Лузиады
Шрифт:
Извечно этот отпрыск беспокойный
Служил Нептуну вестником достойным.
17
Казалось, что его косматой гривы
Ни разу частый гребень не касался
И водорослей ком в ее извивах
На вязком иле намертво держался.
Клубок моллюсков темных и ленивых
Среди его кудрей обосновался.
Их скорлупа лангуста прикрывала,
Главу Тритона шустрого венчала.
18
Нагим глашатай радостный пришел,
Чтоб по крутым волнам носиться вволю.
Он сотни крабов за собой привел,
Диана их всегда рождает вдоволь,
И полк улиток за гонцом прибрел,
И ракам было близ него раздолье.
Тритона тварь морская почитала,
За ним повсюду следовать желала.
19
И к раковине, скрученной трубою,
Испытанный гонец припал устами.
И мощный звук издал, как перед боем,
Сей трубный глас услышан был богами.
Они явились дружной чередою,
Стремясь предстать пред светлыми очами
Того, кто стены Трои обреченной.
Построил с красотой непревзойденной.
20
Сам Океан-отец на зов примчался,
А с ним и чада - честь его и слава,
Нерей с Доридой вскоре показался
Чета, что вод заполнила державу
Своим потомством. Молча улыбался
Протей, пророком звавшийся по праву.
Хоть ведал он Лиэя помышленья,
Но прибыл, чтя Нептуна повеленье.
21
Пришла Нептуна нежная супруга,
Рожденная от Весты и Урана,
Пред ней все волны бурные в округе
Смирялись в восхищенье непрестанном.
Царя морей прекрасная подруга
Явилась в облаченье златотканом,
Что гибкий стан искусно обвивало
И красоту богини не скрывало.
22
И Амфитрита, что красой небесной
Была цветку роскошному подобна,
Пришла с Фетидой под руку прелестной,
А с ней дельфин, глашатай расторопный,
Властителю морей всегда любезный
И к красноречью ярому способный,
Упорство Амфитриты победивший,
На брак с царем морей ее склонивший.
23
Пришла Ино, которая когда-то
От гнева Атаманта убежала,
И ей и сыну юному наградой
Бессмертье небо щедро даровало.
Ее младенца с лаской и отрадой
Красотка Панопея целовала.
Держал в руках он гладкие ракушки,
Что заменяли малышу игрушки.
24
Явился Главк, который в дни былого
В Беотии рыбачил несравненной,
Но раз отведал корня он морского
И рыбой стал огромною мгновенно.
В морского бога отрок чернобровый
Был превращен среди стихии пенной.
Он все о бедной Сцилле убивался,
Коварству злой Цирцеи ужасался.
25
В разубранном на славу тронном зале
Нептун своих собратьев принимал.
На возвышеньях боги восседали,
Хрусталь их троны дивно украшал.
На Вакха в ожиданье все взирали,
А он престол роскошный занимал.
Вблизи Нептуна гость расположился,
И щедро фимиам ему курился.
26
Едва умолкли звуки разговоров,
Приветствий и взаимных восхвалений,
Насупил брови Тионей сурово,
Свое забыть не в силах униженье.
Рассерженный, от гнева весь багровый,
Мечты лелея о кровавом мщенье,
Он на богов умолкнувших воззрился
И с речью к ним такою обратился:
27
"О царь стихии грозной и великой,
От полюса до полюса простертой!
Трепещут люди пред тобой, владыка,
Пределы суше ты поставил твердо.
И отче Океан наш светлоликий,
В объятья землю заключивший гордо,
Ее рекой могучей окруживший
И дерзновенья смертных укротивший,
28
И вы, морские боги, что вовек
Обид и унижений не прощали,
Коль ране оскорблял вас человек,
Ему вы сразу местью отвечали!
Все ныне вы забыли для утех,
Из наслаждений жизнь свою соткали.
Чем люди вас, скажите, улестили
И ваши опасенья усыпили?
29
Вы видели, как с гордым самомненьем
Сыны земли свод неба покоряли,
Безумному поддавшись вдохновенью,
В скорлупках утлых в море отплывали,
И всюду, без боязни и смущенья,
Свое господство властно утверждали.
Они с престолов скоро нас низринут
И сами стать богами не преминут.
30
И вот мы видим: немощный народ,
Что носит имя моего вассала,
Бесстрашно в море грозное плывет,
Затмив успехи моряков бывалых.
Отринув страх, несется он вперед,
Богов желает сбросить с пьедесталов.
Глядишь, ему и море покорится,
И Луза род над вами воцарится.
31
На миниев, что первыми решились
Изведать царства вашего глубины,
Вмиг Аквилон с Бореем ополчились
И чуть не затянули их в пучину.
А вы, как видно, ныне примирились
С тем, что сулят вам смертные кончину.
Зачем иначе вам терпеть бесчестье
И не спешить предать их страшной мести?