Чтение онлайн

Он вставил ключ в замочную скважину, повернул несколько раз и распахнул передо мной дверь. Я шагнула внутрь, в нос ударил приятный аромат свежих цветов.

Холл оказался небольшим, но уютным. Прямо по курсу растянулась лестница на второй этаж, под ней небольшая кладовая. Справа и слева двери в другие комнаты.

— Еще полтора года назад тут были трущобы, эти дома свежей постройки. С канализацией. Соседи средний класс, потому вы с детьми будете чувствовать себя в своей тарелке, — начал Митчел как заправский риелтор. После толкнул дверь направо. — Большая столовая, совмещенная с кухней. Идеально для большой семьи.

Я ожидала, что варианты, которые выберет лорд Митчел будут хуже. Намного хуже. Потому теперь, рассматривая возможное для проживания жилье, ощущала ком в горле. Как поднимать эту тему на общий совет? Как сообщать детям, что, если мы откажемся от наследия, данного им родителями, нам будет легче жить?..

— Тут просторный зал с камином, — произнес Волдер, провожая меня ко второй комнате, расположенной на первом этаже.

Светло-бежевая краска на стенах, огромный мягкий с виду диван, камин и пустые книжные полки — все тут кричало об уюте и шумных семейных вечерах. Пожалуй, выглядело и правда чудесно.

На втором и третьем этажах была совершенно идентичная планировка. По две небольших спальни и — о боги, да! — по туалетной комнате. Митчел не преминул случаем продемонстрировать не только наличие канализации, но и ванну с возможностью набрать горячую воду!

Я была готова остаться в этом доме прямо сейчас, просто для того, чтобы принять пенную ванну!

Как выяснилось в процессе презентации, в общем для всех домов подвальном помещении держалось несколько чанов, которые прогревались за счет угля. Специально обученные люди следили за тем, чтобы вода в чане в срок с восьми утра и до десяти вечера держала нужную температуру. И все это за скромную плату в пять золотых в год! Задерживаешь — и доступ к горячей воде перекрывают.

В общем, местный аналог ЖКХ. И я бы, конечно, с удовольствием воспользовалась всеми прелестями канализации, но экскурсия продолжалась. Мы поднялись на последний четвертый этаж.

— Тут… Тут ты бы смогла сделать художественную мастерскую, — тихо произнес лорд Митчел.

Просторная комната с окнами в пол была залита солнечным светом. Сквозь приоткрытое окно проникал свежий воздух, лакированный деревянный пол играл бликами. Мне стоило бросить только один взгляд на помещение, чтобы представить, куда бы я поставила мольберт, а где бы держала все инструменты для рисования…

— Ты уже купил этот дом, так ведь? — схватилась я за соломинку, чтобы хоть как-то вернуть себе желание бороться за рухлядь, в которой сейчас жила. — Ты открывал дом своим ключом, а значит, купил. Неужели ты даже не оставлял варианта для моего отказа?

— Я просто вложился в недвижимость, Яра, — улыбнулся лорд Митчел. — Еще пять аналогичных домов по этой улице принадлежат мне. Через пару лет они вдвое, а то и втрое вырастут в цене, и я их продам. До того момента буду сдавать в долгосрочную аренду. Потому выбор все еще за тобой. Одно твое слово, и дом по всем документам будет принадлежать тебе.

— Мне надо подумать, — хрипло ответила я, решившись поднять взгляд. — И обсудить с детьми. Если они согласятся, дом надо будет записать не на меня, а на них.

— Благородно, — краем губ улыбнулся Волдер.

Домой я возвращалась в смятении. Никак не могла перестать рисовать картинки со счастливой жизнью в новом месте. Лорд Митчел и правда поймал на крючок.

Но крохотная часть меня все еще вяло убеждала в том, что за наш старый дом стоит побороться. На противоположную чашу весов она упрямо выкладывала аргумент за аргументом. Во-первых, наш дом существенно больше. Не только по количеству комнат, но и по площади. Во-вторых, сейчас в нашем расположении весьма ощутимая прилегающая территория. И детям есть где порезвиться, и овощи-фрукты можно выращивать. В-третьих, из нашего дома все еще можно сделать конфетку. Сперва поднажав с выплатой долгов, а после существенно потратившись на ремонт.

Я настолько погрузилась в размышления, что, когда повернула в нужном месте, не сразу увидела светлую форму инквизиции. Один из ее представителей о чем-то мило беседовал с нашей соседкой Мэри.

Развернулась в последний миг, возвращаясь на более оживленную улицу. Встречаться с инквизицией, даже вот так, случайно, не входило в мои планы. Я перевела дыхание и уняла быстро колотящееся сердце.

Что этим белохалатным понадобилось от служанки из соседнего дома? Что-то мне подсказывало, что это не просто так.

Я обошла опасную территорию, приблизившись к своему жилищу с обратной стороны. Перемахнув через самое выломанное место в заборе и продравшись через заросли колючего кустарника, наткнулась на озадаченного Цветочка.

— Вы чего? — Он почесал лоб, не забывая при этом подозрительно щуриться.

— У главного входа инквизиция, — честно призналась я.

— Инквизиция? — нахмурился громила. И после добавил тоном, не оставляющим места для фантазии: — Ща-а-ас разберемся.

Он решительно двинул к дому, и я успела зацепиться в последний миг за его локоть.

— Погоди. Они с соседкой разговаривают. Давай пока понаблюдаем, чего они добиваются?

— Можно и понаблюдать, — хмуро отозвался Цветочек. — Только в следующий раз не надо лезть через малину, хорошо?

Эту малину я уже несколько раз «добрым» словом помянула, пока двигала домой. Все руки исцарапала! На саможаление времени не было, мы с Цветочком решительно двинулись в дом, чтобы занять выжидательную наблюдательную позицию у окна. Отсюда было хорошо видно, не только как Мэри все еще о чем-то чинно беседует с инквизитором, но то, как они бросают на наше жилище взгляды.

— Налицо сговор, — почему-то шепотом заявил Цветочек. — Зуб даю, что сорняки сейчас ее убеждают за нами следить.

— Сорняки?

— Так инквизицию за глаза называют, — пояснил Цветочек. — Сорняки и есть. Появились внезапно и разрослись до невероятных размеров. Самоуправством занимаются и якобы с дозволения короля.

— Якобы?

— Да вряд ли величество отдавал указ всех неугодных инквизиции на костер отправлять да на остров ссылать. Чародеев — возможно. Но неугодных простых людей — сомневаюсь.