Чтение онлайн

Но на придумывание нового способа давления Валентина не стала тратить время. Она вспомнила о своей внешности и достала карманное зеркальце, которое всегда носила с собой. Оглядев лицо, она ахнула.

— Господи, как я ужасно выгляжу! — воскликнула она, — неудивительно, что никто не обращает на меня внимания.

Голодовка была забыта раз и навсегда. Если после нескольких часов она выглядит столь удручающе, то что же могло быть дальше?

Патрик все утро порывался поговорить с капитаном начистоту насчет девушки, но всякий раз его останавливали самые разнообразные соображения. Самой основной причиной, разумеется, было то, что Кейн заранее знал ответ Рэдклиффа на его слова. Капитан хотел наказать Валентину за ее отношение к нему, а она сама вместо того, чтобы хоть как-то смягчить это, словно нарочно вела себя хуже не придумаешь. И какой же человек после того, как на него надели супницу, станет выполнять ее желания?

Стоя на палубе и бессмысленно смотря вдаль, Патрик думал, каким образом он сумеет убедить упрямого Рэдклиффа, как дозорный вдруг вскричал:

— Капитан, нас преследует корабль!

Тот достал подзорную трубу и посмотрел в ту сторону, куда указывал дозорный. Потом неторопливо убрал ее в карман.

— Что там? — спросил Патрик.

— Пираты, — ответил Рэдклифф спокойно.

— Кто-о? — протянул Кейн, почти копируя манеру Валентины, разве что глаза не вытаращил.

Капитан без слов сунул ему подзорную трубу.

— Они преследуют нас, — заметил Патрик, словно ему не сказали этого минуту назад.

— Именно, Кейн. Какие упрямые. Пожалуй, нам следует готовиться к бою.

— О Господи, — простонал Кейн.

И на корабле началась подготовка к приему пиратов, сулящему быть весьма горячим.

Валентина, закончив приводить себя в порядок и неудовлетворенная результатом, сидела в запертой каюте и уныло смотрела в иллюминатор. Иногда она зевала от скуки, не зная, чем заняться еще. Иногда о чем-то вспомнив, девушка хваталась за гребень и укладывала и без того безукоризненную прическу, рассматривала ногти, ища какие-нибудь изъяны и перекладывала предметы на столе с места на место. Больше заняться было решительно нечем, кроме как смотреть в иллюминатор на палубу, где не происходило решительно ничего.

Валентина зевала и вертела в пальцах свой кружевной платочек, складывая его то так, то эдак, создавая видимость хоть какого-то занятия. Впрочем, это помогало ей мало. Но в это время она заметила на палубе движение. Забегали, засуетились матросы, что-то тащили туда-сюда и спустили несколько парусов, отчего ход корабля немного замедлился. Валентина ничего не понимала в этих приготовлениях и потому решила, что они затеяли генеральную уборку и перекладывают вещи с одного места на другое, думая, что там те будут смотреться лучше. Но все-таки это было хоть какое-то занятие и девушка придвинулась поближе. Смотреть на уборку тоже не очень-то весело, но все же куда лучше, чем сидеть просто так и умирать от скуки.

Но суета скоро закончилась и скука вернулась. Валентина еще немного поглазела в иллюминатор, ожидая продолжения, но ничего не дождалась. Вздохнув, она вернулась на свое место и зевнула. Корабль слегка покачивало, эта качка сперва раздражала девушку, потом ее начало слегка мутить. Стены и палуба раскачивались перед глазами и это было неприятно. Валентина закрыла глаза, чтобы не видеть этого и посильнее вцепилась в стул.

То ли качка стала слабее, то ли она немного привыкла к ней, но мутить стало меньше и Валентина положила голову на скрещенные руки. Вскоре она задремала, хотя всегда считала, что днем спят одни лентяи и лодыри. Да, но если делать совершенно нечего?

Проснулась девушка от такого сильного толчка, что слетела со стула и растянулась на полу. От такого сотрясения проснулся бы даже самый великий соня. Валентина поднялась на ноги, потирая коленки и пробурчала себе под нос несколько нелестных эпитетов в адрес корабля, его капитана, рулевого, и под занавес досталось гадкому морю, конечно.

Выговорившись, Валентина подошла к иллюминатору, чтобы устроить нагоняй первому, кто попадется ей на глаза. Но то, что она увидела, заставило девушку позабыть и о своем желании, и о неудачном падении. Она увидела самое настоящее сражение. Палуба была заполнена людьми, которые дрались между собой. Повсюду слышались пистолетные выстрелы и грохот.

Полуоткрыв рот и вцепившись в створки иллюминатора, Валентина не отрываясь глядела на все это безобразие широко открытыми глазами. Она прекрасно понимала, что смотреть на это ей ни к чему и что тут нет ничего интересного для хорошо воспитанной девушки из приличной семьи. Но так говорил рассудок, голос которого был слаб. На самом деле все это было ужасно интересно и занимательно, и совсем не страшно. Прямо перед иллюминатором один из матросов наградил своего противника таким ударом мощного кулака, что тот отлетел на несколько шагов в сторону, перевалился через борт и рухнул в море, подняв кучу брызг.

— Ага, получил! — вскричала Валентина, забыв обо всем на свете, — браво!

Она даже в ладоши захлопала, что было плохой идеей. Прямо перед ней возникло чье-то обветренное лицо. Пару секунд обладатель этого лица молча изучал девушку, а потом ухмыльнулся. Валентина отшатнулась назад и вовремя, так как человек уже тянул к ней руки.

— Уйдите отсюда! — взвизгнула она испуганно и наблюдение за сражением показалось ей не такой уж хорошей идеей.

Ведь недаром же придуманы все эти правила приличия. Наверное, специально для таких вот случаев.

— Прочь! — добавила она, но человек уходить не спешил.

Он сунул голову в комнату и осмотрелся.

— Ах так! — Валентина схватила со стола тарелку и бросила в наглую голову.

В цель девушка не попала, так как человек успел уклониться и вскоре исчез из ее поля зрения.

Валентина облегченно вздохнула и решила, что для собственной безопасности будет лучше закрыть иллюминатор от греха подальше.

Но в это время за дверью каюты она услышала чьи-то громкие шаги, а потом дверь начала сотрясаться от сильных ударов. Кто-то пытался сбить замок прикладом ружья. Кроме грохота Валентина слышала и грязные ругательства, что совсем не прибавило ей смелости. Дрожа от страха и дурных предчувствий, девушка бросилась к иллюминатору и завопила на весь корабль:

— Помогите мне кто-нибудь! Ну спасите меня, пожалуйста! А-а-а-а!

Фирменный визг Валентины с успехом мог бы заменить даже самую громкую корабельную сирену.

Дверь тряслась от мощных ударов. От ужаса девушка зажмурилась, не переставая визжать.

Через несколько минут на пороге возник высоченный мужчина. Он оглядел застывшую от страха девушку и довольно хмыкнув, шагнул к ней. Валентина успела увернуться от протянутых рук и даже схватить со стола стакан, которым она запустила в него. А потом побежала.