Чтение онлайн

– Так вы из газеты «Сиэтл телеграф»? – переспросила заведующая.

Ник показал ей рабочее удостоверение.

– Я хотел узнать, ведете ли вы учет людей, которые обращаются за помощью?

– В газете «Телеграф» выйдет статья об этом приюте?

– Я действительно работаю в газете, – Ник спрятал бумажник с удостоверением в карман, – но я здесь не по поводу статьи. Меня зовут Ник Уайлдер. Можете позвонить нашему главному редактору, Лоре Дейли, она подтвердит мои слова. В данный момент газету не интересует этот приют – по крайней мере, насколько мне известно.

– Так почему же вы здесь, мистер Уайлдер?

– Вам знаком человек по имени Джексон Фэрри?

Глаза заведующей сузились.

– Не возражаете, если я закурю?

Ник пожал плечами.

– Я знаю, кто такой Фэрри. – Сунув сигарету в рот, Льюис щелкнула зажигалкой. – Но не уверена, что встречалась с ним лично. – Запах сигарет, отдававший гнилью, тут же заполонил комнату. – Его арестовали по обвинению в убийстве пару дней назад.

– По обвинению в убийстве моего брата, – кивнул Ник.

– Что?

– Человек, которого он убил, был моим братом. Сэм Уайлдер.

Льюис выпустила дым через нос.

– Я хотел попросить вас рассказать мне о нем. О Фэрри.

– Как я уже сказала, мистер Уайлдер, я не была лично знакома с Фэрри. Он жил здесь последние пару месяцев, на втором этаже, так что я его несколько раз видела. Его лицо мне знакомо. У него была диагностирована параноидальная форма шизофрении. Насколько я знаю, полиция перевела его в больницу «Вестерн Стейт» [12] для психиатрического освидетельствования. Вот и все.

– Это значит, что он шизофреник?

– Буквально «шизофрения» – это расколотый, расщепленный рассудок. Это заболевание всегда протекает очень индивидуально и имеет множество форм. Насколько я знаю, у Фэрри проявлялись так называемые «позитивные» симптомы заболевания – бред и галлюцинации, но не нарушения мышления. Впрочем, сама я с ним не общалась. Больше мне ничего не известно.

– Объясните, пожалуйста, что все это значит. Вот вы сказали «бред, галлюцинации». Он что, переживал некие видения?

– Да. – Льюис затянулась. – Он видел и слышал то, чего нет. Проще говоря, утратил связь с реальностью и не мог понять, где его мысли, а где внешний мир.

Репортер вздрогнул.

– Его лечили?

Ник заметил, что заведующая замялась.

– Мне очень жаль, но я больше ничем не могу вам помочь, мистер Уайлдер. Он просто жил здесь, вот и все. Тут много таких людей.

– Способных на насилие?

– Все способны на насилие при соответствующих обстоятельствах, и вы это знаете, мистер Уайлдер. Впрочем, в большинстве случаев шизофреники могут навредить только себе.

– А в случае с Фэрри?

Льюис посмотрела на Ника поверх очков.

– Насколько я помню, он был очень крупным мужчиной. у меня сложилось впечатление, что он вел себя громко. Злобно. Агрессивно. Угрожающе. Но способен ли он на насилие? Я не врач, мистер Уайлдер, а всего лишь социальный работник. Да и росту во мне метр пятьдесят шесть. Мне все кажутся большими.

– А как насчет Генри Дина? – продолжал настаивать Ник. – Это имя вам что-то говорит?

– А должно? – Заведующая задумалась. – Нет, не помню никакого Генри Дина.

– А Джеймс Уоррен?

Поджав губы, Льюис покачала головой.

– Вы ведете учет людей, которые обращаются к вам за помощью? – снова спросил Ник.

– Это зависит от того, что вы имеете в виду, говоря «обращаются за помощью». Наша столовая кормит тысячу человек в день, и мы не ведем учет тех, кто тут ест. Кроме того, мы предлагаем услуги таких программ, как переквалификация и лечение в наркологической клинике. Ведут ли там учет, зависит от самой программы. Люди, которые к нам обращаются, часто не просто бездомные, у них вообще нет никаких документов – ни удостоверений, ни паспортов, ни карточек государственных программ социального страхования. Даже свидетельства о рождении нет. Вести подробный учет тех, кто к нам обращается, – это сложная задача, если не сказать пустая трата времени.

– А как насчет тех, кто здесь живет? Разве в приюте не ведется учет тех, кто занимает тут комнаты?

– Мы стараемся это делать, – признала заведующая.

– Вы можете предоставить мне эти данные?

– С какой целью, мистер Уайлдер?

– Пару недель назад в Нью-Йорке бездомный по имени Генри Дин обезумел, ворвался в частный дом и без какого-либо мотива убил двух спящих людей.

– Вы считаете, что эти убийства как-то связаны со смертью вашего брата?

– Не знаю. – Ник понимал, насколько надуманно все это звучит. – Однако у меня есть причины полагать, что и Дин, и Уоррен, как и Фэрри, жили в Сиэтле.

– Понятно. – Взяв авторучку, Льюис записала имена на бумажке. – Предоставьте это мне и оставьте свой номер телефона. Я все проверю, и если выясню что-то об этих двух, то перезвоню вам.

Через пару минут после того, как Ник вышел из офиса, Карла Льюис сняла трубку. Зажав ее плечом, она набрала номер и закурила.

– Это я. Да, все в порядке. – Она стряхнула пепел с темно-синей блузки. – Послушайте, я хотела задать вам один вопрос. Только что ко мне заходил молодой человек и расспрашивал о наших клиентах. Что? – Она выдохнула дым в сторону. – Ник Уайлдер из редакции «Телеграф». Но он тут был не по работе. Оказывается, он брат того человека, которого убил Джексон Фэрри. Да, Ник Уайлдер. Брат Сэма Уайлдера. – Льюис делала глубокую затяжку, так что половина ее сигареты превратилась в пепел, и выдохнула облако дыма. – Что? Да. – Она посмотрела на записи на бумажке. – Генри Дин и Джеймс Уоррен. Я решила, что стоит вам позвонить, возможно, вы что-то о них знаете. Я не думаю, что они у нас жили, и не смогла помочь этому юноше. Я проверю. Я просто подумала, что, может быть, вы их знаете. Может, видели в клинике. – В последний раз затянувшись, Льюис затушила окурок в пепельнице. – Конечно, как только у вас появится такая возможность.