Чтение онлайн

Ситуация в стране и в мире его сейчас абсолютно не интересовали - повлиять на нее он никак не мог, - так стоило ли обращать на это внимание?! А вот то, что сейчас происходит в 20-30 метрах от него - было для него куда как важнее. Исключения составляли лишь сообщения о 'зомбЯх' или 'обратившихся', как их успел окрестить местный жаргон, - их Кравчий выделял особо.

Нет, он мог бы конечно окончить свой краткий отпуск прямо сейчас, - но что бы он получил?

В лучшем случае его бы вынудили принимать решения в режиме цейтнота при недостатке информации. А для этого он своего Женю И.О. и назначил - вот пусть и отдувается.

В худшем случае его кинули бы, как, наверное, кинули уже всех остальных сотрудников его Департамента, на улицы. И уж там ему было бы точно не до анализа ситуации.

Поэтому самое разумное для него было - просто ждать, потихоньку собирая и анализируя информацию....Одним словом - 'не светить' и отсидеться.

20.03.2007г - 13.15 - В здании снова кричали.
– Громко, истерично, так, как могут кричать взрослые, сильные и до усрачки перепуганные мужчины.

Крик, надрывный и истеричный, шел из одного места, но откуда именно - Сергей Петрович точно не знал.

Затем, через минуту или около того, раздалось пять или шесть выстрелов, и крики смолкли.

Зато стал слышен топот множества ног, бегущих с разных концов громадного здания к источнику задавленного крика.

20.03.2007г.
– после 14.00 - Снова стрельба. На этот раз вместо одиночных выстрелов из пистолета, как было в первый раз, были слышны очереди и одиночные выстрелы сразу из нескольких видов оружия. Стреляли и кричали одновременно сразу в нескольких концах здания. Это могло означать сразу две вещи - с одной стороны степень угрозы возросла, но с другой - система охраны здания успевала отреагировать на выросшие угрозы, вызвав заблаговременно подкрепление.

Кравчий отметил, что сыновья держаться неплохо. Мать тоже. А вот Юлечка кажется, поплыла.
– Ну да ничего, решил он. Так даже лучше. Было бы куда хуже, если бы у нее случилась истерика.

Остается просто ждать, пока ситуация разрулится без него. Или, что более вероятно, проблема обретет четкость.

'Этих', как окрестила их Юлечка, они видели несколько раз в течение дня, - бредущих куда то или стоящих в тени зданий.

Их намерения сразу стали ясны, когда один из 'этих' сумел-таки схватить проходившую мимо бабку (кажется, у той были проблемы с ногами).
– То, что было дальше, Кравчий не разрешил смотреть ни жене, ни детям. Матери он ничего говорить не стал, но она и не горела желание быть наблюдателем.

Его неприятно напрягло то, что 'обращенный', который навалился на бабку, действовал очень быстро. Очень! Со скоростью не свойственной обычному человеку, - и это действительно беспокоило. И давало повод для раздумий.

Ночь прошла тяжело. Дети не привыкшие спать на полу все время ворочались, да и для беременной жены с восьмидесятилетней матерью кожаные диваны оказались не вполне удобным и привычным ложем.

Но выбирать особо не приходилось.

В городе периодически раздавались выстрелы. Пару раз за ночь кто начинал кричать в самом здании СБУ, и начиналась стрельба. Потом все умолкало до следующего крика в ночи.

И от этих криков его семейные, измученные за целый день, просыпались. Но лишь за тем, что бы снова упасть в объятия липкого дурного сна.

21.03.2007г.
– Просто тяжелый день - Следующий день выдался тяжелым во всех отношениях.

Сначала было пробуждение, - неприятное и неудобное для всех, вне зависимости от того, кто где спал - на диване под плащом, на кушетке под слоем скатертей или просто в кресле у компьютера.

