Чтение онлайн

Призадумался водяной, волосы на спину перекинул, глаза закрывающие, и вопросил:

— А стоит ли ее хранить, нежить-то?

— А я не ведаю, в том то и проблема главная, Воденька.

Перевернула еще несколько страничек, и поняла что тону в терминах, словах мудреных, да словоблудии излишнем. Конкретики бы, хоть капелюшечку.

— Как по мне — уничтожить бы разом, да и дело с концом, — уверенно водяной сказал.

Посмотрела на него внимательно, да и сказала:

— Тогда и я погибну. И лешинька мой. А опосля — лес тоже погибнет. Потому что, Водя, есть в Гиблом яру еще одна магическая составляющая, и как бы темна не была та магия, да только есть она — в земле, в воде, в деревах, и во мне теперь тоже есть. Но посмотри на меня — ума не лишаюсь, на живое не бросаюсь. И я так скажу — нежить в Гиблом яру тоже не безмозглая, одних только ведуний вспомни.

— Помню, — кивнул Водя, — но и шибко умными назвать-то их сложно.

— А кого из нас умными-то назвать можно? — вздохнула я.

Промолчал водяной, я же книгу отложила, да следующую взяла.

Трудно искать то, что не ведаешь, о чем не ведаешь, и даже не ведаешь, есть ли в книгах учебных то, что мне надобно. Словно песок сухой просеиваешь, в поисках воды. Просеиваешь, просеиваешь, а он сухой и горячий, и может даже и воды в нем не водилось никогда.

И тут вдруг взяли да и дали мне воду.

Я от неожиданности вздрогнула, на кубок серебряный поглядела, на руку черную матовую, что держала его, а опосля на аспида, что явился неведомо как обнаружив нас-то с водяным, и только после поняла — браслет. Браслет обручальный на нем да на мне, вот и нашел.

— Благодарствую, — ответила робко, осторожно серебра касаясь.

И не обожгло оно меня, болью не отдалось, словно и нет во мне теперь ничего от нежити, словно вовсе не осталось. И все же первый глоток осторожно я сделала, кубок в руках дрожал, но и от воды, что в серебре подана была, плохо не стало мне.

А аспид опустился рядом, тележку пододвинув плечом… а тележка-то немалая была, сел, локтями в колени упираясь, на меня посмотрел укоризненно, на водяного с явственным обещанием опосля чешую-то ему поистрепать, а затем у меня спросил:

— Нашла что?

— Н-н-нет, — ответила с заминочкой, просто страшно мне вдруг за Водю стало, прямо таки тревожно. — Но ищу, я ж упорная.

— Это мне ведомо, — хмыкнул аспид.

Помолчал, куда-то вперед глядя, и спросил вдруг:

— Что делать сегодня будем?

— Вы — ничего, — молвила тихо, и взялась воду допивать.

Повернул голову аспид, да на меня посмотрел внимательно, но окромя внимательности еще и гнева в том взгляде было с избытком.

Вздохнула я, кивком на небо указала, и сообщила:

— Сегодня луна полная на небо взойдет, так и нежить полна силы будет.

— И нежить и нечисть, — с нажимом аспид произнес.

Так-то оно так, вот только:

— Теперь частью нежити я управлять смогу, видимо.

Помолчал аспид, да и уточнил:

— В том уверена?

Уверенности особой не было, да только:

— Если шанс есть такой, то смысл мне рисковать войском своим, вампирами да оборотнями?

— Сегодня луна полная, сегодня сильны будут и вампиры и оборотни, оборотни особенно, — с нажимом аспид произнес.

И прав он был. В полнолуние оборотни силу получают особую, и равным им нет в ночь луны первую, да только — нежить тоже особую силу имеет.

— Рисковать оборотнями не буду, — сказала упрямо. — И вампирами не буду тоже.

— Неужто? — издевательски аспид произнес. — А как тогда завоеванную территорию удержать планируешь? Или отдадим все с трудом завоеванное?

Глянула на него с грустью, что на душе камнем тяжелым давила, очередную книгу захлопнула бережно, к уж просмотренным поставила, да и молвила тихо:

— Не будет боя сегодня. И отдавать завоеванное не будем, ничего делать не станем. Разве что вот мне с одним магом поговорить придется.

— Это с кем? — напряженно спросил аспид.

С кем, с кем… с тем, кто мне от чего-то совсем уж близким стал, с тем, кто:

— Кто тебе ведом преотлично, господин Аедан.

И от чего-то при этих словах дрогнул аспид, маревом темным окутался, словно темнотой своей приход сумерек ускорил, да только мне не важна была его реакция, я другое узнать хотела.

— Как закончит дела свои важные с императором архимаг Агнехран, дай знать мне, разговор к нему есть. Серьезный.

Неодобрительно Водя на меня поглядел, на аспида я сама не глядела, даже когда произнес он:

— Сообщу.

— Благодарствую, — ответила, колени обняв, да голову поверх уместив.

Платье, опосля нашего с Водей побега высохло давно, а все равно как-то зябко было. И неуютно. Словно сырость изнутри заполняла. Мертвая сырость. А ведь мне придется ее впустить в себя по ночи. Придется принять. Придется научиться жить с нею. Придется. Другого выбора нет.

— Побледнела ты, Весь, — вскинулся Водя.

— Пройдет, — отозвалась, колени крепче обнимая.

Становилось зябко. Сумерки уж сгущались, предвещая ночь, днем я не отоспалась, ища ответ на вопрос, которого похоже и не существовало вовсе, муторно было, горько, но не страшно. Страшно мне уже не было. Самое страшное в моей жизни уже произошло, так что куда уж страшнее. Справлюсь. И не с таким справлялась.

«Лешинька, пусть русалки пир готовят», — попросила друга верного.

Леший шелестом ветвей ответил. Тут по воде звон прошел — русалки водяного вызывали.

— Случилось что? — спросила встревожено.

Водя головой отрицательно мотнул, прислушиваясь к сообщению, затем только ответил:

— Скверны в Заводи после воинства твоего собралось не мало, нужно изничтожить.

Кивнула, понимая, да и спросила только:

— Справишься?

Усмехнулся улыбкой шальной, да и ответил: