Чтение онлайн

– Все равно, это может быть один человек, ведущий двойную жизнь.

– Да, возможностей так устроить множество. Только, Первый проводил сделки с недвижимостью, а Второй в это время лечил людей. Ну, единственно, что судить об этом мы может только по нахождению их телефонов в разных местах. Опросить свидетелей сделок с недвижимостью мы еще не успели, однако это не проблема. Нужно только время и еще пару оперов для этого. Но один свидетель того, что это точно два разных человека, у нас уже есть – это водитель микроавтобуса-такси, который отвез их седьмого января на дачу родителей.

– Так, отсюда подробнее! – заинтересовался Первый.

– Да, водитель такси рассказал и дал официальные показания, что на седьмое января его с вечера шестого забронировал уже ездивший на его машине клиент, Олег Протасов. Он забрал его в одиннадцать часов с Малоохтинской набережной вместе с попутчиком, всего двоих пассажиров с вещами и отвез в коттеджный поселок, где проживают родители Протасова, его мать и отец. Он уверяет, что пассажирами были два близнеца, которых он точно не смог бы отличить друг от друга. Еще немаловажно, что один из них вылез, не доезжая до коттеджа родителей и остался стоять на углу улицы с вещами. Тогда как второго он отвез в коттедж и оттуда уехал уже свободным, проехав так же мимо продолжающего стоять на углу его близнеца.

– Значит, они не пошли вместе в коттедж, это значит – что родители не знакомы с его братом-близнецом? – догадался Второй генерал.

– Да, в ходе допроса после событий на берегу Вуоксы родители признались, что сын намекнул им, что ему почему-то придется куда-то уйти. И сразу ушел, забрав какие-то вещи, два карабина с патронами и две пары лыж. Два раза возвращался в коттедж за своими вещами. Но они ничего про второго Олега Протасова не знают и никогда его не видели. Свои слова они подтвердили на детекторе лжи и легко его прошли.

– Ну, детектор можно легко обмануть, если подготовиться к допросу, – замечает Второй генерал.

– Похоже, что они точно не в курсе про существование близнеца. Даже не знали, что сын купил такую дорогую квартиру и там кто-то живет, очень похожий на него. В принципе, зная теперь место проживания обоих Протасовых, будет несложно определить, что это два разных человека просто по показаниям камер в подъездах, лифтах и около дома. Пока до этого руки не дошли, однако установить, что это разные люди – теперь совсем несложно.

– С абсолютно совпадающими отпечатками пальцев? – недоверчиво спрашивает Первый генерал.

– И с полностью совпадающей внешностью, – флегматично добавляет Палыч и наливает себе стакан воды из бутылки.

– Что же произошло на берегу Вуоксы? Почему твои люди снова не справились с задержанием разыскиваемого? Если бы они взяли близнецов, теперь бы не ты рассказывал нам свои предположения, а оба брата Протасовых выдавали правду изо всех сил, – упрекает один из генералов полковника.

– Там случились еще несколько необъяснимых вещей. Именно поэтому их нигде нет, а я сижу перед вами с отчетом, – объясняет полковник.

– Что? Еще необъяснимых?

– По показаниям из соседних коттеджей и с камер при самом поселке видно, как два человека уже на лыжах уходят по дороге в сторону Вуоксы. У каждого по два набитых рюкзака и по карабину за спиной, нагружены они тяжело, однако двигаются очень быстро. Лица закрыты масками. Через три километра они свернули на предварительно накатанную ими же самими колею в лес и еще через три с половиной километра оказались на берегу Вуоксы. Где не дошли до реки пятьдесят метров, а один из них пропал, как теперь установлено точно. Во всяком случае через шесть часов после ухода из поселка за ними следом отправились наши оперативники с местным участковым на двух снегоходах, принадлежащих семье Протасовых.

– Почему с таким отставанием по времени, Палыч?

