М.Е.Р.Ф.И.
Шрифт:
— Чего ты тут стоишь?
Не дожидаясь ответа, Сти схватил Хейна за локоть и потащил за собой. Небольшая широкая ладонь была мокрой от пота и слегка дрожала.
Внутри клуб был похож на многие другие и отличался лишь размерами. Огромный и темный, он был подсвечен неоновыми изогнутыми лампами на стенах. Между ними висели плакаты и были нарисованы граффити. Под потолком на толстых цепях покачивались пустые клетки, в которых должны были танцевать девушки и парни.
Сцена с музыкальной установкой располагалась напротив входа и возвышалась на пару метров. Перед ней в углублении была оборудована танцевальная яма, куда спускались те, кто пришел потанцевать и послэмить. В углах ямы в закрытых нишах стояли роботы-охранники, которых активировали при беспорядках. Вокруг ямы стояли столики, в углах располагались диваны. Был и второй этаж: открытые балконы для особо важных гостей, куда вели спрятанные лестницы, а заказы передавали на лифтах.
В центре клуба стояла барная стойка, спрятанная в клетке. Внутри энергично переговаривались бармены, куря прямо на рабочем месте. Погрозив им пальцем, Сти что-то прошептал Луизе, и та радостно заулыбалась, шаря глазами по головам. Несколько девушек узнали ее и замахали руками.
— Черт подери моего папашу, это же Лу!
— Лу, сестричка! Ты к нам?
— Нет уж, я останусь у папы Джо! — показала им язык девушка, смеясь. — Как вы тут?
— Стейси уже пробралась к вокалисту, из-за этого задержали концерт в первый раз, — быстро поделилась новостями анорексичного вида девушка с серебряными кудряшками, торчащими во все стороны. На ее шее блестел начищенные стальной ошейник с массивным круглым кулоном.
— Ничего себе… — протянула Луиза. — А вторая заминка?
— Она навестила второго участника.
Дружный смех взорвал сигаретное облако. Вытерев выступившие в уголках глаз слезы, Луиза села за отдельный столик, потянув за собой Хейна. Она что-то прошептала ближайшему бармену, и та кивнула. — Ты будешь что-нибудь? Лучше заказать сразу, пока у девочек нет работы.
— Что-нибудь полегче, — настроения пить не было, а вот услышать объяснения хотелось. Едва Лу вернулась с бокалами, Хейн выпалил. — Как ты смогла?
— Я тут работала до того, как перешла к старику Джо. Вместе с девчонками стояла почти два года. Сти меня и взял, мы с ним даже сойтись пытались. Он тут работает с семнадцати или восемнадцати: сперва был уборщиком, потом разнорабочим, потом барменом, а сейчас уже администратор, молодец.
Он нам выбил ВИП-места, заметил? Этот столик обычно держат свободным, если вдруг какой-нибудь богатой персоне приспичит посетить клуб.
— И как, у вас получилось сойтись? — равнодушно поинтересовался парень, вытаскивая сигареты.
— Нет. Сти — отличный парень, но он нам всем как старший брат, как партнер он не очень, и дело не в его ориентации.
Хмыкнув, Хейн прикурил, глядя на пустую сцену, и прислушался к ощущениям. На третьей затяжке горло сжало, и он поспешно потушил сигарету. Попробовав коктейль, он поморщился.
— Что это?
— Фирменный коктейль, делал Ян, вон тот лысый парень с шипами на затылке. Он отлично смешивает. Не понравилось?
Хейн помотал головой.
— Что-то не пошло. Можешь принести что-нибудь безалкогольное?
— Кошмар, когда я начала встречаться с поклонником здорового образа жизни? — усмехнулась Луиза, поднимаясь. — Сейчас принесу, подожди.
Концерт начался спустя полчаса. За это время Хейн успел опустошить два пластиковых стакана безвкусного, но безалкогольного воппи и пребывал в добродушном настроении. Луиза пересела к нему на колени и прижалась, положив голову на плечо. В прикрытых темных глазах попеременно вспыхивали разноцветные огоньки прожекторов. Яростная, какая-то первобытная музыка била по ушам. В танцевальной яме прыгали и извивались десятки тел, поднимая руки и раскачиваясь. Временами они сталкивались друг с другом, и толпа мгновенно отбегала по углам, освобождая центр.
Группа взяла перерыв и нырнула в небольшую дверцу. Луиза пересела на свободное место, возле нее тут же опустилась бармен с серебристыми волосами. Краем уха слушая разговор девушек, Хейн не сразу обратил внимание на возвращение странного шума. Слова сливались в тонкую нить, в которой невозможно было различить ни слова, она плавно растворялась в сотнях слившихся воедино звуков. Глухие шорохи и плески ненавязчиво обвивались вокруг, проникали в уши. Они будто возвели вокруг парня прочную стену, не пропуская ни единого звука. Внутри стены сплетались, наслаивались и разъединялись неразличимые голоса, похожие на рокот волн. Хейн встряхнул головой, но видение не пропало. Даже наоборот, звуки стали громче и навязчивее.
Перед глазами запрыгали тени всех оттенков красного. Они проносились мимо, оставляя после себя приторный запах чего-то знакомого и одновременно неизвестного. Ладони резко зачесались и заныли, спину пробила тянущая боль, из легких вылетел весь воздух, и Хейн на мгновение будто потерял сознание. Залпом допив воппи, он встал и, пошатываясь, спустился вниз, машинально переставляя ноги. Он не знал, куда идет и зачем, не чувствовал, что ступни касаются пола, не видел возбужденные, покрасневшие лица вокруг. Его обступили мрачные полупрозрачные тени, опутанные огненными нитями. От них тянулся странный дурманящий аромат.
Наощупь дойдя до туалета, он ввалился внутри, спугнув целующуюся парочку, и наклонился над раковиной. Перед глазами постоянно вспыхивали багровые круги, ноги едва держали.
— Холодная вода, открыть.
Хейн не узнал собственный голос: хриплый, больше похожий на звериный рык, переходящий в выворачивающий кашель. Умывшись ледяной водой, он сел на унитаз, вытянув ноги, и уронил голову на грудь. Перед глазами все плыло, затягиваясь красноватым туманом. Хейн протянул руку и коснулся стенки кабинки, но тут же отдернул ее: показалось, что пальцы утонули в вязкой густой жидкости.
Парень застонал и попытался сосредоточиться. В обычной ситуации он бы подумал, что он напился, но он едва пригубил алкоголь. Второй вариант: ему подмешали наркотики. Голова взорвалась острой болью, по коже пробежали болезненные мурашки. Нет, напитки принесла Лу, она не стала бы ничего добавлять. В этом не было смысла: такие шутки не в ее характере, а взять с него нечего. Бармены? Да ну, еще менее правдоподобно…
В дверь кабинки кто-то постучал, подождал несколько секунд и постучал настойчивее. Хейн закрыл глаза и хотел ответить, чтобы этот «кто-то» валил в соседнюю, но вместо слов выдавил из себя лишь стон.