Чтение онлайн

Этот очень долгий и тягучий вечер сменился ночью, которая была ничуть не короче и не спокойнее. Я лежал на кровати полностью одетый, готовый к любым неожиданностям и ждал, когда за мной придут убийцы, а эти твари все не шли и не шли, хотя должны были просто гореть священным гневом на мерзкого дикаря, который смеет безнаказанно ходить по городу, вместо того чтобы нормально гнить в овраге. Меня одолевал сон, хотя я и старался крепиться, и зевота так доканывала, что боялся вывихнуть челюсть. Может, это была реакция на нервное напряжение.

То проваливаясь в дремоту, то выныривая, как подводная лодка из темных глубин океана, я провел несколько часов в томительном ожидании и был «вознагражден» в конце концов долгожданным визитом отряда бандитов — уже перед рассветом, в час быка, когда, по преданиям древних землян, вылезает на землю всякая нечисть.

В моем случае нечисть вопила пьяными нестройными голосами, напоминая всему миру о том, что выпито много, крепко и теперь требуются развлечения. Развлечением для них должен был стать изуродованный труп мерзкого акомы, ставшего участником убийства брата главаря банды.

Сон с меня как рукой сняло, как будто и не было часов томительного ожидания. Адреналин впрыснулся в кровь, она побежала по жилам, как сжиженный газ по трубе, и через несколько секунд я уже стоял у входной двери, со щитом на левой руке и с мечом в правой.

Выбив ногой запорный брус из его держателей, я распахнул дверь и, ожидая нападения, шагнул в коридор гостиницы. Там было очень тихо и очень темно — не горели фонари, не было слышно голосов постояльцев, которые, по идее, должны были высовываться, чтобы узнать, кто же это там мерзко вопит: «Акома, выходи! Акома, дикарская ты морда, пора умирать, выходи, а то подожжем всю гостиницу!»

Вспомнил, что вечером слышал в коридоре шум шагов, но не придал этому значения, решив, что это постояльцы спускаются к ужину. Похоже, уже весь мир знал, что меня собираются убивать, и постояльцы свалили от греха подальше в более тихое место, как можно дальше от поля боя. Подумалось: «Интересно, персонал-то на месте? По логике они тоже должны сбежать».

С этими мыслями я сделал несколько шагов по скрипучему полу, прикрывшись щитом и мечом, и был вознагражден за свою осторожность: распахнув дверь одной из комнат, на меня выскочили два вооруженных человека — удар одного пришелся в щит, удар второго я парировал движением меча, обратным ходом воткнув его в низ живота нападавшего.

Первый попытался врезать дубинкой еще раз, но я оглушил его очередным ударом щита в грудь, вышибив дух, и колющим движением убил прямо в сердце.

Посмотрев на лежащих, я поздравил себя за предусмотрительность. Во-первых, за то, что я не зажигал огня, а потому видел в сумраке коридора вполне недурно, а во-вторых, что надел полное вооружение и броню — щит мне сейчас очень пригодился.

До лестницы, ведущей вниз, в зал, неожиданностей не произошло. Разве можно назвать неожиданностью троих бандитов, которые с воплями, размахивая различными средствами убийства, бросились на меня, будто стадо разъяренных быков?

После нашего столкновения персонал гостиницы, если кто-то остался жив после общения с шайкой, будет долго отмывать со стен кровавые потеки и мозги нападавших — одного я так двинул щитом, что его голова лопнула, как гнилой помидор, и ее содержимое забрызгало стены и потолок. Зрелище, я скажу, не из приятных…

Так, вполне эффективно и весело, я продвигался к входной двери в гостиницу, оставив за собой десяток трупов. Пока что я не особенно устал, только побаливала рука, держащая щит, — дубинка одного из уродов скользнула по нему и зацепила мой локоть, слава богам, не покалечив.

Не скажу, что убивать мне было легко — чисто морально, но я зажал внутри себя мое сознание цивилизованного человека и старался воспринимать этих противников как персонажи какой-то компьютерной игры. Налетели — принял удар щитом, уклонился, воткнул в живот меч, отбил атаку, воткнул клинок в горло, отбил, подбил под колени, добил сверху уколом в грудь. Вот так и шел.

Стоит отметить, что стиль работы деревянным мечом отличался от стиля работы стальным — самым надежным во владении деревянным мечом была не рубка, а короткие и точные уколы, этому еще Варган меня учил. Да, если ударить по незащищенному телу деревянным лезвием, да еще с размаху, да с потягом, то можно прорубить мышцы и кости, но это отнимало столько много сил и столько существовало возможностей заблокировать этот удар, что смысла в размашистых движениях не было. Как я прочитал когда-то в Сети, один мастер фехтования говорил: «Хороший замах нужен только при колке дров!» Правда, он был фехтовальщиком на шпагах, а с мечами все обстоит немного иначе… особенно деревянными.

Узкие коридоры гостиницы не позволяли размахнуться как следует, враги могли быть одеты в броню, а потому я не хотел рисковать и в девяноста процентах ударов только колол острием меча, легко пробивая и деревянную защиту, и тела.

К тому времени, как я вышел из гостиницы на улицу, рассвет еще не овладел этим миром — вся эта бодяга началась около трех ночи, а на улице я появился в начале четвертого — по моим ощущениям, лишь где-то далеко в небе появилась серая полоска, извещающая о том, что день возьмет свое, и солнце ушло не навсегда.

Над головами висела огромная багровая луна, служившая тут светильником лучше всяких фонарей. Даже при маленьких гостиничных окнах она позволяла кое-что разглядеть и в коридорах. Здесь же, на улице, все было видно как на ладони: вдалеке блистало под светом луны ночное море, а выход из тупика мне перекрывала группа из десяти с лишним вооруженных бандитов, один из которых выделялся высоким ростом, статью и командным голосом.

Он сухо и резко сказал:

— Эй, акома, я знаю, что ты хорош в бою, иначе не вышел бы из гостиницы живым. Сдавайся, и я убью тебя быстро и без мучений. Ты мне расскажешь, какое отношение имеешь к смерти моего брата, а я, так и быть, просто сломаю тебе шею. Так-то я примерно знаю, кто ты и откуда, но интересно самому услышать.

— Заркун, давай поговорим, — ответил я спокойно, оглядывая улицу и соображая, как извлечь максимальную выгоду из ситуации, чтоб не упустить главаря и не подставиться под случайный удар. Если в гостинице они не имели возможности напасть все сразу, узкий коридор мешал, то тут могли навалиться толпой, и тогда даже моя сила не поможет — я же не кузнечик, чтобы запрыгнуть на крышу гостиницы.

— О чем мне с тобой говорить, акома? Я и так понял, что это ты был в лесу в тот день, когда погиб мой брат. Я тебя все равно убью, так о чем нам говорить?