– Так сначала их искали на квартирах, потом по телефонам, они все оказались сразу же отключены. Да и не подготовлено оказалось ничего, все же Рождество на дворе. Никто и не собирался проводить операцию, хотели просто забрать Лекаря из центра и оставить у нас в комитете, – называет полковник по-старому свое место работы. – Чтобы работать с ним на следующий день.

– Это же только на него была установка задержать, не на его близнеца, который ничем таким не привлек к себе внимания и спокойно жил себе по своим же документам. Что именно Лекарь занимается сильно непонятными вещами и живет явно по чужим документам. Однако, когда оперативники были оглушены и лишились телефонов, они сразу подняли тревогу, когда очнулись, с телефона в медцентре. Правда подозреваемому удалось все равно скрыться. После отработки всех адресов машина с моими людьми отправилась в коттедж родителей, где и было установлено, что их сын приехал семь часов назад, собрал приготовленные в своей комнате вещи, забрал два карабина и ушел куда-то по дороге. На улице уже было темно, поэтому две пары наших людей отправились преследовать их на снегоходах, зная, что беглецы ушли на лыжах. Был обнаружен свежий лыжный съезд с дороги, по нему наши доехали до берега реки, где двое из первого снегохода были внезапно выбиты из сознания хорошо замаскировавшимся в сугробе одним из братьев Протасовых. Бил он их какой-то дубиной, которую нашли на месте преступления.

– Прыгнул из сугроба и оглушил твоих людей? Они что, совсем работать разучились?

– Товарищ генерал-лейтенант, для этого тоже есть объяснение. Протасов, непонятно какой из них правда, оказался в белом горнолыжном костюме, двигается с необыкновенной скоростью и бьет с необъяснимой силой. Однако это совсем не главное…

– Ну-ну, попробуй обосновать! – усмехается Виктор Степанович.

– Двое на втором снегоходе рассмотрели при свете фары случившееся с первым снегоходом, лежащие тела своих и успели передать группе поддержки, которая проводила дальнейший обыск в коттедже Протасовых, сведения о случившемся. После этого тоже подверглись нападению, участковый был сразу выбит из сознания этим же дрыном. Зато наш человек успел отскочить, достать пистолет и произвести выстрел в ногу нападавшего. Все как положено. Нападавший был в очках ночного видения и на попадание в ногу никак не отреагировал, мгновенно оказавшись на расстоянии удара от капитана Боширова.

– Значит, он промазал!

– Возможно, зато потом, растерявшись от такого, он произвел еще два выстрела. Он никогда не промахивался за всю службу в нашей структуре. Как показал сам сначала – что стрелял снова в ногу, его напарник, старший лейтенант Петров, доложил в закрытом рапорте, что видел вспышки из дула пистолета, направленные в грудь нападавшему Протасову. Группа поддержки расслышала тоже три выстрела всего. После серьезного разговора капитан признался, что в панике от неуязвимости противника выстелил ему точно в грудь два раза с расстояния два метра и не мог промахнуться никак.

– И что случилось дальше? – с блестящими от любопытства глазами спросил Второй.

– Дальше Протасов остался на ногах и выбил его из сознания очень сильным ударом по голове.

– Это как так? Он что, в хорошем бронике был? А в ногу капитан промазал? – недоумевает Первый.

– Возможно, что и был. Однако даже так он не мог остаться на ногах, точно улетел бы в сторону от останавливающего действия тяжелых путь из "Грача". Только все равно остался стоять и принялся сразу же вязать руки сначала нашим операм, потом остальным. Веревки из синтетического капрона у него были уже припасены, так что он справился с этим делом за пару минут. Старший лейтенант уже пришел в себя в этот момент, пытался сильным ударом подбить колено приблизившегося к нему Протасова. Однако не смог до него дотянуться в контакт. Какая-то сила помешала ему приложиться по колену одного из близнецов, а тот снова ударил его по голове. Что самое интересное – уже не рукой или тем дрыном, просто воздухом, как хорошо рассмотрел Петров.