Чтение онлайн

Семиугольник может помиловать, если больше половины проголосует за жизнь.

Над камином висели большие часы. Здесь сейчас уже два часа ночи, это значит, в Лиге — только одиннадцать. В экстренных случаях допускается беспокоить Верховных Творцов в столь поздний час.

— Оттавио! — позвала я.

Дворецкий бесшумно появился возле моего кресла.

— Слушаю, Неумолимая!

— Ты что, никогда не спишь? — горько усмехнулась я.

— Не спится, сеньора, — потупился он. — Беспокоюсь за хозяина.

— Я тоже, — прошептала я. И добавила громче, — покажи, где господин маг хранит артефакты и

ступай спать. Ты мне завтра понадобишься бодрым. Если, конечно, хочешь помочь хозяину.

— О да, очень хочу — с жаром заверил Оттавио. — Прошу Неумолимую следовать за мной.

По широкой лестнице, ничуть не похожей на ту, что ведет в башню, мы поднялись прямо в комнату

Даймонда. Я сразу поняла, что это его личные покои: на стене красовался постер с изображением лабиринта: точь-в-точь такой, как я видела в академии, только получше качеством. Ну почему, почему его всегда тянет в лабиринты! Над кроватью висел ловец снов. И я сразу поняла: он не магический. Просто красивое изделие, сотворенное женскими руками. Да и вообще — в комнате витала едва ощутимая женская аура.

Сейчас не время и не место для ревности — когда Даймонду грозит смерть. Да и вообще, какие у меня были основания думать, что он все это время был один? Ведь я тоже не была одна. Его слова, что искал меня по всем мирам? Ну так что?

Здравый смысл еще не спал, но в груди все равно кольнуло. Ревность — вещь вне разума.

Тем временем Оттавио достал из сейфа в стене квадратную коробку и с поклоном отдал мне. Я тут же ее раскрыла.

Стандартный круглый оберег, жезл-созидатель с зелеными камушками, брат-близнец моего, и разновидность «усилителя» — вечная свеча, которую креадоры применяют для связи. Она-то мне и нужна. В коробке Даймонда имелось еще кресало. Я грустно улыбнулась: видимо, он до сих пор не доверяет себе в обращении с огнем.

А мне источник огня не нужен. Он всегда со мной.

Я поспешила вновь подняться по винтовой лестнице. На сей раз было не до женских слабостей, вроде головокружений — время тикало, играя против нас. Сеанс можно, конечно, провести где угодно — но вот чашу с водой переносить нельзя.

А ее придется показывать.

Вот я и наверху. Дождь, наконец, перестал, что значительно облегчало задачу.

Встав у чаши, я взяла в руки свечу и легонько дунула на фитиль. «Ты же не дракон огнедышащий, верно?» — вынырнули откуда-то из прошлого слова Ральфа.

Дракон. Еще какой дракон сейчас сидит во мне.

Свеча загорелась. Над ее пламенем, в облаке жара, ясно обозначилось уже сонное лицо дежурного мага.

— Вечер добрый, Неумолимая! — слегка удивленно произнес мой собеседник на «той стороне». — Назовите себя и место вашего пребывания.

— Вечер совсем не добрый, маг, — ответила я. — Говорит Бренна Рейлис. Мы находимся в Мире-накраю.

Я назвала координаты.

Маг моментально проснулся, вытаращив глаза.

— Покажите воду!

Я занесла свечу над чашей. Вода цвета темного рубина заблестела в свете пламени. Несколько мгновений маг молчал, затем сурово произнес:

— Имя креадора!

Я назвала, с болью в сердце.

— Ждите дальнейшей связи, — ответил маг.

Я не успела возразить, что свеча не бесконечна — как он уже исчез.

Но почти сразу в небе передо мной словно развернулся огромный экран, и я увидела трех

Верховных Творцов, возглавляющих Лигу. Ого! Высший уровень. Хотя, чему удивляться: уровень катастрофы у нас тоже высший. Все как один Творцы походили на нашего профессора Соулса: такие же седые и степенные. Я мысленно окрестила их Левый, Средний и Правый. Правый держал в руках огромную толстую книгу.

— Изложите кратко суть дела и сообщите о предпринятых действиях, — произнес Средний.

Я отчиталась, стараясь ничего не упустить.

— Почему вы не связались напрямую с Ральфом Фиджи? — поинтересовался Левый.

Глубокий вдох. Сейчас главное — спокойствие и убедительный голос.

— Я хотела бы обратиться к суду семиугольника.

Творцы переглянулись.

— Вы просите помилования для креадора? — вновь заговорил Средний. — Но так как речь идет о мире, населенном людьми, это почти невозможно.

Словно железная рука сдавила мне горло.

— Но по закону… я имею право…

— Имеете, — сочувственно кивнул Левый. — Но маги семиугольника трепетно относятся к мирам.

Гибель людей простить нелегко.

Я чувствовала, что слезы уже совсем близко и с трудом держала себя в руках.

— Почему бы вам не передать дело Верховному контролеру? — мягко спросил Средний. — Ведь в случае обвинительного приговора вам придется самой приводить его в исполнение.

О, стихии, дайте мне сил не разрыдаться прямо при них! Иначе они сочтут меня недостаточно стойкой и откажут.

Но тут подал голос до сих пор молчавший Правый, с книгой в руках.

— Можете ли вы сообщить причину, по которой отказываетесь передать дело вышестоящему? — деловым тоном спросил он.

— Да! — я проглотила комок, застрявший в горле. Переход к сути придал мне сил. — Я считаю, что

Верховный контролер может быть пристрастен.

Творцы вновь переглянулись.

— Простите… Бренна, — продолжил Правый. — Но отдаете ли вы себе отчет в своих словах и действиях? Пристрастен или нет — какое это имеет значение, если возможный приговор — только один?

— Вот именно, — прошептала я. — Это верная смерть.

— Как давно вы знаете Даймонда Баума? — быстро спросил Средний.

Обманывать их не было смысла.

— Мы познакомились шесть лет назад.

— Где?

— В академии. Мы с одного курса.

— Но… — начал Левый, однако Правый поднял руку, прерывая его.

— Я должен подтвердить, уважаемые творцы, — объявил он, раскрыв книгу, — что Бренна Рейлис, Ральф Фиджи и Даймонд Баум входят в один семиугольник.