М.Е.Р.Ф.И.
Шрифт:
Вокруг не было ни единой души, и это радовало парня. Скинув вызывающе яркую оранжевую безрукавку, он с наслаждением впился когтями в локоть, задавил и выпустил наружу теплые струйки крови. Сыпь зашевелилась и задрожала, чуя «еду».
— Обедать, дьявольщина, — прошипел сквозь зубы тот, роняя голову на грудь. Лампочка над его головой ярко вспыхнула и погасла, оставляя человека в темноте. — Очень вовремя.
— Кто здесь? — внезапно послышался чей-то голос из угла. Вздрогнув, Хейн настороженно повернулся на голос. — Какая сволочь отлынивает?!
Мартин! Застонав, парень быстро отодвинулся в темный угол, молясь, чтобы тот прошел мимо. Мужчина наощупь двигался вдоль шкафчиков, нарочито громко ругаясь, и Хейну внезапно стало смешно: тот явно трусил. Пригнувшись, он позволил администратору миновать его, оставшись незамеченным.
В нос тут же ударил сладковатый теплый аромат крови, в ушах зазвенело, а разум опутала красноватая дымка. Сглотнув, он облизал пересохшие губы, чувствуя, как легкие резко сжимаются от недостатка кислорода, и рванул вперед, повалил Мартина на пол. Вскрикнув, тот смазано ударился о скамью, разодрав кожу на лбу. Планшет с гулким стуком отскочил в сторону, подсвечивая место драки синеватым светом экрана. Несколько капель попало на ладони Хейна, и это окончательно выбило из равновесия.
Зарычав, он вцепился когтями в горло мужчины и сжал, пытаясь добраться до яремной вены. Невысокий Мартин забился под тяжестью нападавшего, застучал ногами по полу и опрокинул скамью. Он попытался ослабить хватку, но лишь бессильно заскользил пальцами по собственной крови, хлынувшей из горла. Это напугало его еще сильнее, а недостаток света мешал разглядеть врага.
Тяжело дыша, Хейн одно рукой прижал добычу к полу, а второй быстро соскребал теплую жижу. Его пальцы дрожали, все глубже уходя в мышцы. Когти поджимались от удовольствия, все тело томительно побаливало, пожирая выступающую кровь. Чесотка быстро сворачивалась, насытившись, и парень хищно улыбнулся, сверкнув клыками. Сейчас боль пройдет, сейчас она полностью утихнет, свернется, уползет, испарится…
— На помощь… — прохрипел Мартин, теряя сознание, и Хейн моргнул, просыпаясь. Опустив глаза, он в ужасе подскочил и отступил на несколько шагов.
— Вашу мать!
Перед ним лежало что-то живое, слабо дышащее, еще двигающееся. Под телом быстро расплывалось темное пятно, и парень прижал ладонь к губам, стараясь не закричать. От металлического привкуса его скрутило и едва не вырвало, в застывшем воздухе отчетливо повисло облако приторного запаха, вызывающего головокружение и страх. Тело явно принадлежало не крысе.
Привалившись плечом к шкафчику, Хейн запустил пальцы в дреды и тут же с отвращением вытащил их. Даже при неясном свете гаснущего планшета он разглядел кровь на ладонях. Футболка тоже была запачкана, скорее всего следы остались на кедах, джинсах, лица — на всем! Внутри тела плотным комком скрутился ледяной ужас. Он только что убил человека!
Тело пошевелилось и застонало. Тихий шепот отшвырнул парня еще дальше, к выходу. Цепляясь за дверцы, он молча отступал, не спуская глаз с добычи. В горле застрял ком, мешая дышать, ноги подкашивались, пальцы дрожали и скользили по пластику. На мгновение в голове вспыхнуло осознание, и Хейн бросился к брошенной безрукавке. Скомкав ее, он принялся оттирать собственные следы, оставленные на дверцах и полу. К счастью, кровь не успела застыть, и вскоре в его руках оказалась непоправимо испорченная безрукавка.
В голове с неожиданной ясностью пронеслась мысль:
«Нужно выбросить ее в Яму, когда пойду туда в следующий раз».
Сделав шаг в сторону коридора, Хейн замер, прислушиваясь. За дверью кто-то переговаривался, голоса становились все ближе. Черт, если его найдут тут, рядом с трупом…
Тело отреагировало быстрее. Хейн бросился в сторону душевых, старательно обойдя лужу крови, забился в угловой душ, запер дверь и привалился к стене. Сердце билось так, что казалось, его слышат даже посетители в зале. Прикусив губу, он зажмурился и даже закрыл глаза руками.
Ну почему это все не может оказаться просто сном…
— Сперва орал, как укушенный, а теперь где-то прячется, — недовольно проворчала Мейн, спускаясь в подвал. Вместе с ней шел Кор, доедая третий батончик. — Разве так можно? Уже полчаса его ищем.
— Типа ты прям соскучилась по нему? — хмыкнул парень, придерживая девушку за локоть. — Осторожно, тут мокро.
— Вижу. Мне-то плевать, век бы не видеть эту мерзкую рожу, но хозяин ждать не будет. Эй, Мартин, ты тут? Мартин!
Мужчина пошевелился, услышав голоса и глухо застонал. Свет так и не включился, и вместо администратора была видна лишь съежившаяся тень. Округлив глаза, девушка на цыпочках подошла ближе, наступила в кровавую лужицу и упала, громко вскрикнув. Мартин попытался подняться, и над его головой внезапно загорелась ослепляющая лампочка. Изумленный вопль слился в единый поток.
— Мартин?!
Кор тут же поднял его и усадил на скамью. Застонав, администратор с трудом открыл глаза и обвел мутным взором сотрудников.
— Типа, кто тебя так, Мартин? — в шоке пробормотал Кор.
Пострадавший обессиленно помотал головой.
— Не увидел. Какой-то вампир. Помогите встать.
Слыша голоса, Хейн едва мог поверить своему счастью. Его не запомнили, его, кажется, его даже не заподозрили, Мартин жив! Он, конечно, мечтал временами, чтобы отвратительный администратор исчез, но не таким образом. Подавив желание выбежать и убедиться, что с начальником все в порядке, Хейн несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, подождал полчаса и осторожно выглянул из душевой.
Пятно крови исчезло, остались лишь влажные следы от робота-уборщика. Ни в раздевалке, ни в душевой никого не было, и парень тихо прокрался, воровато осмотрел проход и бросился к грузовому выходу.
Выскочив на улицу, он выбрал угол, которые не просматривали камеры, с отвращением посмотрел на испачканные руки, тронул волосы, скривился, надел окровавленную безрукавку, сверху плащ, натянул капюшон на голову и поспешил к выходу.
Широко шагая по улице, он не смотрел по сторонам и несколько раз врезался в прохожих, которые не успевали отскочить. В душе боролись два чувства: «Он не убийца, хвала всем богам!» и «Он в любой момент может им стать, а на полу с распоротым горлом могут оказаться Лука или Луиза».