Чтение онлайн

Младший недовольно засопел

— Думаешь, к первому сентября управимся? — сменил я тему.

Со слов Забелиной в КБ и в отряде было порушено все что можно, и все, что нельзя, и мне не верилось, что за четыре месяца можно заново все отладить.

— Переведусь на заочное! — беспечно пожал Серега плечами, отпустив обиду, — Такие дела заворачиваются, скучно время терять. Маме на сей раз полный карт-бланш дали, теперь она до конца все доведет. А в моем послужном списке участие в успешном проекте будет неплохо смотреться! И не удивляйся, когда встретишь там несколько неожиданных знакомых, не один я так считаю! — мстительно закончил он.

— Кого?

— А вот нарочно не скажу! Помучайся теперь, ваше благородие!

— Помучаюсь! — ответ потонул в широком зевке на грани вывиха челюсти.

На разборе завалов мы трудились с утра и до позднего вечера, выматываясь в конце дня до подгибания коленей. Оно и к лучшему — не оставалось сил на кошмары, а навидались мы там всякого. Прошлую ночь из-за приготовлений к свадьбе Макса и Юли толком поспать не удалось: сборы, утюжка парадки, ножны, кастрюльки с кипятком, о кольцах тоже вспомнил в последний момент, хорошо еще те же слесаря, что ладили мне ножны, не отказались в своей мастерской их сварганить. Чуток сна удалось перехватить в самолете, но сколько от Питера до Москвы? Особенно если под боком недовольный новобрачный зудит? Макса в гостинице устроили, он там, небось, дрыхнет уже давно, а меня в такие гости позвали, что не откажешься! А тут еще коньячком прибило малость. Ладно хоть гостевую комнату предложили, не надо шарахаться по темноте.

— Нинка твоя, Турбинка, расстроится, — еще раз смачно зевнул на пути к выделенной спальне.

— Ей-то какая печаль?

— Любит она тебя, дурака.

— А-а! — Младший недовольно прищурился, а меня аж встряхнуло от его злости, — Тебе она тоже напела?

— Эй!

— Не эйкай, сегодня я еще не твой подчиненный! Ты с ее любовью ко мне не лезь! Девка она неглупая, но уж очень себе на уме.

— Да я как бы…

— Она с пол-Москвой переспала, я ее из такой грязи вытащил! А теперь надо же — любит она меня!

— Да… — опять не удалось вставить ни слова, потому что Младший толкнул дверь моей комнаты, махнул рукой и удалился по темному коридору. Сто раз успел пожалеть, что упомянул Нину. Любила она его по-настоящему, за это могу поручиться, наверное, как раз за то, что из грязи вытащил. Но и парня понимаю: одно дело небольшой досвадебный опыт — никогда не гонялся за девственностью, но другое — пол-Москвы. Короче, пусть сами разбираются!

— Итицкая сила, невъебический пиздец! — Куда бы я ни сунулся, везде всплывала эта фраза.

Забелина предупреждала, что развалено все, но ожидаемый пиздец издали не казался таким… полным!

А начиналось все вроде бы даже неплохо. На полосе нас встретили Тушка с Гаей, дружно повиснув на моей шее. В больнице они только успели мелькнуть, так и не добравшись до меня, тогда их внимание отвлекла Соль, в результате стычки с которой образовалась драка, и Заек через военную полицию выдворили обратно в Муромцево. Сейчас же они синхронно визжали мне в уши, а еще от них шла волна чистой незамутненной радости.

И где-то там далеко остался наш "развод", наши ссоры и подставы. Немногие знали, что наши с Ван-Димычем размолвки последних дней возникли не только на почве гибели капитана Угорина, а еще из-за мести Заек. Тут словечко, там многозначительное молчание, как это умеют бабы, и вот уже проф, и так имеющий причину злиться на меня, вообще перестает доверять. Он мужик умный и давно уже разобрался, простив блудного помощника, но тогда мы оба сильно злились.

Все в прошлом, сейчас я просто был рад видеть обеих живыми и здоровыми. А знакомые выпуклости как родные прилипали к ладоням.

Уже в КБ вторым к моей груди припал Сашок, но его почти сразу же снял Макс, утащивший куда-то делиться новостями. А третьей, с разбега…

— Натали?..

— Пропал! Ни слова не сказал! Ни письма, ни весточки!!! — бил меня по груди девичий кулак. Между прочим, сильный!

— Откуда ты тут? — отстранил от себя девушку, мимолетно отмечая форму с лейтенантскими орлами на погонах. Сгущающуюся тьму ненависти от сопровождающих всюду Заек уже можно было трогать руками.

— Я… Ты не рад меня видеть?.. — Наташа отступила, сникая.

— Очень рад. Безумно рад. Но ты не права насчет писем и весточек, два письма я тебе отправлял. — Каюсь, не удержался и как-то по пьяни накарябал снова листочек, еще до истории с Ведьмой, когда совсем тоска накатила. Но ответа не дождался ни на первое, ни на второе.

— Прости…

Получала! — расшифровал я вспышку вины. Что и требовалось доказать.

"А обычный парикмахер никому не нужен нахер" — всплыла строчка из песни. Кто я, и кто она? Даже обиды не появилось.

— Очень рад, — еще раз сказал девушке, — Прекрасно выглядишь. Даже красивее стала!

Обогнув застывшую фигуру, пустился дальше, услышав за спиной шипение почти на грани слышимости:

— Напрасно клеишься, он не спит с подчиненными!

— Сами-то!

— А мы исключение!

— Посмотрим!

В кабинет Ван-Димыча следующие хвостом Зайки сунуться не рискнули.

На пороге немного замешкался, к этой встрече я все еще был не готов.

— Миша! Золотой мой! — шагнул ко мне профессор.

И все стало на свои места.

— У вас опять все стоит? — улыбнулся, выбравшись из объятий.

— Хуже, повисло! — в тон мне усмехнулся шеф.

— Будем лечить?

— Будем.

А дальше впору было хвататься за голову! Проф — он гений и даже администратор толковый, что не всегда уживается с талантом. Но новое начальство (мне так и не сказали, от чьего имени распоряжались здесь неизвестные личности, исчезнувшие несколько дней назад) поставило задачу — удешевить производство девяток. Задача, не спорю, правильная — один работающий экз стоил дороже двух самолетов, но ебать-копать! Не за счет же работоспособности!