Чтение онлайн

– Что случилось?

Он привык действовать, преуспел в решении кризисных ситуаций. Все дело только в умении сконцентрироваться. Отсечь все лишнее и сконцентрироваться.

Он переехал в офис после похорон и практически жил в нем последний месяц. Тут можно было помыться, поесть и поспать. Ну или хотя бы вздремнуть немного на софе. Это казалось разумным и устраивало его. Ему больше незачем было возвращаться домой.

Потом кризис закончился, и Алекс не мог придумать ни одной причины не идти домой, где он, по крайней мере, мог нормально поспать. Он действительно лег в постель, но вскоре проснулся, чувствуя себя очень странно, словно потерял ориентацию в пространстве… Свет проникал сквозь шторы в комнату. Чужую комнату. Черт возьми, где он?

Алекс заморгал и разглядел прекрасное лицо самой невероятной женщины, какую он когда-либо видел. Она сидела на кровати, глядя на него, а на ней не было ничего, лишь копна сияющих темных волос лежала шелковым покрывалом на ее груди.

Груди, которая так хорошо умещалась в его ладонях и имела вкус… Внезапно он все вспомнил. Черт!

– Доброе утро!

Его тело тут же отреагировало на ленивое обещание в ее улыбке, но, игнорируя горячее желание, от которого начала закипать его кровь, Алекс сжал зубы и спустил ноги с кровати. Чувство вины начало подниматься в нем, топя все остальные ощущения. Он сел, закрыв глаза. Он должен постараться как-то уменьшить нанесенный вред и не повторить ошибку, каким бы соблазнительным это ни казалось.

Она была воплощением греха, сочетая в себе восхитительный голос и совершенное тело, но это его ошибка, а не ее, и он должен покончить с этим.

– Я думала, ты уже никогда не проснешься.

Его спина напряглась, когда она прикоснулась к ней пальцами. Алекс постарался стереть с лица все эмоции, прежде чем повернуться к ней.

– Тебе нужно было разбудить меня. Надеюсь, ты из-за меня никуда не опоздала?

– Опоздала? – Ее голос задрожал.

Он встал и огляделся в поисках своей одежды.

– Я могу вызвать тебе такси?

– Я… не понимаю… Я думала, мы… – Ее голос замер.

Он смотрел на нее холодно.

– Послушай, прошлая ночь была… На самом деле она была просто фантастической. Но я не свободен.

«Не свободен». Энджел все еще не могла этого осознать.

Алекс ощущал, как чувство вины сжимает все его внутренности, но не собирался растягивать эту сцену. Он совершил огромную ошибку. Конец истории.

– Я думала…

Он резко прервал ее:

– Прошлой ночью у нас был просто секс. – Он говорил медленно, словно объяснял что-то ребенку или полной тупице. Холод в его глазах, как и сами слова, смутили Энджел.

– Но прошлой ночью…

– Как я уже сказал, прошлая ночь была великолепной, но это была ошибка. – Огромная ошибка, и он не поддастся соблазну повторить ее.

Энджел молча смотрела, как он пытается справиться со своей рубашкой, потом натягивает брюки, и автоматически потянулась за предметом, вывалившимся из его кармана и с металлическим звуком упавшим на пол как раз возле ее ног. Наклонившись, чтобы поднять его, она увидела, что это кольцо.

– Твое?

Он был чрезвычайно осторожен, чтобы не задеть ее пальцы, когда забирал кольцо.

– Ты женат?

Алекс подумал о том, чтобы сказать ей правду, сказать, что совсем недавно он был женат, что кольцо лежит у него в кармане, потому что друзья твердят ему, что он должен двигаться дальше. Но потом он понял, насколько легче и менее болезненно будет соврать. Это не облегчит чувство вины, прочно поселившееся в нем, но сделает проще их расставание, да и ей даст возможность пожаловаться своим подругам, что «этот мерзавец, оказывается, был женат».

– Прости.

Ее невероятные зеленые глаза вспыхнули огнем, когда она с королевским достоинством поднялась и презрительно произнесла:

– Ты – просто отвратительное ничтожество!

Последовавшая за этим пощечина заставила его зажмуриться. Открыв глаза, он увидел, как она исчезла в ванной комнате, громко хлопнув дверью.

Энджел ворвалась в ванную, прижав руки ко рту, надеясь добежать до унитаза раньше, чем ей станет совсем плохо.

Когда она вернулась в комнату, там уже никого не было. Энджел почувствовала к нему такую ненависть, какую в себе никогда не подозревала. Она ненавидела его даже больше, чем того мерзавца – маминого дружка, – который пытался лапать ее, когда ей было шестнадцать лет. Но единственным человеком, которого она ненавидела больше, чем Алекса, была она сама. Как можно быть такой глупой? Он поступил с ней как с гулящей женщиной, потому что она себя вела именно так.

К тому времени, когда она покинула комнату в отеле, ее слезы высохли, а на лице застыло решительное выражение. Энджел поклялась, что никогда, никогда больше даже не вспомнит о нем. О нем и о прошлой ночи. Ничего не было. Его просто не существовало. Это самый лучший выход.

Она могла жить дальше.

– Это же вторая крупнейшая в Европе рекламная компания, и…

– Ну а тебе-то что с того? – спросил Алекс, который слушал Нико, одновременно читая контракт.

Молодой человек пожал плечами:

– Ну, я слышал, там можно пройти практику.

Алекс закончил читать, поставил свою подпись на последней странице и положил бумаги в стопку документов, прежде чем откинуться на спинку стула и вытянуть длинные ноги. Размяв плечи, он с сожалением подумал о пробежке, которую обещал себе в качестве награды за утро, проведенное за работой. Не то чтобы ему было жалко времени для юноши – Нико был очень нетребовательным родственником, в отличие от других, которые воспринимали его как персональный банк. Он философски относился к этому, семья для него была очень важна.

– Я тебя слушаю.

Нико чувствовал себя не в своей тарелке под взглядом этих глаз. Их пронзительный голубой цвет, как и у его собственной матери, был очень необычным. Ему с самого детства казалось, что эти глаза могут прочитать его мысли. Он уже давно не был ребенком, но со своим дядей всегда оставался предельно честным – на всякий случай.

– Ты ведь знаешь, что отец предложил мне работу, и я очень благодарен за это, – торопливо заверил он.

– Но?…

– Но я бы хотел заняться чем-то, что никак не связано с тем, что я – его сын или твой племянник.