Чтение онлайн

— Господа, согласно данным комитета госбезопасности, Германия абсолютно точно уверена в победе и обязательно объявит нам войну, если не получит Польшу. Чтобы избежать страшных людских потерь, которые неизбежны при современных методах войны, предлагаю заключить с ней предварительно сепаратный договор о продаже имущества российской империи, находящегося на польских землях. Потом дать свободу Польше в составе только семи губерний, оставив Холмскую и Виленскую губернии пока за собой. Свободу поляки добудут сами на всенародном референдуме, мы начнем сразу же выводить войска, как только получим задаток от Германии. И все, судьба Польши нас больше не интересует, она — теперь независимая и свободная страна. Зато, Российская империя избегает войны и продолжает богатеть в мире и спокойствии, — такое предложение уверенным голосом я озвучиваю всем собравшимся, — А то, что на освободившееся место сразу же вторгнется Германия — это не наша вина, а преступление немецкой военщины!

Император вчера попросил меня поступить именно так, чтобы инициатива про завуалированную передачу части империи наглому захватчику исходила не от него лично. Просто рекомендации от комитета госбезопасности.

— Мы — все оказываемся в белом, а немцы — и так уже развязали мировую войну! Одним преступлением против человечности больше, одним меньше — им все равно отвечать придется!

Ну, мне это нетрудно, тем более, я точно понимаю, что Германия окажется проигравшей страной.

И России будет совсем не трудно забрать и Восточную Пруссию, и Силезию, и Данциг, если на это будет нужда.

Еще года три и все, немцы надорвутся окончательно на мировой войне, потенциалы блоков сразу станут не сопоставимы, как только Штаты с тридцатью процентами мирового производства отреагируют на развязанную германскими подводниками тотальную войну. И свои потопленные корабли.

Пока император снова переговорил с кайзером, пообещал ему передать Польшу особо хитрым способом, очень порадовав кузена Вильгельма скоростью решения вопроса.

— Сказал, что решу вопрос за три-четыре месяца. Уже сейчас сразу начнем вывозить железной дорогой снаряжение и солдат, чтобы он видел наши явные шаги по решению конфликта. Тем более, самые боеспособные части мы уже оправили в Финляндию, о чем он хорошо осведомлен. Пообещал мне перестать поддерживать финнов тоже сразу.

Да, основную поддержку и оружие финская армия получает именно от немцев, как я хорошо знаю.

— На заключение сепаратного договора мы с ним встретимся около Восточной Пруссии на военном корабле через две недели. К тому времени посчитают все наши крепости и оставляемое имущество на местах, которое нет особого смысла вывозить обратно в Россию. Через месяц акт о референдуме пройдет обсуждение в Думе, еще через месяц будет осуществлен и сам референдум. Кайзер мечтает через три, край четыре месяца въехать во главе своих войск в Варшаву. Поэтому вывоз наших войск и захват Польши германцами будут происходить одновременно, — мне император может рассказывать откровенно о своих закулисных договоренностях с кайзером.

Тоже неплохо, будем передавать движимое и недвижимое имущество четко под опись, чтобы поляки не мешались под ногами.

В отличии от остальных советников из правительства, все же это именно моя идея, поэтому нам стесняться нечего.

Так что, все мы занялись неотложными делами, он своими императорскими, я своими комитетскими.

В начале шестнадцатого года на меня устроили еще одно покушение. Похоже, что бывшие союзники смогли определенно вычислить человека, из-за которого у них и начались гигантские проблемы размерами с Солнце.

Я немного расслабился, не ожидая никаких покушений больше и тут боевик снова, как оказалось, социал-демократов нашел меня с Марией в одном из ресторанов на Мойке. Это она уговорила меня посетить очень модное заведение, я как раз приехал на служебном автомобиле и оставил охрану ждать себя на набережной.

Мария уже встретила меня здесь, мы успели начать ужинать, как я внезапно почувствовал очень сильное и напряженное внимание на своей персоне.

Это умение, приобретенное само собой первым в Храме часто спасает мне жизнь. Поэтому я сразу же повернул голову налево, откуда различаю внимательный взгляд с явным негативом. Увидел очень хорошо одетого молодого красивого мужчину в костюме, стремительно идущего в мою сторону между столиками и не сводящего с меня горящего взгляда.

Купол я накинул сразу же, как почувствовал чужое внимание, теперь мы в безопасности, чего не скажешь о посетителях заведения за соседними столиками. Если молодец начнет стрелять, пули могут отрикошетить куда угодно.

Боевик, увидев мой взгляд, резко ускорился и потащил из кармана пиджака пистолет, потом прицелился в меня и успел сделать пару громких в помещении выстрелов в мою сторону. На самом деле я просто позволил ему немного пострелять. При этом он шагает крупными шагами, надвигаясь на меня, я просто кинул руку с маной ему ниже колен и очень сильным ударом сбил его с ног.

Так, что нижняя часть тела и ноги улетели назад, а верхняя часть туловища вместе с головой с силой встретились с мраморным полом заведения. Удар лбом о каменную плиту оказался слишком силен, стрелок мгновенно потерял сознание и безвольно выронил револьвер из руки.

— Не очень сложный вариант, хотя, как они так быстро нашли меня в городе? — успел подумать я, как в ресторан заскочили мои сотрудники.

— Этот! — указал я им на тело и оглянулся, не ранил ли он кого-то.

Нет, слава богу, никто рядом не пострадал, никого мне спасать не придется.

Мария только сейчас пришла в себя, пережив покушение и смотрит на меня вопросительно, успев заметить мой характерный жест левой рукой навстречу нападавшему боевику. После которого нападающий потерял равновесие и славно приложился к полу.

Остальные посетители не заметили ничего странного, всеобщее внимание было приковано именно к стрелку.

— Забирайте в машину, ждите меня, — отдал я приказ своим, быстро закончил ужин и оставил Марию одну за столом приходить в себя.

— Господин полковник! — слышу я взволнованный голос одного из охранников, я едва упросил не баловать меня новыми титулами императора, поэтому все еще полковник.

— Боевик совсем плох! Не приходит в себя, на воздействие не реагирует! — докладывают мне офицеры.

— Так, его на заднее сидение! Один остается разбираться с полицией, двое подождите меня на улице!

Боевика придется подлечить мне лично, благо, лечебный артефакт я всегда ношу с собой. Хорошо понимаю, что он может в любую секунду спасти жизни моим людям и случайным прохожим, которым не повезет оказаться рядом с местом покушения.

Да и мне может сильно не повезти, тогда, возможно, успею спасти самого себя. Оставлять свое мертвое тело на руках сотрудников комитета и потом появиться через неделю живым и здоровым — боюсь, нормы приличия мне точно не позволят так поступить.