Чтение онлайн

Мама сидела у окна. Ее глаза слегка покраснели. Она была в платье, которое я не видел на ней уже давно. Оно почему-то напоминало мне летние вечера, когда идешь спать, а за окном еще светло и в голове у тебя такая странная усталость от беготни на солнце.

– Посиди со мной. Расскажи, как день прошел.

Я скинул сумку на пол и присел рядом с мамой. Она положила ладонь мне на голову словно проверяла, нет ли у меня температуры.

– Что делал в школе сегодня? – спросила она.

– Ничего.

– Ничего? Опять? Понятно.

– А что ты сегодня делала?

Мама посмотрела на меня с хитрецой.

– Сегодня? – сказала она. – Ничего.

Мама засмеялась, похлопала меня по голове и ушла на кухню. Она вернулась с двумя мисками шоколадного мороженого.

– Держи, милый. Иногда ничего не делать может быть очень тяжело, – сказала она, протягивая мне ложку.

Забавно – когда мама дала мне мороженое, я подумал только: откуда она его взяла?

Наверно, нужно рассказать немного о моей маме. В чем-то она не похожа на других мам. А в чем-то их не отличить.

Она велит мне чистить зубы. Иногда читает мне перед сном. У нее красивое лицо, по которому можно понять, что она добрая, а еще смешная. У нее самая приятная улыбка в мире: ее сначала не замечаешь, а потом она вдруг освещает все вокруг.

Это мама придумала мое имя. То есть я знаю, что всем остальным имена тоже мамы дают. Но в подготовительной группе был еще один мальчик по имени Адеола и еще несколько с именами Адесойе, Адейеми и Адефеми, поэтому мама сказала называть меня Ади.

– Коротко и просто, – добавила она.

И теперь все меня так зовут. Иногда мне кажется, что мое полное имя совсем забыли.

Даже мне самому «Адеола» кажется каким-то чужим. Я его редко слышу. Иногда Гайя, когда злится, говорит что-то вроде: «Адеола, не перебивай меня, я еще не закончила», – и я не сразу понимаю, что она обращается ко мне.

Штука с моей мамой в том, что она не очень любит выходить из квартиры. То есть она вообще никогда не выходит. К этому пришлось приспособиться.

Я помню, у нас был серьезный разговор о том, что я уже взрослый, а значит, могу ходить в школу сам. Вскоре после этого мама сказала, что я настолько взрослый, что могу сходить в магазин за продуктами, и мы вместе написали список покупок. Потом настал день, когда она дала мне свою банковскую карточку.

– Ади, ты придешь и оглянешься вокруг и подождешь, пока рядом никого не будет. Если кто-то вдруг подойдет, уходи и вернись позже. Ты понял?

– Да, – сказал я. Я понимал, что это было немножко опасно, и что мне, наверное, нельзя это делать, но в основном я был рад, что мама мне доверяет.

– Так, повтори, что ты должен сделать. Если рядом никого не будет.

– Я вставлю карточку в автомат. Потом наберу пин-код: 5-4-3-7. Потом нажму кнопку «Выдача наличных», потом кнопку «50 фунтов» и буду ждать.

– И потом ты заберешь деньги. Не забудь, Ади! Деньги вылезут из щелочки внизу. Ты их заберешь и сразу же пойдешь домой.

– Да не забуду я деньги, мам. Ты что, думаешь, я совсем глупый? – Я пытался пошутить, но мама посмотрела на меня странно:

– Никогда так не говори. Я не думаю, что ты глупый. Ни капельки. Чтобы я больше не слышала от тебя таких слов, хорошо? Никогда не думай, что ты глупый.

Я сглотнул и отвернулся. Мама обычно так не делала. Не говорила мне прямо в лицо, так близко.

Забирать деньги из автомата оказалось легко. Я делал все в точности так, как говорила мама, и все обходилось без проблем. Но я не сказал бы, что мне это дело нравилось. Я всегда очень волновался по пути домой. Вдруг что-нибудь случится? Задует ветер и вырвет деньги у меня из рук, например. Я сжимал их так сильно, что по дороге к башне купюры из мягких и гладких превращались в теплые и помятые. Но когда я отдавал их маме, я всегда ощущал что-то вроде гордости или счастья.

– Умница, Ади, – сказала мама после моей первой вылазки к автомату и улыбнулась мне.

Это была быстрая улыбка, уголки ее губ дернулись вверх и снова опустились, но я обрадовался. Мама давно не улыбалась.

– Вот, возьми. – Она сунула мне в руку одну помятую купюру. – И вот список. Возвращайся скорее.

Мама нацарапала список на старом конверте. Большая пачка молока, белый хлеб, макароны, хлопья.

Она смотрела на меня выжидающе, и я понял, что она не просила, а велела. Вот, возьми. Возвращайся скорее. И я сходил в магазин и принес полосатый пакет с продуктами. Мама наградила меня еще более широкой улыбкой, и я понял, что сделаю что угодно, лишь бы она улыбнулась еще раз.

Вот так все и началось: она перестала водить меня в школу, и ходить в магазин, и забирать деньги. А потом я вдруг осознал, что мама не выходила из дома уже несколько месяцев. После этого одним вечером она попросила меня приготовить ужин. И следующим вечером тоже. И следующим, и послеследующим. Я просто подогревал то, что было на сковородке, и кидал хлеб в тостер. Я был не против.

Но я решил рассказать Гайе. Я хотел узнать, делает ли она то же самое для своей мамы.

Я помню точно, в какой день я рассказал Гайе. Это был день, когда перестал идти дождь.

День, когда рухнул первый дом.

– Я не могу это есть: слишком жарко, – сказала Гайя. Мы сидели в столовой над тарелками с едой. Тонкий кусочек мяса, две масляные картошки и ярко-рыжие кружочки морковки плавали в коричневой подливке.

День, когда закончился дождь, был самым жарким за долгое время. После мокрых носков и влажных курток забавно было внезапно оказаться в таком пекле. На прогулке все лежали прямо на асфальте, наслаждаясь солнечными лучами.