Маркиза из стриптиза
Шрифт:
Закончив свое повествование, Мультик одним махом проглотил налитую заботливым товарищем порцию водки. Поморщившись, глотнул минералки и попросил прикурить у Евгения. Мужчины все втроем закурили. Маркова между тем переваривала сообщение бывшего гримера, стараясь определить, кто же из ее недавних знакомых больше всего подходит под его рассказ.
– Слушай, Генка, опиши его внешность, – попросила она Мультика.
– Наглая у него внешность, – хрустя яблоком, определенно сказал тот, – и глаза такие, будто ему весь белый свет задолжал.
«Борис», – сразу мелькнуло в голове у Валерии. Она, стараясь не упустить ничего из виду, как могла, описала Бориса Мультику, и тот утвердительно кивнул головой:
– Точно, он, зараза!
– Ладно, давайте по последней! – предложил Витек и, не дожидаясь согласия коллектива, наплескал в стаканчик, поднял и лихо опрокинул водку внутрь.
Лера с Соколовым отказались от предложенной им выпивки. Товарищ бывшего гримера робко спросил у журналиста пару сигарет и, получив четыре штуки, выглядел самым счастливым человеком на свете. Мультик тут же забрал у него одну и закурил.
Для Марковой остался без ответа главный вопрос, ради которого они, собственно, сегодня сюда и приехали: кто же этот второй, что в злополучный вечер встретился Генке Мультику в лифте?
Лера описала ему человека с фотографии, Толяна – результат был тот же. Никто не подходил на роль молодого любителя цитрусового запаха. И все же Маркова была уверена, что где-то совсем недавно она сталкивалась и с этим запахом, и с его обладателем. И самое главное, в ее подсознании определенно теперь увязалось все вместе: и лимон этот, черт бы его побрал, и его обладатель, и Сазан!
Леру вывела из задумчивости внезапно долетевшая до нее фраза:
– Раньше лучше было! После смены всех по домам развозили! – оказывается, изрядно пьяные Мультик с Витьком уже успели углубиться в свои воспоминания, пытаясь втолковать что-то почти трезвому журналисту, с героическим видом выслушивающему их бред.
«Развозили по домам!» – фраза навязчиво не хотела покидать голову Валерии. Вдруг перед глазами Марковой внезапно возникла картина: они выходят из гостеприимного сазоновского дома, и около машины их ожидает племянник Сазана, он открывает дверцу со стороны водителя, Лера проходит мимо него… Стоп! Так оно и есть! Вот он, любитель цитрусового запаха.
Тогда ей было просто не до подобных мелочей, сказывалась усталость от бессонной жизни и морального напряжения. Но подсознание все же зафиксировало этот момент.
Валерия бесцеремонно прервала трепотню Витька о былых временах его трудовой славы и принялась пытать товарища насчет сазоновского племянника.
Результат, как и предвидела Маркова, оказался положительным. Пьяный Мультик, хвастая памятью на внешность, добавил еще несколько незначительных черт к портрету молодого человека. Впрочем, Валерии это было уже и не особо интересно.
Пьяная парочка уже вернулась к своему недопитому самогону, чистосердечно предлагая поделиться им с Лерой и Евгением. Те дипломатично отказались, сославшись на вечерние дела, и Маркова, распрощавшись за обоих, поднялась с давно не крашенной лавочки. Соколов, кажется, только этого и ждал. Его словно стальная пружина подбросила. Торопливо пожав осоловевшим мужикам на прощание руки, он взял Валерию под локоть и быстрым шагом направился к выходу. Лера, понимая его состояние, давилась от невольного смеха.
– Представляешь, они меня за полчаса вдвоем одолеть умудрились! – изумленным голосом признался Соколов. – Меня, с моей журналистской выдержкой! Говорят оба сразу, и каждый при этом просит оставить покурить!
Лера не выдержала и рассмеялась, повиснув у молодого человека на руке.
– Ой, не могу! – Закончив смеяться, Маркова предложила зайти в магазин. – Продуктов купить, потом, мне кое-что из вещей надо. Сам понимаешь, дома гардероб я пополнить не могу, а когда это станет возможно – пока неизвестно.
– Я так понял, от нашего сегодняшнего гульбища в компании двух алкоголиков польза все-таки есть? – полюбопытствовал журналист.
– Несомненно, – подтвердила девушка, – только давай на ходу этим голову не загружать, а все спокойно обсудим у тебя дома. Ты не возражаешь?
Они быстренько пробежали по магазину и, купив все необходимое, собрались отправиться к Соколову. Лера включила телефон – позвонить брату. Мобильник тут же отозвался пиликаньем. Звонил Вадик.
– Как ты? – услышала Лера фальшиво участливый голос. – Я утром Санька видел – он мне все рассказал…
Лера просто окаменела от подобной наглости.
– Ты, что, сволочь, меня за дуру последнюю держишь?! Ты лучше мой номер телефона забудь, это я тебя по-хорошему прошу…
– Маркиза! – взволнованно перебил ее сутенер. – Поверь мне, я ни при чем. А что ночью звонил, так извини, у меня дома жена и ребенок, мне деваться некуда было, что я поделать мог!
– Ладно, не ной, – презрительно бросила в трубку Валерия, соображая тем временем, какую пользу она может извлечь из этого разговора. – Клиент точно просил именно меня? Ты не знаешь, кто ему мог порекомендовать?
– Да нет же, говорю! – продолжал рыдать сутенер. – Ни он, ни я ничего об этом не знали. Ночью ко мне менты с очень серьезными людьми приехали, а у меня…
– Вадик, забудь меня, я из Тарасова уезжаю через час, – торопливо сообщила ему Лера и отключила телефон.
Соколов тем временем поймал машину и, устроившись на переднем сиденье, через плечо спросил:
– С кем разговаривала?
– Со сволочью одной, – зло ответила она.
– Зачем же ты со сволочами общаешься?
– Жизнь заставляет, – зло огрызнулась Маркова, и журналист решил, что больше расспросами ее беспокоить не стоит. Слишком хорошо Соколов знал характер своей бывшей сожительницы. Он уже успел заметить, как потемнели ее и без того темные глаза. Ничего хорошего это не обещало.