Чтение онлайн

– Пора снимать венец, – пробормотал я сквозь зубы, бегло осматривая Грея.

Его душа выделялась на общем фоне светлым пятном, значит, с ней все было в порядке. А разум? Легкие покраснения на висках и на лбу, небольшая синева вокруг губ – все это можно списать на последствия шока.

– Он чист.

– Слава богу! – радостно выдохнул священник.

– Слава мне! – отрезал я, с наслаждением освобождая голову из тисков волшебного артефакта. – Бог тут совершенно ни при чем. Это не его рук дело.

– Я по привычке сказал, – принялся оправдываться Норман. – В конце концов, не забывай, что я священник.

– Я помню. Позови, пожалуйста, Веронику.

Норман ненадолго вышел и вернулся уже в сопровождении жены капитана. Первым делом Вероника бросилась к кровати. Она с опаской дотронулась до руки мужа.

– Грей?

– Он погружен в глубокий сон, и демоны ему больше не грозят. Когда ваш муж проснется, ему нужно будет давать обильное теплое питье. Ясно?

– Да. Вы… Вы великий волшебник! Как мне отблагодарить вас? – Вероника подошла ко мне вплотную и многообещающе улыбнулась, надув пухлые губки.

Боги! Что за нравы в этом городе? Не будь я женат, передо мной открылось бы столько соблазнов… Но я очень люблю Мелл, и вообще я на работе.

– Норман тоже оказал неоценимую помощь. Наградите лучше его, – сказал я и поспешно ретировался, оставив Веронику в обществе сконфуженного священника.

Видимо, мой друг ее нисколько не интересовал, потому что Норман вскоре ко мне присоединился.

– Предатель, – прошипел он мне на ухо, пытаясь выровнять сбившееся от волнения дыхание. – Зачем было подставлять меня под удар?

– Она твоя прихожанка, я думал, ты найдешь с ней общий язык.

– Какой может быть общий язык? Она угроза для моральных устоев общества. Вероника до замужества работала танцовщицей в таверне.

– Серьезно?

– Да. Собственно, там Грей с ней и познакомился.

– Я не об этом. С каких это пор в тавернах Рамедии танцуют, а не заливают глаза сивухой?

– У нас широкая культурная программа, – обиделся священник. – Особенно в "Дорожном свистке".

– А ты откуда знаешь? Тоже день и ночь пропадаешь в этом заведении? А как же молитвы?

– Эдвин, какая муха тебя укусила?

– Извини, мне просто нужно поспать. Я еще вчера не выспался, Мелл утром подняла меня в страшную рань, затем пришлось идти к вам, была гроза, а тут демоны беспрестанно крутятся под ногами…

– Пойдем обратно ко мне, – смягчился священник. – Поспишь хотя бы немного.

– Часов тридцать, – мечтательно протянул я и вздохнул. – Нет, не выйдет. Я обязан посмотреть, как Маус выполнил мое указание. Сколько осталось до рассвета?

– Уже рассвет, – ответил Норман и показал на ставни, сквозь которые пробивался серый свет.

– Уже поздно что-либо предпринимать, – радостно выдохнул я. – Пусть весь мир проваливается в Подземелье или в другое измерение. Мне все равно. Идем скорее обратно.

Я не помню, как добрался до церкви Нормана. Воспоминания об этом словно покрыты густым слоем непроницаемого тумана. Единственное, что я помню, это огромная лужа, которую я заморозил, потому что мне было лень ее обходить. Обычно маги такими глупостями не занимаются, но в тот момент меня можно было понять. Меня уже ничего не волновало. Я всегда любил хорошо поспать, но тогда мне казалось, что я могу уснуть даже стоя или лежа на раскаленных углях. Это перемещение демона из одного мира в другой вкупе с венцом Сумерек вымотали меня. Я лег на кушетку, опустил голову на подушку и отключился.

Кто считает, что сны непредсказуемы и в них может произойти все, что угодно, ошибаются. Сны тоже подчиняются законам, правда, своим собственным, несколько отличным от тех, что нам диктует реальность. Но законы эти существуют.

– Он что, умер? – спросил хриплый мужской голос. – Холодный как ледышка и совсем не дышит.

Этого определенно не должно было быть в моем сне. Мой сон был про зеленый луг, на котором цвели травы, обдавая меня дурманящим ароматом. Милое приятное виденье.

Я собрал все свою волю и приоткрыл один глаз. Надо мной склонились какие-то темные фигуры. Подозрительные личности… Что им от меня надо?

– Эй, смотри! Он пошевелился.

Ну это уже слишком! С каких это пор я стал экспонатом на выставке?

– Чего надо? – не слишком дружелюбно поинтересовался я у фигур.

– Он заговорил! – В голосе послышались удивление и восторг.

Я вздохнул, протер глаза и с мучительным стоном сел. У меня было такое чувство, будто бы на мне все ночь возили воду или мельничные жернова. Все мышцы болели, поясница затекла, кроме всего прочего я сильно застудил шею.

Где я? Над головой какие-то балки, паутина. Пол усыпал опилками. Под ногами раскидана разная утварь: поломанные метлы, старое одеяло, мешки. И рядом со мной двое незнакомых мужчин.

– Кто вы?

– Я – Бен Вимп, а это мой брат Том. Мы каретных дел мастера, – с гордостью добавил он.

– Понятно… – протянул я, выяснив их личность. – И что это за место?

– Наш чердак. Милое местечко, но все же не настолько, чтобы здесь спать.

– Да, нам бы очень хотелось знать, как вы здесь оказались. Дверь-то была заперта. Вы лежали на мешке с тряпками и были словно мертвец. Бледный, холодный. Я уже и не знал, что и думать… звать стражу или ветеринара?

– Ветеринара?

– Ага. Врач-то в запой ушел. Одна надежда на Ленна, нашего спасителя.

– Да, он стольких лошадок поднял на ноги, а в прошлом году остановил мор среди свиней.

– Ужас… – пробормотал я, представив, что было бы, попади я в руки ветеринара. – Скажите, хоть в каком городе находится ваш чердак?

Братья переглянулись и посмотрели на меня как на умалишенного.

– В Рамедии, а где же еще?

– Хоть это радует. – Я схватился за голову. – А ведь могло занести куда угодно.