Чтение онлайн

Аркимедесу совсем не понравилось это предложение. Он предчувствовал, что все это может закончиться очень плохо и повлечет за собой большие проблемы, но, представив девушку и через что она прошла, пришел к выводу, что и в самом деле лучше будет, если она умрет в сельве, чем в той грязной хижине.

Этой же ночью он занял очередь и, продолжая пребывать в плохом настроении, вынужден был терпеть насмешки других работников, полагавших, что наконец-то сдался последний, кто вначале не желал разделить общую вину за содеянное.

Когда он вошел в вонючую хижину, едва освещенную печальным пламенем свечи, Клаудия даже не взглянула в его сторону, лежала с закрытыми глазами, не шевелилась, словно мертвая, оставалась распростертой на грязном матрасе в той же самой позе, в какой ее оставил предыдущий посетитель.

Аркимедес присел рядом, несколько раз потянул ее за руку, чтобы она открыла глаза. Лежала она совершенно обнаженная, и хотя тело у этой женщины было красивое, но «Северянин» не ощутил ни малейшего желания воспользоваться им.

– Клаудия! – позвал он шепотом. – Клаудия, послушай, пожалуйста. Меня прислал Говард, «Гринго».

Девушка открыла глаза, взгляд у нее был отсутствующий, остекленевший, словно она спала, но все же, перевела этот неживой взгляд на него и едва слышно произнесла:

–Говард умер.

–Нет, это не так. Клянусь, что это не так, – постарался убедить ее Аркимедес. – Он жив. Скрывается в сельве, жив и здоров. Мы виделись этим вечером. Он послал меня спросить, согласно ли ты бежать с нами.

Очень медленно, но значение тех слов все же проникло в затуманенное сознание девушки. Какое-то время она никак не реагировала, продолжала лежать без движения, закрыла глаза на какое-то мгновение и, как показалось Аркимедесу, вздохнула с облегчением, будто ожидала эти слова с того самого момента, как весь кошмар начался.

– Вытащи меня отсюда, – взмолилась она. – Вытащи, чего бы это ни стоило.

– Постараемся, но это может стоить тебе жизни, – предупредил ее Аркимедес.

– Все, что сейчас делается, хуже, чем смерть, – ответила она. – Каждую ночь думаю кинуться в реку, чтобы пираньи покончили со мной. Уведите меня отсюда!

– Мы уведем тебя, но не сейчас, через несколько дней. Постарайся набраться сил. Ешь больше и постарайся привести себя хоть немного в порядок. Побег будет очень тяжелым и сложным.

– Я все сделаю, – ответила она убежденно. – Через неделю буду готова.

Им бы еще хотелось поговорить: Клаудии, потому что он был единственной надеждой на спасение, Аркимедесу, потому что приятно было хоть как-то утешить девушку, но снаружи уже волновались новые посетители, ожидая своей очереди, и сердито кричали, поскольку «Северянин» задержался, развлекаясь, дольше, чем полагалось.

На следующий день он заметил, что его индеец посматривает на него несколько странно и держится враждебно, и молчит больше обычного.

Пару раз он спросил его об этом, но ответа не получил и наконец догадался сам.

– Понимаю, – прокомментировал он. – Твои глаза кошки, которая никогда не спит, видели, как я входил в хижину Клаудии.

Он попытался оправдать свои действия, хотя и не понимал, зачем делал это, да и никаких причин на это не было.

– Я очень хотел бы объяснить тебе, зачем ходил туда и почему это сделал, – сказал он. – Но, думаю, что ты не поймешь.

Индеец остановился и внимательно посмотрел на него.

– Рамиро «Мало-мало» может понять все, – ответил он. – Он даже может понять то, что ты носишь еду и прячешь человека с крашеными волосами. Но не может понять, как тебе может нравиться женщина, которую отдают против ее воли, и зачем ты стоишь в очереди с другими мужчинами.

Аркимедес замер на месте, словно его поразила молния. Он даже не подозревал, что индеец знает про американца, и не представлял каким образом он разузнал про него, поскольку всегда оставлял его и находил на том же месте спокойно работающим.

– И как давно ты знаешь про «Гринго», – спросил он.

– Рамиро узнал об этом на следующий день, – спокойно ответил тот. – Рамиро хоть и «Мало-мало», но когда захочет, ходит по сельве очень быстро и очень тихо.

– Если бы ты сдал нас, то получил хорошее вознаграждение, – сообщил ему «Северянин».

– Рамиро не нужно никакого вознаграждения, кроме как вернуться на свою землю и перестать быть рабом. Рамиро надеется, что, убежав с тобой, он получит это.

Аркимедес облокотился о ближайшее дерево и рассеяно почесал голову.

«Вот тебе и на! А казался дурачком. А у него уже имеется свой план».

– Рамиро будет очень полезен, если возьмете его с собой, – продолжил индеец. – Он хороший проводник, знает сельву и ходит очень тихо. Он сможет дойти до своей земли на берегах Курараи, что протекает рядом с Великой Напо.

– Напо?! – воскликнул Аркимедес. – Не сошел ли ты с ума? Да ты вообще представляешь где находится Напо? На противоположной стороне Амазонии. Нам понадобится спустится по Эль Негро, затем подняться по Великой Реке… Да ты просто не знаешь, что говоришь!

– Рамиро знает, что говорит, – упрямо повторил индеец. – Рамиро хорошо изучил путь, по которому его привели сюда. Сначала спустимся по Эль Напо, затем поднимемся по Великой Реке и опять поднимемся по Эль Негро до самой Курикуриари. Но так получится слишком широкая дуга. Если идти верхним путем, то через сто дней пути Рамиро сможет вернуться к Эль Напо.

И пока он это говорил, опустился на корточки и на утоптанной земле тропинки начертил, несколько приближенно, контуры этих рек. Аркимедес внимательно изучил грубо нарисованную карту и в глубине души согласился с тем, что индеец был прав. Он пристально взглянул на него.