Махошины сказки
Шрифт:
В его стремленьях первые умы
С ним рядом будут помогать и спорить
И, пособляя тот осилить путь,
Готовые весь мир перевернуть,
Плечом к плечу его прикроют спину.
Таким был Царь Аргон. Его седины
Всем говорили – долгие года
Он заслужил, своё прибавив войско,
В беде и радости держа себя геройски.
Иллирия его победами горда,
В тепле и изобилье процветала.
Но для хорошего царя цветенья мало:
Грозили недруги с восточной стороны,
Чужая радость – повод для войны.
Спасая тыл от чужаков свирепых,
Царь неприступную задумал крепость
И место знал, где стены возвести:
Скала высокая в слияньи Киры с Дриной.
Дозор с неё набеги сократит
И крепость сделает непобедимой.
Аргон сзывает свой большой совет
И на гору ведёт с собою вслед.
«Смотрите! Видно чуть не до границ
Отсюда царство, словно на ладони.
И Кира с Дриной с юга нас заслонят,
И Шкодер рядом, полный рыб и птиц.
Нет лучше места крепость поднимать,
Чем на скале из каменных развалов.
Что думаете? Время ль начинать?»
В ответ согласно дума закивала,
Приветствуя решение Царя.
«Тогда сегодня, день не тратя зрячать я предлагаю дело с пира!
Мой младший сын, Резар, во имя мира
Решил жениться! В жёны он позвал
Красавицу, прекрасную Розафу.
В боях свою он доблесть доказал,
В наследниках пора явить свой пафос!
Благое дело с радости начнём
Пускай же Боги нам помогут в нём!»
* * *
Решили так, и скоро пир горой
Гремел в долине, дело прославляя
И будущее пары молодой.
Им тосты и подарки посвящая,
Народ невесты чудной красоте
Дивился: лёгкий стан и глаз сиянье,
Как будто ночью звёздною блестеть
Спустилось в эти очи мироздание!
Взглянув в них, можно было утонуть,
Как ненароком в бездну заглянуть.
И прятали мужей от взгляда жёны,
Им искры эти издавна знакомы –
Прожгут, пожалуй, прочность их семей.
И голоса божественный елей
Поманит вновь огонь искать и свет,
Которого у жён давно уж нет.
Попировали, вкусно ели, сладко пили,
А утром первый камень заложили.
Глава 2
В тепле и неге дивное дитя –
Живёт теперь Разафа в царском доме.
Он скучен ей. Здесь платья шелестят,
И хвастаются камнем в окаёме,
А ей милее шелест вольных трав,
Да серых скал нетёсаных фигуры.
И на намёки усмирить свой нрав
Уходит молча, голову понуря.
За молодость, за вольность, за мечты
Розафу жёны братьев невзлюбили,
Ей всё милее во дворе цветы –
Они полны добра и изобилия.
К чему ни прикоснётся – всё цветёт,
Как будто в пальцах тонких дар волшебный.
Её в обиду девкам не даёт
Царица-мать, и вместе с ней молебны
Возносит небу с просьбой за Отчизну,
Мужей, народ, наследников и жизни.
Гулять одной не может запретить,
Но просит очень осторожной быть.
* * *
Надев простое платье, на скалу
В который раз идёт бродить Розафа.
Её там ждёт цветов пестрящих луг
И вид, достойный птичьих крыл размаха.
Она подолгу бродит меж камней,
И там старик-колдун подходит к ней.
Придворный ясновидец, он царя
Врачует, на свершенья наставляет,
И потому, ни капли не боясь,
Розафа с ним заговорить решает.
– Приветствую! Зачем средь шатких скал
Розафа несравненная одна?
Так царственной особе не пристало!
Себя оберегать должна она!
– Я не страшусь одна. Среди людей
Бывает душно боле и опасно.
Цветы растут охотней средь камней,
А в замках их срезают понапрасну
И ставят в тёмных залах умирать.
Мне проще в скалах радости искать.
– Ну хорошо. И я набрал камней:
Нужны для ворожбы мне самоцветы.
Их помоги нести в шатёр ко мне.
Я бусы подарю тебе за это…
– Не нужно мне подарков. По пути
Я ношу помогу тебе нести.
Суму взяла и ринулась вперёд
Как будто самый лёгкий пух несёт.
– Не торопись, не поспеваю я
За резвыми ногами молодыми!
Постой, пришли, обитель вот моя.
Зайди, настоян на целебном дыме
Сбор горных трав. Он силы возвратит
И долгой полной жизнью наградит!
Розафа благодарно ковш берёт
И сбор травы душистой жадно пьёт.
Но что случилось? Всё летит вокруг!
Не слушаются ноги, в теле слабость.
– Колдун, спаси!
– Ну полно, милый друг!
Сбор не убьёт, он нам дарует радость!
Твой муж в делах, его не видишь ты,
Ему борьба и подвиги дороже!
И прозябают чудные черты
Без поклоненья этой нежной коже,
Без ласки. Я исправлю, я смогу…
Ты спи, а я твой сон постерегу.
Дурман пришёл. Собрав остаток силы,
Розафа рвётся прочь, бежит с обрыва,