Чтение онлайн

Усталость, то и дело парализующая мозг, немного уступила. Фредрика задумалась, как поступить дальше. Вряд ли это что-то даст, но проверить все же стоит. Она вышла в соседний кабинет к Эллен.

— Кто смог бы перевести мне арабский текст? — спросила она.

Алекс Рехт решил сам ответить на звонок настоятеля церкви в Бромме. Они обменялись вежливыми фразами, после чего священник объяснил цель своего звонка:

— Дело касается Якоба Альбина, найденного вчера мертвым.

Алекс ждал.

— От имени церкви я бы хотел сообщить, что мы готовы оказать вам любое содействие, в котором вы нуждаетесь. Любое. Это неслыханная потеря для нас. И непостижимая.

— Понимаю, — ответил Алекс. — Вы общались с покойным и в частной жизни?

— Нет, — отозвался настоятель. — Но в приходе его очень ценили. И Марью тоже. Таких людей никто нам не заменит.

— Мы не могли бы приехать к вам сегодня в течение дня? — поинтересовался Алекс. — Мы бы хотели опросить по возможности максимальное количество людей, близко знавших супругов Альбин.

— Я к вашим услугам в любое время, — с готовностью ответил настоятель.

Закончив разговор, Алекс подумал, не позвонить ли отцу. Мысль эта в последнее время приходила ему все реже, а сейчас единственным поводом для звонка было то, что дело имеет прямое отношение к церкви. Отец Алекса, как и его младший брат, были пасторами шведской церкви. Алексу в свое время пришлось серьезно побороться с родителями, чтобы отстоять собственный выбор профессии. Ведь все старшие сыновья в роду уже много поколений подряд были священниками.

В конце концов отец сдался. Служба в полиции — это ведь тоже своего рода призвание.

— Я буду полицейским, потому что ни с чем другим так хорошо не справлюсь, — заявил Алекс.

Этими словами он победил отца.

На столе зазвонил телефон. На душе потеплело, когда в трубке послышался голос жены Лены, хотя в последнее время он и тревожил комиссара. В ее голосе слышалась то тревога, то боль. Жена переживала, но не говорила из-за чего.

— Ты сегодня поздно вернешься? — спросила она.

— Думаю, нет.

— Не забудь, что тебе надо к врачу по лечебной физкультуре.

Алекс вздохнул.

— Конечно не забуду, — ответил он раздраженно.

Они обсудили меню на ужин, поговорили о новом парне их дочери, который выглядит как рокер, а разговаривает как депутат риксдага. Провальный вариант, подытожил Алекс, рассмешив жену.

Ее смех продолжал звучать у него в ушах, когда комиссар уже положил трубку.

Алекс посмотрел на свои руки, покрытые рубцами. Их изуродовал огонь прошлым летом, когда его группа вела ужаснейшее дело о пропавшей девочке. Ребенок был похищен, а позже найден убитым. Охота на преступника заняла в общей сложности меньше недели, но по своей интенсивности стала беспрецедентной за всю его карьеру. Пожар в квартире убийцы был страшным финалом всей цепочки чудовищных преступлений.

Алекс согнул и разогнул пальцы, один за другим. Врачи обещали, что со временем кисти обретут прежнюю подвижность, и к суставам правда постепенно возвращалась гибкость. Сам пожар Алекс уже почти не помнил и был рад этому. Никогда раньше он столько не сидел на больничном, а когда выписался, они поехали с Леной в Южную Америку навестить сына.

Он, как всегда, усмехнулся, вспоминая о поездке. Вот уж где не полиция, а сущий бардак!

Телефон снова зазвонил. К его большому удивлению, его разыскивала Маргарета Берлин, заведующая отделом кадров.

— Алекс, нам надо поговорить о Петере Рюде, — твердо сказала она.

— Да? — удивился он. — А в чем дело?

— В рогаликах.

Он уже несколько дней находился в Швеции, однако страны еще толком не видел. Из Арланды он, согласно инструкциям, автобусом доехал до центра города, затем сел на скамейку недалеко от магазинчика «Прессбюро» и стал ждать.

Женщина пришла лишь спустя полчаса. Она выглядела совсем не так, как он себе представлял. Она была гораздо ниже ростом и темнее, чем шведки в его представлении. И еще на ней был мужской костюм — брюки вместо юбки.

Он растерялся, не зная, что сказать.

— Али? — обратилась к нему женщина.

Он кивнул.

Женщина огляделась, сунула руку в сумочку и протянула ему мобильный телефон. Он испытал такое облегчение, что чуть не зарыдал. Передача телефона была сигналом, которого он ожидал, знаком, что он пришел в правильное место.

Ватными пальцами он положил телефон в карман, одновременно пытаясь нащупать другой рукой паспорт в кармане рубашки. Женщина энергично кивнула, когда он протянул ей паспорт, и быстро пролистала документ.

После чего знаком приказала следовать за ней.

Через здание центрального автовокзала она провела его на улицу, заполненную автомобилями. Налево от входа он увидел огромное количество велосипедов, чего раньше никогда не видел на автовокзалах. Должно быть, шведы много ездят на велосипедах.

Женщина нетерпеливо подозвала его, указала на свою машину и жестом велела сесть рядом с водительским местом. Мороз оказался сильнее, чем он ожидал, но в машине было тепло.

Они молча ехали через город. Али решил, что она не говорит по-арабски, а сам он не владел английским. Он смотрел в окно во все глаза, запоминая все, что видел. Повсюду вода и мосты. Невысокие здания, и гораздо тише, чем в других городах, которые он видел. И куда подевались уличные торговцы?

Четверть часа спустя женщина припарковалась в пустынном квартале и жестом велела ему выйти из машины. Они вошли в один из невысоких кирпичных домов и поднялись на третий этаж. Ей пришлось использовать три разных ключа, чтобы отпереть три разных замка на двери. Наконец, открыв дверь, она первой вошла в квартиру. Он вошел следом, склонив голову.

Пахло хлоркой и застарелым куревом. И еще свежей краской. Квартира была небольшая, и Али решил, что когда приедут остальные члены его семьи, то ему дадут большую квартиру. В груди больно кольнуло, когда он подумал про жену и детей. Остается надеяться, что с ними все в порядке и что они справятся без него, пока он не получит вид на жительство. Его человек обещал, что все произойдет быстро, что вид на жительство дадут, как только он выполнит свои обязательства перед теми, кто оплатил его побег.