Магацитлы
Шрифт:
– Иди, Сын Неба! – Офицер отскочил в сторону. – Тебя встретят.
– Тускуб?
Почти незаметная заминка.
– Тускуб.
Лось вошел в клеть. Кабина сразу пошла вверх. Поплыли мимо искристые стены колодца. Горизонтальный штрек, солдаты. Кристаллические стены. Еще тоннель, пещера, тоннель, тоннель… Лось насчитал шесть перекрестков, пока клеть не выбралась в большую пещеру, освещенную естественным светом через окна в потолке.
Металлический помост. Клеть остановилась. Лось шагнул на помост, огляделся быстро.
Пещера казалась мрачно-бездонной. Он заглянул вниз и на большой глубине увидел острый блестящий конус. Ракета! – мелькнула догадка. Клеть доставила его в шахту, где стояла готовая к пуску ракета. Странно, что он не заметил наклона колодца, когда поднимался вверх. Хотя при малой силе тяжести все возможно. Где же Тускуб?
Он оглянулся.
Клеть исчезла. Вернее, ушла вниз, нырнула в боковой колодец. Его оставили одного. Неужели обманули?!
Что-то заскрежетало, словно цепи якоря в клюзе.
Из боковых тоннелей, выходящих в пещеру, – их было четыре, – выползли металлические помосты на салазках. На них стояли желтомундирные марсиане. Личная гвардия Тускуба. Один помост продвинулся дальше всех, до середины пещеры. На нем появились люди в черных плащах с капюшонами, один вышел вперед. Усы, борода… Тускуб!
Сердце екнуло.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга.
Лось перевел дыхание. Язык стал толстым и шершавым, мешал говорить. Руки затряслись.
– Здоровеньки булы, – сказал он почему-то по-украински, хрипло, поправился: – Ра тао цха Тускуба.
Лицо бывшего властителя Марса осталось неподвижным, лишь борода шевельнулась, когда он заговорил:
– Что надо Сыну Неба под землей? Зачем он вернулся?
– Ты знаешь, – обрел уверенность Лось. – Твоя дочь – моя жена перед богом. Я вернулся за ней. Где Аэлита? Тускуб ответил не сразу, голос его напоминал ворчание одряхлевшего льва:
– Она не жена Сыну Неба. Аэлита предназначена в жертву богу Хао и будет ему отдана.
Лось покачал головой:
– Тебе мало тех миллионов подданных, которых ты уже принес в жертву? Ради чего? Ради власти? Или ты хочешь вообще уничтожить жизнь на Туме?
– Сын Неба не понимает наших законов и тревог. Что ему Тума?
– Может быть, я и не понимаю, но верю глазам, которые видят только разруху и смерть. Но я действительно не хочу вмешиваться в ваши дела. Отдай мне Аэлиту, и я улечу обратно.
Глаза Тускуба сверкнули.
– Она… не захочет тебя видеть…
– Сначала ты спроси ее. Она звала меня по радио, я прилетел. Вызови ее сюда и спроси.
– Ты напрасно вернулся, – покачал головой Тускуб. – Однажды мы уже убили тебя, но силы тьмы воскресили Сына Неба. Теперь такой ошибки мы не допустим. Ты будешь принесен в жертву вместе с моей дочерью, и тогда над Тумой засияет заря новой жизни.
– Безумец, – усмехнулся Лось. – Жертвы никогда не предвещали зарю новой жизни, но становились началом заката цивилизаций. Твоя бредовая мечта убить всех, чтобы спасти кучку бездельников и себя самого, приведет к катастрофе. Одумайся, пока не поздно. Твой враг не Хусан, твой враг – ты сам.
Последняя фраза прозвучала как каламбур даже на марсианском языке, но Тускуб не обратил на это внимания.
– Я все сказал, Сын Неба. У меня есть, чем встретить твоих соплеменников, если они вздумают прилететь за тобой, я их не боюсь. Твоя судьба и судьба моей дочери решены!
Он повернулся к Лосю спиной.
– Бросьте его в нижнюю пещеру, к паукам.
Помост со свитой Тускуба начал втягиваться в тоннель.
Лось оглянулся на звук шагов: сзади к нему приближались солдаты с ружьями наперевес. Тогда он прикинул расстояние, отделявшее его от помоста Тускуба, – метров двадцать, не меньше, – разбежался и прыгнул.
Отчаяние придало ему сил. Он не долетел всего полметра, но все же сумел извернуться и уцепиться пальцами за край помоста, больно стукнулся коленями о нижнюю ферму. Подтянулся, вскочил.
Марсиане в черных плащах в страхе попадали ниц, пряча головы. Из-за их спин выбежали солдаты охраны, поднимая оружие.
Лось подхватил на руки ближайшего марсианина, загородился им.
– Тускуб! Вели им не стрелять!
Бывший владыка Марса, оглянувшийся в изумлении, быстро пришел в себя, взмахнул рукой:
– Убейте его!
Сверкнули выстрелы. Пули попали в марсианина, одна обожгла щеку. Лось зарычал, ощущая гнев и ярость, швырнул дергавшееся тело в солдат, сбивая их с ног, в три прыжка достиг цепи и мгновенно расшвырял охрану в разные стороны, сбросил офицера в пропасть. Второй офицер и его подчиненные в ужасе завыли, побросали оружие, разбежались.
Лось уже торжествовал победу, собираясь догнать спешившего прочь Тускуба, но в это время сверху на него упала сеть, он запутался, свалился на платформу, втянувшуюся в тоннель. Марсиане тотчас же набросились на него гурьбой… На миг он пережил чувство дежа-вю: это уже с ним было на Марсе, с ним и с Гусевым. Куча-мала, десятки цепких ручонок, десятки ног, приклады ружей, кулаки… Какой бы силой ни обладали Сыны Неба, против толпы они выстоять не могли…
Удар по голове помутил сознание.
Напрягаясь до стона, Лось встал, замолотил кулаками направо и налево, но под тяжестью тел опустился на колени. Все пропало, мелькнула мысль: зря я не послушался Высокого… Аэлита даже не узнает, что я прилетал за ней…
И вдруг ураган ударов по голове и телу стих. Шатаясь, Лось снова поднялся и сквозь кровавую пелену в глазах увидел некое струение воздуха, зеркально-стеклянные взблески, крутящийся вихрь, налетевший на марсиан. Не сразу сообразил, что это появился попутчик.
Высокий легко разделался с солдатами: от каждого его движения они летели, как кегли, со свернутыми шеями и уже не вставали больше. За несколько мгновений он очистил от них помост и устье тоннеля, подошел к Лосю. Поднял его маузер. Лицо у него было брезгливо-мрачное.