Ловелас в законе
Шрифт:
Да, Никита не подкатывал к Вике. Просто потом, когда она уже заканчивала свое выступление, подошел к ней и попросил, чтобы она дала ему… автограф. И Вика увезла его к себе. Все просто, парню даже не пришлось напрягаться.
А может, и не было ничего. Вдруг все это Никите просто снится? Сейчас он закроет глаза и вскоре проснется в своей кровати.
Глаза закрывать не пришлось, веки слиплись сами по себе.
– Эй!
Вика сидела на нем, руками упираясь в грудь. Светлый парик был уже на ней. Топаз на кулоне идеально соответствовал цвету ее глаз. А часы, висевшие на стене за спиной девушки, показывали половину седьмого. Нет, вовсе не утра. Да оно и неудивительно. Сначала была бессонная ночь, потом – бешеное утро в постели.
«Хорошо, что никто не испортил мне день», – подумал Никита.
– Почему у тебя такой большой нос? – спросила вдруг Вика.
– Разве? – Он ощупал нос и убедился в том, что тот действительно распух после удара, пропущенного в октагоне.
Для Никиты это было вполне обычное дело. Вправил хрящ и пошел дальше.
– А почему такие большие уши?
– Нормальные уши. – Он пожал плечами.
– А почему у тебя такой большой?.. – Девица заерзала на нем.
Только сейчас Никита понял, к чему клонила Вика.
«Что-то туго я сегодня соображаю. Может, Трэш меня вчера заразил своей тупизной?»
– А это чтобы…
Сначала Никита включил мозг, только затем завалил девушку на спину и накрыл ладонью свои джинсы, которые лежали на тумбочке. Заветная коробочка с ракушкой была на месте. Правда, в ней остался один-единственный «патрон», но ему больше и не нужно.
Из больной бабушки он превратился в серого волка и «съел» Красную Шапочку всю целиком. Ей это очень понравилось.
– Мне уже скоро уходить, – сказала потом Вика, заставляя себя подняться с кровати.
– Ты меня бросаешь?
– Ты со Стасом тусишь?
– А он тебе со мной не разрешает?
– Да ему до и по!..
– Ты его с какого бока знаешь? Или только снизу?
– И сверху была. Причем не только с ним. Да, я такая. Ты это хотел услышать.
– Бум-бум-бум. Или бла-бла-бла?
– Трах-тах-тах лучше. Давай как-нибудь пересечемся. Стас вечеринку замутить хочет. Да ты в курсе.
– Ты будешь?
– А то!
– А Даша?
– Даша?
– Его сестра.
– Ты что, на Даху запал?
– А я мог на нее запасть?
– На нее все западают.
– Все?
– Только трахнуть никто не может.
– Ух, ты!
– Ну, может, у кого-то и получается. А чего ты из меня тут выпытываешь? – Вика поднялась с кровати, подозрительно глянула на Никиту.
– Я выпытываю?
– Ты вообще кто такой?
– Давай я тебе резюме пришлю. Но потом, и почтой. – Никита тоже поднялся, смахнул с тумбочки джинсы.
– Резюме, говоришь? Оно у тебя да, еще то. Можешь еще разок прислать. Нарочным. Если ты не мент.
– А почему тебя менты пугают?
– Менты?! Меня?! – всколыхнулась Вика.
– Без таблички танцуешь, наверное.
– Без какой таблички?
– «Опасно. Высокое напряжение».
– «Не влезай – убьет»?
– А убьет?
Вика мило улыбнулась, повернулась к нему, приложила к его груди ладони, посмотрела глубоко в глаза и сказала:
– Будет табличка. И высокое напряжение тоже. Ты только не исчезай, ладно? Все, давай, сматывай… свое резюме.
Никита оделся, шлепнул Вику по заднице и ушел. Не той она категории птичка, чтобы целоваться с ней на прощание. Тем более что с ней не все чисто, если опасается ментов. Может, и со Стасом такая же беда? Если так, то, наверное, не стоит с ним связываться.
Хорошего понемногу. Так говорила мама и все равно загнулась от передоза. Стас помнил, как все было, как ее хоронили за казенный счет. На кладбище были только он, Дашка и тетя Тося, которая потом забрала к себе их, бедных сироток. А через несколько лет она нашла мужика, который хотел лишить Дашу девственности и готов был заплатить за это реальные деньги. Ему не повезло. Стас проделал эту операцию с ним самим с помощью бутылки из-под шампанского.
А потом они с Дашкой подались в Москву. Здесь у них все и закрутилось. Дела и по сию пору шли нормально, хотя иной раз возникали и проблемы.
Стас бросил под язык колесо, закрыл глаза, улыбнулся и почувствовал волну, которая уносила его в прошлое. Тяжелое детство, ненасытная тетя Тося… Но звонок в дверь вернул его в настоящее. Дашка, мать ее, приперлась.
Стас поднялся, но сестрица сама зашла в комнату, бросила на журнальный столик сумочку.
– Чего так долго? – спросила она и внимательно посмотрела ему в глаза.
– Долго?
– Опять по космосу колесишь?
– А почему бы и нет? Дороги там широкие, пробок нет.
– Зеленые чудовища с козлиными головами?
– А ты сама не закинулась? – Стас сощурил глаза, делая вид, что всматривается в нее.
– Никогда в жизни!
– Никогда, поняла?.. Убью!
– Себя?
– Я норму знаю, – сказал Стас, опустился в кресло и закрыл глаза, чтобы не смотреть на Дашу.
Девка она красивая, а он таких ой как любит. Нет, на родную сестру никогда!.. Но под колесом на него может найти. Иногда так бабу хочется! Бывало такое, что ему даже тетя Тося красавицей казалась. А ведь она тоже была родной. Напоила его эта поганая сука. Да нет, на самом деле нормально все было. Совесть даже не мучила.
И с Викой ничего страшного не произошло. Ну трахнул ее Никитос, и что? Ее много кто ублажал. Одним больше, никакой разницы. Обидно другое. Стас помнил, как сам ее целую неделю обхаживал, а Никитос пришел, глянул и сразу победил, затащил в постель.
Он, конечно, красавчик, и на лицо не промах, и фигура что надо. Насколько спокойный, настолько же и нахальный. И дерется, как черт. Видел его Стас в клетке. А как бабы визжали, когда этого парня объявляли победителем. Любят его телки, и он, поганец, этим пользуется.