Чтение онлайн

Крути, черт, ее, мути

И тогда лишь ее отпусти.

Когда она, Божья раба (имя),

Моего мужа навсегда отпустит,

Доска сгибайся,

Тело сопрягайся,

А дерьмо извергайся.

Ключ-небо, замок-земля.

Аминь. Аминь. Аминь.

Если вы заметили возле своей квартиры мусор или какой-то другой подкид, купите железное ведерко, влейте в него 12 ложек воды, взятой в три часа ночи, наговорите на эту воду и оставьте это ведерко где-нибудь, чтобы его подобрали. Читать нужно так:

В ханстве при мусульманстве,

При Золотой Орде жил лютый Мамай,

Тело его мертво, а душа живет,

Кровь невинная покоя этой душе не дает.

А возьму я двенадцать ложек воды

На отмыв души моей от лютой беды.

И поди ты, моя вода, на кровь лютую Мамая.

Божье слово первое, мое слово второе,

А моего врага слово никакое.

Как сухое дерево плодов не дает,

Так и мое дело никто никогда не перебьет.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Найдите в лесу вырванное с корнем дерево (можно сухое), обопритесь руками об его корни и читайте:

Песчевское змейство, здесь твое место.

Валежина-заключина, корни твои скручены,

Заклинаюсь на твоих корнях, на змеиных норах,

На меховых коврах.

Сидит Усест Лесовой, я ему поклонюсь,

Кресту помолюсь, подножной травою утрусь.

Соберитесь вы, тридцать три силы,

Дойдите вы к моему милому,

Пеките ему между ног.

Чтобы он ни с кем, кроме меня,

Своей жены, Божьей рабы (имя),

Спать не мог: ни ночью при луне,

Ни при утренней заре,

Ни при новой луне, ни при какой.

Не дай, Усест Лесовой, моему милому покоя.

Будь, мой муж, со мной молодец-жеребец,

А без меня старый мерин.

Ключ, замок, язык. Аминь.

Из письма: «Не в моем характере жаловаться и ныть, поэтому-то мне трудно было сесть и написать это письмо. Но мне так плохо, что впору ваять петлю и задавиться. Никому, даже своему врагу, я бы не пожелала той муки, которую я терплю душой и сердцем.

Моя знакомая, видя мое состояние, дала Ваш адрес и посоветовала купить Ваши книги. Она сказала, что по этим книгам вылечила себе рожу на ноге за три дня. А рожа у нее, насколько я знаю, была полгода. Вот почему я поверила и купила Ваши книги. Но я настолько обессилела от переживаний, что боюсь, не справлюсь сама. Да и вопрос мой касается двух самых дорогих мне людей: сестры и мужа.

Я понимаю, как Вы заняты, но боюсь, что коротко у меня рассказать не получится, поэтому прошу меня простить за отнятое время. Но возможно, что мое письмо пригодится Вам для Вашей книги. Ситуация очень поучительна, только прошу изменить имена и фамилии.

Началось это давно. Я имею в виду мою привязанность и нежную сестринскую любовь к моей сестре Ане. Никогда не забуду, как ее принесли домой в первый раз. Мне было 19 лет, и у мамы, так уж получилось, родилась девочка. Как сейчас помню: день был солнечным, вся комната сияла от лучей, и она лежала на кроватке в развернутых пеленках. Казалось, лучи просвечивали ее кожицу и она вся была розовая и шевелила ручками и ножками. Ее беззубый ротик и вытаращенные глазки умиляли меня. Она была как ангелочек. Я так радовалась в тот момент, что у меня появилась сестренка. Мы все страшно баловали ее, потому что любили.

Когда Ане исполнилось три года, мама и папа разбились в автокатастрофе. Я осталась одна с маленькой сестрой. Фактически я посвятила свои лучшие годы ей. Она все равно что мой ребенок. Это я учила ее правильно говорить, ходить на коньках, лыжах, занималась с ней музыкой и готовила с ней вместе уроки. Я лечила ее, когда она болела, покупала ей то, что она хотела, отказывая себе в самом необходимом.

Она поступила в вуз, и я отправляла ей деньги на учебу, квартиру, одежду. Мне уже больше сорока лет, а я совсем недавно вышла замуж.

Никогда не думала, что именно Аня разрушит мое счастье и разобьет мое сердце.

Она вернулась из Москвы с дипломом – умная, красивая, молодая, в дорогой одежде, купленной на мои деньги, – и решила, что мой муж подходит ей больше, чем мне.

Однажды я пришла с работы пораньше, как всегда нагруженная сумками с продуктами. Шла и думала о том, что бы такое приготовить на ужин, чтобы порадовать Аню и Володю. Пришла и обнаружила их на своей постели. Оба голые, даже простынкой не прикрытые.