Затем со стороны сыновей была попытка тихого бунта, подавленного впрочем, в самом зародыше.
– Банальное желание сыновей сходить в туалет по-маленькому пресеклось Сергеем Петровичем простым и недвусмысленным образом: и Павлик, и Игорь теперь должны были справлять свою малую нужду не выходя в туалет, а прямо тут - в комнате. Под резервуар Сергей Петрович выделил 10-литровую баклажку из под воды, и сам же первый показал пример как ее использовать.
– Сколько они тут пробудут, и как долго он 'будет в отпуске', Сергей Петрович еще не знал. И поэтому решил, что стоит придерживаться режима маскировки по типу 'тут никого нет': лишний раз по комнате не топать, воду в санузле не спускать, - уж больно слышно в уборной соседнего кабинета. Короче говоря - сидеть тихонечко и не отсвечивать.
– Для женщин впрочем, учитывая их положение и физиологию, он исключение сделал, посчитав, что лучше пойти на риск чем спорить с двумя бабами сразу, одна из которых его беременная жена, а другая - 82-летняя мать.

Затем был недолгий завтрак после которого обе стороны вернулись к тому, чем занимались вчера: жена с детьми снова оккупировала диван и коврик рядом с ним, а Сергей Петрович - свой рабочий стол. Юлечка 'слушала мир', периодически показывая мужу самые интересные, 'вкусные' места, на которые стоило обратить внимание, а Сергей Петрович - 'слушал' свою контору по мере тех скромных возможностей, которые имел. Дезертировать он не собирался, но и становится жертвой своей или чужой некомпетентности - он отчаянно не хотел.

Впрочем, слово 'слушал' было слишком громким. Сергей Петрович просто отмечал, кто перестал выходить на связь, а кто еще выходит, как идет интенсивность переговоров, как вспыхивают и гаснут 'аватарки' по ходу селекторных переговоров и многое другое. Даже периодически раздающийся треск выстрелов с крыши здания он увязал с активностью десятка 'аватарок' на экране компьютера.
– Здорово выручали и пароли зама к паре сетевых ресурсов конторы.

У него не было точных сведений - кто сейчас и чем руководит в этом здании, - он лишь знал, что в мире творится не самое хорошее, и соотносил это с динамикой 'убыли аватарок', со стрельбой в городе и здании, и со многими другими факторами.

Сергей Петрович был не столько аналитиком, а скорее интуитом, но и для интуиции нужна хоть какая-то отправная точка. И ближе к 7 часам вечера, сидя в полутемном кабинете глядя на прислонившихся к дивану детей, на маму и на измученную супругу, Кравчий понял, - пора!!!

22.03.2007г.
– 06.30 - Он открыл дверь и вышел 'в мир'. 'Миром' правда, были коридоры родного ведомства, но сути это не меняло. Тут, на 5-м этаже было тихо, но где-то поодаль был слышен шум шагов. И это была не привычная ему чечетка офисных туфель и ботинок, а настоящий 'микс из ударных', самым тяжелым из которых - были армейские сапоги.

Выйдя утром из своего добровольного заточения, Сергей Петрович не узнал то, что еще вчера было его конторой. Изменились люди и стены. Люди были другие - разных ведомств, служб, раскрасок камуфляжа и фасонов штатской одежды, - одни еще спали на стульях, другие - слонялись чего-то ожидая. Их было не так что бы очень много, но все они были с оружием. А еще непривычно было наблюдать, как во многих кабинетах располагаются гражданские - в основном женщины и дети.

Он не спеша обошел все этажи здания кроме первого, куда решил пока не спускаться - во избежание. И повсюду видел одну и ту же картину - непонятные люди, незнакомые женщины и какие то дети, одиночки и группки - старательно не замечавшие друг - друга, воющие в истерике женщины и впавший в ступор мужчина, труп подростка с разбитой головой лежавший в темном, мало населенном коридоре второго этажа.
– Как правило, рядом с женщинами и детьми располагалось двое-трое вооруженных мужчин, в форме или в штатском, принадлежавших его конторе или какие то левые МЧС-ники...