кстати, он и зубы может почистить…

Я покосился на кота, вспомнил, как вздыбливалась шерсть на его загривке, и не стал озвучивать свои мысли. Прошел на кухню, вытряхнул спички из двух коробков в мусорное ведро, а коробки положил на стол.

– Вот тебе хранилища для твоих челюстей!

Котище посмотрел на меня, на коробки, взял лапой третий спичечный коробок и, по моему примеру, вытряхнул спички в мусорное ведро. После этого котище размазался в воздухе чернильной кляксой, подхватил со стола пустые коробки и исчез под курткой.

Третий раз проверять карман я не стал, похлопал по куртке и ощутил, что коробки чудесным образом очутились в кармане. И чего я предложил два коробка, если цветовых наполнителей три: зубная паста, помада, тени для век?.. Котище лучше меня в арифметике смыслит.

Я направился к двери. Хорошо, что бриллиант в пиджаке, а не в куртке, неизвестно, что с ним стало бы, испачкай его Сатана зубной пастой. При умении межвременной тени проникать куда угодно мог бы бриллиант в матовый цвет перекрасить. Бесполезный для меня камешек, но все-таки жалко…

Меня будто громом поразило, и я замер на месте. Кажется, я знал, что можно сделать с камешком. Чуть не бегом я направился к шкафу, раскрыл дверцы и принялся лихорадочно обшаривать карманы пиджака. Ага, вот он, не потерялся…

Улыбаясь своим мыслям, я покрутил бриллиант перед глазами. Красивый перстенек получится, и хорошо будет смотреться на женской руке… Я даже знал, на чьей женской руке он будет смотреться особенно хорошо. Конечно, если не засветится флуктуационным следом. Главное, найти сейчас хорошего ювелира, который бы сделал перстенек и вправил в него камень.

– Не вздумай его загадить! – гаркнул я Сатане, пряча бриллиант в потайной карман куртки. – Голову откручу!

Открутить голову межвременной тени было весьма проблематично, но как-то ее надо приструнить?