Чтение онлайн

– Забываешь, что это тогда такие, как ты, были внове. Ещё скажи, что вы постоянно всё не просчитываете, в тысяче и одном варианте рассматривая оптимальные и провальные варианты развития событий. Так что сказки можешь рассказывать другим глупышкам Торам, а я уже взрослая и понимаю, что такую возможность рассматривал и посчитал её вероятно, раз упомянул её вслух. Спектраторы не обычные коты, и просто так ничего не говорят и тем более никого не обманывают, чтобы тем стало приятно, – открыто выразила своё недоверие сказанному Великая Праматерь Тау.

– Хм, ты действительно стала Великой Праматерью, те, с кем мы пытались выйти на контакт, недостойны этого звания. Знаешь, оказались вовсе не идеальны, как раньше думали. Представь, без перехода очнулись и… сразу убили несколько молодых матерей, совершенно не подумав, почему среди них только одна пригодна для продолжения рода. Знаешь такую Рис Миулову? Если не ошибаюсь, а я это не умею делать, судя по фамилии, она из одного из первых родов, – проговорил он задумчиво в ответ.

– Да, давай отойдём от взаимных обвинений, тем более так давно знакомы, пусть и нельзя сказать, что хорошо. Лучше скажи, как тебя хоть зовут? – задала она вопрос.

– А разве это важно? – недоумённо переспросил он.

– Для меня да. Я намерена наше знакомство продолжить, – объяснила она свою позицию.

– Знаешь, у меня в планах в этом мире задерживаться намерения нет. Решим ситуацию и адью. Правда, пока не понимаю, как реализовать оба своих желания. Как раньше сделать просто невозможно, вы изменились. Плотность населения просто немыслимая. Можно, конечно, за несколько столетий привести демографическую ситуацию в норму, но всё это упирается в отсутствие синергии. Нас мало и запуск циклов реинкарнации невозможен. В первую очередь нужно найти этого молодого шустрика, – обрисовал он своё видение ситуации.

– Всё-таки как тебя зовут? – решила она настоять на своём.

– Я же объяснил своё видения моих перспектив нахождения в этом мире. А ты упорствуешь, Тора, – отреагировал он, сказав это с укором.

– Завтра будет завтра, а пока надо как-то к тебе обращаться. Мы, кэтианки, вас так просто никогда не могли отличить. Да, признаю, я тебя узнаю в любом теле, и, возможно, это результат естественного развития пси, но им больше почти никто не владеет, а как-то тебя представлять надо. Не упирайся, скажи ты уже своё имя, – стала уговаривать его Великая Праматерь Тау.

– Хорошо, пусть будет Кил. Но сначала давай ты всё расскажешь, как всё случилось в реальности, а не под слоями мистики. Никак не могу наладить взаимодействие с вашей сетью. Какая-то она слишком разумная. Не так-то просто в ней обойти запреты, – наконец дал он свой ответ.

– Ага, значит, это не вы поставили раком всю оборону Альянса и перепугали до дрожи в коленках всю систему Кэтиа, – сделала она неожиданный вывод.

– В каком смысле? Поподробнее, пожалуйста, – обратился Кил к ней.

– Приведите сюда Рис. Думаю, ей будет очень интересно послушать всё, что мы сейчас будем обсуждать, – обратилась она со встречной просьбой.

– Готовишь из неё новую Праматерь? – задал он вопрос по этому поводу.

– Нет, только свою помощницу, – ответила его собеседница.

– Я это и говорю, будущую Праматерь, – констатировал он.

– Экий ты резкий. Сейчас не принято называть вещи своими именами. Великие Праматери Альянса как бы не заложники у нас, а просто гостят, хотя все и понимают, стоит им только дёрнуться, и им выбирать новых. Да и после такого поражения, скорее всего, большинство из них своего поста не удержат. Демократия у них там, – усмехнувшись, прокомментировала она его слова.

– А у вас? – приподняв одно веко в недоумённом интересе, спросил Кил.

– У нас? Мы чтим древние, тоталитарные традиции, – уже откровенно улыбаясь, ответила она.

– И что в этом смешного? – уточнил он.

– Всё просто, нас этим и попрекают. Мы воплощение всего зла этого мира, – продолжая забавляться, пояснила она в ответ.

– Понятно, тогда давай, пока приведут эту Рис, молочка попьём, – предложил он.

– Да, с кровью, – согласилась она с энтузиазмом.

– Хоть какие-то традиции у вас сохранились, – вздохнув, констатировал Кил.

– Да какое там. Давно кровь поверженного врага не используется, так, синтетическая замена, пусть и идеально соответствующая кэтианской, – ответила она, явно загрустив.

– Зря, в наши организмы встроены системы заимствования, и первоначально все итерации были так и получены, – высказался и он насчёт этого.

– Да какие сейчас враги, между собой воюем. Чему сейчас так научишься? – высказала она свой скепсис насчёт сказанного собеседником.

– Не скажи, так можно было остановить мутагенез и без котят, и сейчас бы этой проблемы не было. Это ведь задумывалось как преимущество в борьбе с агрессивными формами жизни ещё той солнечной системы. Мы смогли её колонизировать, без стерилизации планет и окружающего пространства, – высказался он.

– А теперь попали в ловушку принятого тогда конструкторского решения Двенадцати Великих, – высказала она толику своего недовольства.

– Думаю, ситуация с кровью в молоке и была решением проблемы, но вы слишком многое утратили, – высказался насчёт этого Кил.

В этот момент принесли две огромные керамические пиалы с тем самым напитком, который они сейчас так увлечённо обсуждали. Если думаете на подносе… глубоко ошибаетесь. Специальных официанток никто не заводил, не было это принято в стародавние времена, и это сделал один из ветеранов, просто неся сосуды в руках. А поскольку это был профи, проживший не одно тысячелетие, ему это труда не составило. И только эта парочка собралась предаться удовольствию, как ввели Миулову, с фингалом под глазом. Великая Праматерь Тау удивлённо на неё взглянула и обозначила свой вопрос лишь взглядом на Кила.

– Праматерь! – воскликнула та, пока суть да дело, и кинулась к сидящей.

– Рис, тише, я так из-за тебя молоко на себя вылью, – приструнила она её.

– Извините меня, недостойную! – воскликнула Рис испуганно.

– Пришлось объяснять, кто здесь главный и как надо команды исполнять. Кто бы мне сказал тогда, что мне придётся бить будущую матерь, потому что она ничего кроме языка силы не понимает и всё время порывается кинуться на тебя с кулаками, совершенно не понимая, как это опасно, никогда бы не поверил, – пояснил он словами, хмыкнув, когда пленница немного успокоилась.