Чтение онлайн

София знала, что арест Ника Джентри — давняя мечта Росса, но, к ее удивлению, в голосе главного судьи не было ни удовлетворения, ни торжества.

У Софии было такое ощущение, будто ей нанесли болезненный удар в живот. К горлу тотчас подкатился комок тошноты, закружилась голова. Она никак не могла понять, зачем ее брату понадобилось, чтобы его имя гремело по всему Лондону. Для нее было бы куда лучше, если бы он, пусть и менее удачливый и знаменитый, оставался никому не известным вором. Но нет, ему нужна слава, нужно громкое имя, внимание публики, а если получится, то и возможность утереть нос городской полиции. В такой ситуации бесполезно надеяться на то, что найдется желающий ему помочь.

София нащупала позади себя кресло. Видя, что она еле стоит на ногах, Росс помог ей опуститься на сиденье, а сам присел рядом с ней на корточки, с тревогой глядя на ее мертвенно-бледное лицо.

— Что с тобой? — озабоченно спросил он, беря в свои ладони ее похолодевшую руку. Даже тепло его пальцев было неспособно ее согреть. — Тебе плохо? Это потому, что ты ждешь ребенка?

— Нет, — еле слышно прошептала София, тщетно пытаясь собраться с мыслями, что мельтешили у нее в голове.

Казалось, она вся заледенела, холод сжимал ее своими цепкими лапами снаружи и изнутри. Даже нежные прикосновения Росса, и те причиняли ей боль. София открыла рот, чтобы рассказать правду про Ника, — молчать далее было невозможно, ибо каждое новое мгновение приносило с собой новые страдания. И в то же время это признание может ей дорого обойтись. Независимо от того, каков окажется ее выбор, она знала — жизнь ее больше никогда не будет такой, как прежде.

Она почувствовала, как слезы потоком хлынули у нее из глаз, и лицо Росса рядом с ней превратилось в смазанное пятно.

— Что с тобой? — повторил он свой вопрос. В его голосе слышалась тревога. — София, тебе нездоровится? Может, по слать за доктором?

Но она лишь тяжко вздохнула и покачала головой:

— Со мной все в порядке.

— Тогда почему же ты?..

— Неужели ты ему ничем не можешь помочь? — со всхлипом спросила она Росса.

— Кому? Джентри? Господи, с какой стати тебя волнует судьба этого негодяя?

— Я должна тебе кое в чем признаться, — еле слышно прошептала она и рукавом вытерла глаза, чтобы четко видеть перед собой лицо мужа. — Мне это стало известно как раз накануне нашей свадьбы.

Росс молчал. Он по-прежнему сидел перед ней на корточках, только теперь ухватился за подлокотники ее кресла.

— Говори, — спокойно произнес он.

Краем глаза София увидели, как сэр Грант направился к двери, тактично оставляя их с Россом наедине.

— Подождите, — попросила она его, и заместитель главного судьи замер на пороге. — Прошу вас, сэр Грант, останьтесь здесь. Как мне кажется, вы, как второе лицо на Боу-стрит, тоже должны знать всю правду.

Морган вопросительно покосился на Росса и осторожно занял свою исходную позицию у окна. Было видно, что ему меньше всего хочется становиться свидетелем семейной сцены.

София перевела взгляд на сильные, поросшие волосами руки.

— Помнишь, как ты сказал мне, что бриллиантовое колье мне преподнес сам Ник Джентри?

Росс молча кивнул.

— Я уже это знала, — произнесла она сдавленным голосом. — В тот самый день, только чуть раньше, я случайно встретила мистера Джентри возле рыбной лавки Лэннигана, и он… в общем, он затащил меня к себе в карету.

София умолкла, видя, как загорелые руки мужа вцепились в подлокотники ее кресла с такой силой, что пальцы побелели. В кабинете на мгновение воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь отрывистым дыханием Росса. София собрала остатки самообладания и заговорила равнодушным, отрешенным тоном — иначе она просто не смогла бы продолжить свой рассказ.

— Джентри поведал мне, что в юности он был на том же каторжном судне, что и мой брат Джон, рассказал о страданиях, что выпали на их долю… и потом он сказал мне… — Она вновь умолкла, а потом заговорила снова, только уже совсем другим тоном: — В общем, он сказал мне, что Джон не умер. Он взял себе имя другого юноши для того, чтобы получить свободу…

— София, — перебил ее Росс, должно быть, решил, что она сошла с ума, — твой брат мертв.

Она положила руки поверх его пальцев и пристально посмотрела ему в глаза.

— Нет, — произнесла она твердо, — потому что Ник Джентри — это мой брат. Он и Джон — одно и то же лицо. Я тотчас поверила ему, как только он мне это сказал. Он никак не мог меня обмануть. Росс, мы ведь с ним росли вместе, ему известно буквально все про мое детство и юность. Достаточно посмотреть на него внимательно, и ты увидишь сходство. У нас с ним одинаковые глаза, одинаковые черты лица. Одинаковые…

Росс убрал с подлокотников руки и, резко выпрямившись, шагнул от нее прочь, словно ошпаренный этим известием. Грудь его тяжело вздымалась, словно ему не хватало воздуха.

— Боже мой! — процедил он сквозь зубы.

София безвольно откинулась в кресле, уверенная, что теперь он для нее потерян навсегда. Нет, Росс никогда не простит ее за то, что она солгала ему, утаила нечто такое, в чем непременно должна была признаться до того, как они поженились. В оцепенении она продолжила свой рассказ — о том, как они с братом разговаривали у него дома, о том, как он просил ее добыть в архиве необходимые ему сведения. Все это время Росс стоял к ней спиной, крепко сжав кулаки.

— Прости меня, — прошептала София, закончив свой рассказ. — О, если бы только я могла прожить это время заново! Поверь, я рассказала бы тебе про Ника сразу после того, как узнала, что он мой брат!

— К чему же ты говоришь мне это сейчас? — холодно спросил Росс.

Терять ей было нечего. София устремила взгляд на пятнышко на полу и ответила:

— Я надеялась, что ты сможешь ему как-то помочь.

В ответ она услышала едкий смешок:

— Даже если бы и мог, какая разница? Вскоре твой Джентри совершил бы очередное преступление, и я был бы вынужден арестовать его снова. И такое повторялось бы с регулярностью примерно раз в месяц.