Мафия собирается в полночь

Это было самое мёртвое, самое глухое время ночи. Светила почти полная луна. Спал сторож, спали дети, не шумел лес, не пели птицы. Умолкли даже лягушки. Воздух замер, опуская на траву спокойную влажную тишину, росу. По опустевшим дорожкам летнего оздоровительного лагеря «Зорька» бегали разнокалиберные ежи, оставляя следы пухлых лапок на песке и вокруг урн.

Молодая воспитательница пятого отряда Галя мирным сном спала в своей кровати.

– Тук-тук-тук-тук, – оборвало вдруг сладкий Галин сон.

И снова тишина.

Галя открыла глаза.

– Тук-тук-тук-тук, – мерно раздалось по стеклу её окна.

– Кто там? – Галя вскочила.

Тихо.

– Боря! Это ты? – Галя задрожала мелкой дрожью, прижала лицо и ладони лодочками к стеклу. – Это ты, Боря?

Но было тихо.

Галя открыла дверь своей комнатёнки и прислушалась. В белой ночной рубашке двинулась по коридору.

– Тук-тук-тук, – мягко, но призывно постучали в окно.

Галя белым привидением метнулась поднимать тюлевые занавески, но всё стихло.

Может, это начальник лагеря устроил проверку? Галя заглянула во все палаты, пересчитала спящих детей. Весь отряд на месте. Если проверка, то у Гали всё в порядке. Галя больше всего боялась, как бы не случилось чего-нибудь такого, что подорвало бы её репутацию и негативно повлияло на прохождение ею педагогической практики в лагере. Галя была отличницей в своём институте и очень этим дорожила. А потому детей (чтобы с ними ничего опасного не случилось) она заставляла передвигаться по лагерю только строем, контролировала все их поступки, постоянно пересчитывала. И была от этого спокойна. Поэтому и спалось ей от сознания того, что всё идёт по плану, хорошо и сладостно. Но сегодня…

Выходя из последней палаты, она вновь услышала стук. Галин напарник, студент Боря, мог, конечно, стучаться – он ушёл на сентиментальное свидание с воспитательницей восьмого отряда Аллой, но обещал вернуться тихо, без всякого стука. Да к тому же взял ключ от корпуса. Нет, конечно, это не он. Боря – человек серьёзный и пунктуальный.

«Всё понятно. Тогда это физкультурник», – подумала Галя и поморщилась. Он говорил ей весь день комплименты и, видимо, опять пришёл надоедать.

«Ну-ка, я его прогоню! – Физкультурник ей не нравился. – Ишь, ходит тут».

– Валерка, иди отсюда! Спать иди! – приглушённо крикнула она, включив свет и появляясь в окне.

«Спрятался, гад…» – решила Галя, услышав в ответ тишину. Помедлив, она кинулась к выходу из корпуса, чтобы уж наверняка отогнать физкультурника.

Галя вышла на крыльцо, крадучись сошла со ступенек. Пробежала несколько шагов, заглянула за угол корпуса. Под её окном никого не было. Галя огляделась. Внезапный порыв ветра зашуршал кустами – и она в ужасе бросилась в корпус, захлопнула дверь, лихорадочно закрывая замок. Это же маньяк, который бродит в окрестностях!! Галя слышала, как сегодня перед отбоем шептались дети и рассказывали про него, нагоняя себе страха на ночь. Галя ещё ругала их за это. Так вот оно что…

Холодея, Галя бросилась к выключателю, погасила свет, оставив гореть только слабую ночную лампочку, и села у двери на пол. Затем поползла под окнами, чтобы не мелькать в синем свете ночника.

– Тук-тук-тук-тук, – тихо, но настойчиво пронеслось по коридору.

До своей комнаты доползти Гале было не суждено. Вылупив глаза, она бросилась в чемоданную, открыла дверь каморки, где хранились тряпки и вёдра для уборки корпуса, выхватила несколько чемоданов, забаррикадировалась ими, да ещё и ведро на голову надела.

По-индейски неслышно из травы поднялись Арина Балованцева и Костя Шибай. Сматывая чёрную ниточку, они подошли к Галиному окну. Полчаса назад они воткнули в горизонтальную оконную раму иголку с продетой в неё ниткой, к которой была привязана головка чеснока. За другой конец этой нитки они и дёргали из своей засады. Чеснок бился в окно и пугал Галю.

– Ну, дело сделано. Можно и по койкам? – уже на углу корпуса спросил Костя, подкидывая на ладони чеснок.

Чесноком запасся один из мальчиков – Антон Мыльченко. Он не сомневался, что возле лагерей всегда живут вампиры, поэтому набрал полчемодана чеснока, чтобы этих вампиров от себя отпугивать. Костя знал об этом, а потому тут же изъял у Антоши несколько головок его замечательного средства. Уже для своих целей.

– Думаешь, сильно она испугалась? – направляясь к окну палаты, спросила Арина.

– Судя по беготне, прилично, – ответил Костя. – Где она теперь? В чемоданной?

– Наверное.

– Завтра повторим?

– Как вести себя будет, – ответила Арина.

– Может, наша Галя теперь присмиреет и не будет такой борзой и активной. Тоже мне – мы только приехали, и сразу аллеи подметать.

– А если не угомонится, мы ей как-нибудь ночью в окно ежа кинем. Вот она с репой забинтованной и пойдёт на планёрку, – проговорила Арина. – Ну давай, спокойной ночи.

– Кинем, а чего нам, – с этими словами Костя подсадил Арину, и она влезла в форточку.

Очутившись в палате, Арина тихонько прокралась к своей кровати, разобрала скрученную из одежды куклу, разделась и с чувством исполненного долга улеглась спать.

Не повезло их пятому отряду с руководителями. Педантичный Боря подвергал все действия своих воспитанников строгому логическому анализу. А Галя была такой исполнительной и активной, что просто хоть хватай чемодан и беги вон из лагеря. А Арина и её друзья мечтали без помех самостоятельно порезвиться на природе. Хотелось приключений. А тут на тебе – режим, общественный труд, да ещё и Галя, желающая отличиться.

Всего год Арина Балованцева отучилась в новом классе. Она так привыкла ко всем, кто окружал её на уроках, что расставание на целое лето казалось ей ненужным и тягостным. Сколько весёлых историй произошло за этот год! Арина, красивая спортивная девочка с короткой стрижкой-каре, словно притягивала к себе самые разные приключения, события вокруг неё почему-то всегда сгущались и приобретали романтическую окраску. Арина была неистощима на выдумки, поэтому она всегда оказывалась в центре внимания и имела много друзей. И вот теперь на лето все разъезжались кто куда. Но некоторые, как узнала Арина, собираются в оздоровительный лагерь «Зорька», находящийся совсем недалеко от её родного города.