Чтение онлайн

М. Вебер предвидел происходящую в современном мире жестокую борьбу между формальным рационализмом и вторым типом рациональности, так называемым субстантивным рационализмом. В то время как формальный рационализм подразумевает выбор средств достижения целей с помощью установленных правил, при субстантивном рационализме подобный выбор осуществляется на основе учета более широких человеческих ценностей. Примером субстантивного рационализма является протестантская этика, в то время как капиталистическая система, оказавшаяся, как мы видели, «непредвиденным последствием» этой этики, является примером формального рационализма. Противоречие между обоими типами рационализма отражается в том, что капитализм стал системой, враждебной не только протестантизму, но и любой другой религии. Другими словами, капитализм и в более общем смысле все формально рациональные системы отражают в себе растущее «разочарование мира».

Один из старейших вопросов политической теории может быть сформулирован следующим образом: «Почему я принимаю власть правителя?» На этот вопрос имеется много прямых ответов, включая привычку, страх, лояльность и т. д. Для развитых демократий сюда следует добавить и определенную, выражаемую явно или неявно веру в справедливость выборного процесса и законность его результатов. Ожидающая послушания власть должна руководствоваться законом. Тот же вопрос может быть перенесен с политического макроуровня на микроуровень организации. При этом переходе действующими лицами становятся уже не монархи и подданные, не президенты и граждане, а капитал и труд, руководители и работники. Именно в этом контексте могут быть лучше всего поняты мысли М. Вебера о власти и законности и его идея «императивной координации». М. Вебер определял «императивную координацию» как «вероятность того, что определенные команды (или все команды), исходящие от заданного источника, будут выполняться данной группой индивидов». Он считал, что в любой организации исполнителей может привязывать к руководству привычка, привязанность, чисто материальный комплекс интересов или же идеальные мотивы... Однако эти факторы, даже в их совокупности, не могут создать достаточно надежного базиса для системы императивного контроля. Помимо прочего, обычно существует и такой дополнительный элемент, как вера в законность руководства.

Здесь М. Вебер вводит понятие, названное им «тремя чистыми типами законной власти»:

1) Рациональные основания – в основе лежит вера в «законность» моделей или нормативных правил и в права тех, кто пришел к власти в их системе отдавать приказы (законная власть).

2) Традиционалистские основания – в основе лежит вера в незыблемость традиции и законность статуса власть предержащих (традиционная власть).

3) Харизматические основания – в основе лежит почтительное отношение к необычайной праведности, героизму или образцовым качествам определенной личности, а также к нормативным решениям и распоряжениям, исходящим от этой личности (харизматическая власть).

В случае законной власти М. Вебер считает послушание следствием безличного порядка, определяемого требованиями закона. Таким образом, власть, которой обладает каждый индивид, определяется не его личными качествами, а занимаемым им постом или должностью. В противоположность этому при традиционалистской системе послушание определяется личностью лидера, который, согласно М. Веберу, «занимает освященную традицией властную позицию и руководствуется (в пределах данной сферы) этой традицией». И наконец, при власти харизмы послушание, по мысли М. Вебера, определяется личными качествами лидера, которые, в идеале, «даруются ему судьбой». По мнению М. Вебера, одной из характерных черт современной организации является именно наличие «законной власти», которая так или иначе связана с понятием бюрократии.

М. Вебер считал, что вера в законность власти является центральным элементом почти всех административных систем. Свой анализ «законной власти, имеющей бюрократический административный аппарат» он начинает с изложения пяти концепций, определяющих законность полномочий. Он сводит их к следующей краткой схеме:

1. Может быть установлен свод законов, требующий от участников организации послушания.

2. Закон – это система абстрактных правил, имеющих конкретные приложения; в рамках именно такого закона администрация отстаивает интересы организации.

3. Человек, осуществляющий властные функции, также подчиняется этому безличному порядку.

4. Член организации должен подчиняться ее законам только как член организации.

5. Подчинение определяется не личностью, осуществляющей властные полномочия, а безличным порядком, обусловившим, помимо прочего, и занятие этой личностью данного поста.

Основываясь на этих концепциях, М. Вебер формулирует набор из восьми принципов структурирования законных властных:

1. Служебные обязанности организуются на постоянной регулируемой основе.

2. Эти обязанности относятся к различным функциональным сферам, в каждой из которых должны обеспечиваться потребная полнота власти и полномочий.

3. Должности образуют иерархическую структуру, при этом оговариваются права контроля и подачи исков.

4. Правила, которыми определяется ход работ, могут быть как техническими, так и юридическими, что в любом случае требует привлечения компетентных работников.

5. Ресурсы организации не следует смешивать с ресурсами ее членов, рассматриваемых в качестве частных лиц.

6. Держатель офиса не может обращать этот офис в свою собственность.

7. Управленческая работа основывается на письменных документах, в силу чего офис (бюро) становится центральным звеном современной организации.

8. Системы законной власти могут принимать множество форм, идеальным (чистым) видом которых является бюрократический административный штат.

Согласно М. Веберу, бюрократическая администрация (т. е. наиболее рациональный тип бюрократии) соответствует пяти концепциям законности и восьми принципам власти, приведенным выше. Помимо прочего, подобная бюрократическая система и участвующие в ней служащие должны удовлетворять следующим критериям:

1. Они свободны как личности и должны подчиняться власти только в силу своих безличных служебных обязанностей.

2. Они образуют ясно выраженную иерархию должностей.

3. Каждая должность имеет четко выраженную в юридическом смысле сферу компетенции.

4. Занятие должностей происходит на свободной контрактной основе. Соответственно, в данном случае можно говорить о свободном отборе.

5. Кандидаты на должность отбираются на основе их технической квалификации. Самым рациональным здесь был бы экзамен или наличие диплома, гарантирующего уровень технической компетенции, или и то, и другое. Они назначаются, а не выбираются.

6. Они получают фиксированное материальное вознаграждение, сохраняя, по большей части, право на получение каких-то субсидий. Лишь при определенных обстоятельствах руководитель, нанимающий работника (особенно если речь идет о частных организациях), имеет право вмешиваться в решение вопроса о назначении на должность, но служащий всегда сохраняет за собой право на увольнение. Шкала окладов примерно соответствует уровням иерархии, однако в известных случаях при этом могут приниматься во внимание мера ответственности и социальный статус должностного лица.