Чтение онлайн

Но выдаваемые всем таблетки должны были свести последствия исключительно к писанине, однако ежемесячный медосмотр выявил сразу одиннадцать (одиннадцать!!!) беременностей. В один день я лишился почти восьми процентов бойцов!!! Ебать-копать!!! Нет, с этого дня — только копать!!!

Забелина вынесла мозг мне, я — лейтенантам, они, естественно, дальше по цепочке. Дерьмо течет вниз.

Поймал себя на лицемерии: когда дело коснулось Зарябиной, которую хорошо знал и которая оказалась подругой моего друга, к залету отнесся с пониманием. И даже где-то оправдывал тех девчонок, что специально забеременели в период между мной и мной, чтобы откосить от боевых выходов — страшно!!! Но теперь, когда всем дали по хорошей машине, когда потери сошли на нет, когда твари выбивались простым нажатием на гашетку, а окна схлопывались чуть ли ни сами собой — рвал и метал! Какого хуя так сложно вовремя принять пилюлю?!!!

— Я принимала!!!! — ревела у меня в кабинете одна из "залетчиц", — Честно!!!!

— Принимала бы — не сидела бы здесь!!! — орал я на съежившуюся девчонку.

— Честно принимала!!! — шла истерика по новому кругу, — У них гарантия — девяносто семь процентов, наверное, я исключение!!!

Пришлось даже напроситься в тот же вечер к Максу, чтобы получить консультацию Юльки.

— Да врут они все! Девяносто семь — это производители пишут, чтобы подстраховаться! — отмахнулась от моих вопросов мадам Кудымова, — Посмотри на нас с Максом! Я ведь от него предложения ждала, хотела, чтобы все как у людей — после свадьбы. А единственный раз забыла, и вот! — показала она на свой животик. Принимаемое месяц назад за излишнюю полноту пузико уже не оставляло сомнений в его происхождении.

— Юль, а если иксы? Вы с Максом оба нормальные люди, а у меня сплошь маги. Может повлиять?

— Миша, градацию медпаспортов по сотням не самые глупые люди ввели! До двухсот — все препараты действуют так же! Допустим, ты сам уже ближе к двумстам, на тебя могло что-то не так подействовать. С очень малюсенькой вероятностью — буквально в тысячные процента, — но могло! Но и то, я бы тебе некоторые дозировки увеличила и только! Аспирина в случае чего принимай не одну таблетку, а две, вот и вся разница. А у тебя основной контингент в районе полутора сотен, по ним статистика давно собрана. Этому препарату уже лет десять, и до сих пор нареканий не было.

— Юля, тогда я не понимаю! Они ведь все неглупые. Как?! Как можно забыть принять таблетку, от которой зависит твоя жизнь?! Ну, пусть не жизнь, а карьера точно?!

— Миша, хочешь честно? — Юлька стрельнула глазами на дверь комнаты, из которой в любую минуту мог появиться Макс, оставивший нас разговаривать, а сам удалившийся готовить чай на кухню.

— Хочу, конечно! — склонил я голову к ней, создавая доверительную заговорщицкую атмосферу.

— Эти таблетки очень дорого стоят! — почти на ухо шепнула она мне, — Это твоим их бесплатно раздают, потому что так все равно дешевле, чем аборты делать, а так они не каждому по карману! Я свои думала продать хотя бы в полцены, но не выдержала — раздала по знакомым девчонкам. Это мне повезло, что Максим хорошо зарабатывает, а многим так не везет.

— То есть?..

— Да продали они их! Я свои точно так же у ваших покупала! Думали — не пригодятся, а потом понадеялись на авось! Не в каждый день можно забеременеть, это мне вот подфартило с одного раза!

— Бля!.. — вдобавок к чувствительному традиционному щелбану по лбу получил довесок в виде подзатыльника от зашедшего Макса:

— Опять ты при моей жене материшься!

— Ребят, простите! Юля, спасибо, ты мне глаза открыла! Буду теперь знать!

— Не за что! — отозвалась Кудымова, с улыбкой принимая от мужа чашку. Освободившиеся ладони друг тотчас пристроил на живот к жене.

— Солнышко, все хорошо? — проворковал он, ставший со своей половинкой нежным до приторности, напоминая поведением ее любимые медовые ириски.

— Да, лапуля моя!

С большим удовольствием вымелся из их пасторали, как только стало прилично. Мой друг любил жену, но обычно относился к ней спокойно, иногда даже издевательски проезжаясь по ее недостаткам. Но с беременностью его словно подменили — таким сюсюкающим видеть его было тошно. И обращался он постоянно даже не к ней, а к ее животу. Могу ошибиться, но будущего наследника или наследницу Макс уже любил больше, чем супругу.

В каждом мужчине живет маленький мальчик, который протестует против запретов. Не злись так Натали, я бы гораздо спокойнее реагировал на существование Светы — были и было, прошло и прошло! Тем более, что по факту ничего как раз не было! Но постоянные упоминания заставляли меня все чаще обращать внимание на появившуюся в моем подчинении другую княжну — если тебе почти ежедневно вменяют в упрек связь, которой не имело места быть, то волей-неволей хочется уже оправдать ожидания! Типа, если пилят, так пусть хоть будет за что!

А служба нас постоянно сталкивала. Хоть разорвись, но я не мог выделить на подготовку бойцов больше, чем два часа в день, и основная нагрузка упала на инструкторов. Моим лейтенантам других забот хватало, поэтому в тренировочном зале я все чаще заставал Угорину, Краснову или Цареву. И если с первой мы были связаны чисто дружескими отношениями, а последнюю — глаза б мои не видели! То со второй приходилось вести себя все более осторожно.

— Хороши, да? Даже лучше, чем мы в свое время?

— Почему ты так думаешь? — наблюдая за тренировкой, не мог не отметить прогресса, но таких уж сильных различий между наборами не видел. Хотя конкретно этих собрали в одну группу как лучших по успеваемости.

— Паша слишком сильно тянул одеяло на себя, подминая всех остальных. Даже я с Еленой не избежала давления с его стороны. У него существовала одна-единственная точка зрения — его, на всех остальных ему было плевать! В итоге, это его и подвело. А эти не просто исполняют, они еще думают! О! Смотри!

Жоппер, красующийся перед группой, вдруг выполнил в девятке обратное сальто. Оп-па! Итицкая сила, но даже я сходу не решился бы воспроизвести его трюк! А любитель дельфинов продолжил скакать, рискуя сломать шею.

— Кончай понты корявые! — остановил я его позерство.

— Лось! А слабо повторить?! — На пойманном кураже подначил рыбожоп.

— На слабо не ведусь!

— А ты сможешь? — поддержала лихача Светик.

— А что мне за это будет?

— Что-нибудь придумаю!

— "Что-нибудь придумаю" будет мало! — заявил, поднимаясь со скамейки.