Чтение онлайн

— Самолюбие взыграло.

— Еще бы ему не взыграть. Она, конечно, тоже здорово наглупила. Но ты-то хорош… Мог бы проявить великодушие, не опускаться до скандала.

— Теперь уже без разницы. Мог, не мог — все в прошлом, — я понурил голову.

— Да ладно тебе. Ты что, не намерен больше с ней видеться?

— А смысл? Она уже небось опять со своим Майком.

— Возможно. Но не факт. — Клэр заглянула мне в глаза. — У меня к тебе еще только один вопрос.

— И какой же?

— Ты ее любишь?

Ч-черт, сейчас опять сопли потекут.

— Да, люблю.

— Тогда надо что-то делать.

— Что? Окончательно опозориться? Умолять вернуться, хотя она собралась замуж за этого своего Микки-хренуса?

— Сам решай. Но если любишь, действовать надо, пока не поздно. Попытайся.

— А как? Я не знаю как.

— Я тем более. Но лучше попробовать все исправить, чем рыдать как девчонка в тот момент, когда коллега от всей души тискает твою дудку. Не так ли?

Неопровержимый аргумент, доложу я вам, друзья мои. Мы вернулись к обществу, которое вяло догуливало. На завершающем этапе вечеринки я сидел весь тихий и скромный, обдумывая слова Клэр. Когда я в полночь вышел на улицу, увидел, что Клэр тоже собиралась отчалить, в обнимку с Питом. Перехватив мой взгляд, она помахала мне.

— Удачи тебе, Джейми! — И сердечно улыбнулась.

— Тебе тоже. — Я глянул на Пита.

— Уж я-то ее не упущу, — сказала Клэр, тиская задницу Пита так, что малый аж вскрикнул.

Бедный Питер, закогтили нашего когтистого «человека Икс». Он и сам не знал, радует его предстоявший икстрим или пугает. Но пылкая пышка Лара Крофт после фиаско с влюбленным идиотом Нео наверняка будет в восторге. Даже если смущенный Пит залезет на нее прямо в иксклюзивном до жути костюме Росомахи.

До трех часов я ворочался без сна. Ах, Лора. Да, надо было что-то делать, доказать, как сильно я ее люблю. Заснул только тогда, когда сочинил некий дерзкий и даже, на мой взгляд, хитроумный план.

Наутро я отшлифовал свой план до блеска. Раз мы с Лорой созданы друг для друга, я должен превзойти самого себя, чтобы свершилось благословенное воссоединение!

Дорогая мамочка!

Какой длинный сегодня был день. И очень важный. Даже не знаю, с чего начать. Двенадцать ночи, а я до сих пор несколько ошалевшая. Должна срочно с тобой поделиться. Все равно заснуть не смогу.

На прошлой неделе я уже писала тебе, что в ужасе от грядущего дня рождения. Веселиться действительно было не с чего. Двадцать девять стукнуло, мужа так и не образовалось, а все подруги, как назло, разъехались отдыхать. Раз нет семьи, приходится с утра пораньше «праздновать» исключительно в обществе агентов по продажам, которые непременно порадуют сообщением, что цены растут и это неизбежно плохо скажется на прибыли.

Черт с ними, с ценами. Главное — цифра двадцать девять! Когда же успело столько набежать? Кажется, еще вчера волновалась, что меня не пустят в кино на фильм «18+», а сейчас уже сама, мымра вредная, возмущаюсь подростками, проникшими на ночной сеанс какого-нибудь ужастика.

Поймала себя на том, что современные молодежные кумиры с недавнего времени действуют на нервы. Если честно, последние пять лет музыку вообще предпочитаю выключать, но только на днях осознала, что теперь перешла на станции, где крутят исключительно хиты конца девяностых или начала двухтысячных.

После шести стараюсь не пить кофе с кофеином, иначе не засну до двух. Картина, увы, предельно ясная: я стремительно старею.

В общем, ты можешь представить, как приятно мне было проснуться сегодня утром от пиканья будильника. Стон, слетевший с моих губ, был громче, чем обычно.

«С днём рожденья меня, — пропела я зеркалу, пока чистила зубы, — с днем рожденья меня, с днем рожденья, дура Лора, с днем рожденья тебя…» Старая неудачница с морщинами на лбу, которую больше никто не захочет, пока она не нацепит что-нибудь откровенно блядское. С днем рожденья меня.

Конечно, упиваться жалостью к себе — занятие недостойное, но совладать с собой я никак не могла. Несколько писем по поводу и пять поздравительных открыток, обнаруженные на коврике под дверью, слегка подняли настроение.

Я все-таки надеялась на весточку от Джейми Ньюмана. И напрасно. Что ж, ничего удивительного.

Когда подошла к магазину, там уже дожидались двое оптовиков. Сердце ушло в пятки, когда в одном из них я узнала Мартина, который так страстно ласкал собственные соски.

На физиономии его было написано, что он все еще ощущает себя жертвой сексуального шантажа и что ему очень не хотелось тащиться сюда.

— Доброе утро, джентльмены, — сказала я, отпирая магазин, — простите, что немного опоздала.

Вообще-то я нисколько не жалела, что задержалась. Позвонил Тим с французского лыжного курорта — пожелать всего самого хорошего. Ради общения с настоящим другом можно было и задержаться.

— Это не беда, — приветливым голосом ответил Амир, симпатичный высокий парень, с которым я сотрудничала уже несколько месяцев, наш главный поставщик. Мартин демонстративно промолчал. Когда мы вошли внутрь, я сразу предложила им кофе, и мы приступили к обсуждению. А покупателями занялась появившаяся вскоре Тилли.

Терпеть не могу все эти деловые пикировки. Торгаш из меня никакой. Это бесконечное копание в бумагах, доскональные проверки каждой позиции вызывают у меня рвотный рефлекс. Я убедилась, что обида на меня из-за того летнего недоразумения никуда не делась. Только приблизимся к договоренности о ценах на год, Мартин начинает: то ему суммы платежей малы, то размеры заказов слишком велики. Даже Амир стал в какой-то момент выразительно округлять глаза.

А я жутко злилась. На себя не меньше, чем на этого горе-соблазнителя. Мартин напомнил мне, как Джейми не побоялся меня защитить, что в свою очередь напомнило о моей тупости в истории с Майком. Когда Амир отошел в туалет, я решила пресечь это безобразие. Ни к чему мне вся эта нервотрепка, а в перспективе — язва желудка.