Чтение онлайн

За ней шла ведьма Габриэла.

На ней было платье того же фасона, только бледно-розовое.

Женщина-оборотень Барб шла следом за Габриэлой, одетая в бледно-жёлтое платье. За ними последовали ещё три женщины, одетые в разноцветные платья в том же стиле, но сейчас Дэгс искал её, ту, ради которой он сюда пришёл.

Феникс вышла последней, одетая в бледно-зелёное платье.

Она шла босая, как и остальные, с бледно-зелёным лаком на ногтях и нефритовым браслетом на щиколотке. Она вплела кусочки нефрита в волосы вместе с цветами и несла букет из маленьких белых роз и папоротников.

На мгновение его сердце перестало биться.

Дыхание у него тоже перехватило, когда он увидел, как его девушка-кинозвезда плывёт по проходу. Она выглядела потусторонней и даже более неземной, чем женщина-фейри до этого. Он почувствовал боль в груди, когда увидел, что все взгляды в этом месте сосредоточились на ней, не в силах оторваться.

Она была безупречна.

Не просто красивая… она излучала свет, от которого у него до сих пор перехватывало дыхание.

Тот тяжёлый, отупляющий страх и боль, которые он игнорировал последние несколько дней, с тех пор как Светоносная появилась на пороге его дома, требуя встречи с Феникс, вернулись резкой, изнуряющей волной. Он позволил себе забыть, пока всё это происходило. Он позволил себе временно стереть знание о том, кем и чем он был.

Теперь всё это снова нахлынуло на него.

Он не должен быть с ней.

Он правда никак не должен был быть с ней.

У его ног залаял Стив Маккуин.

Этот звук вытащил Дэгса из его головы достаточно надолго, чтобы он смог понять, куда свернули его мысли. Он взглянул вниз на Стива Маккуина и обнаружил, что хаски пристально смотрит на Феникс, высунув язык в собачьем оскале, пока он приветствовал одного из своих самых любимых людей.

Он снова залаял, возможно, потому, что она никак не ответила ему.

Затем Феникс повернулась и, дойдя до конца прохода, громко прошептала:

— Я вижу тебя, Стив Маккуин! Я вижу тебя!

Пес заскулил, издав ещё один радостный лай.

— Ладно, мой сладенький… Я знаю. Я поглажу тебя позже, хорошо? И почешу за ушками.

Стив Маккуин радостно залаял, как будто понял каждое слово.

Все в первых рядах засмеялись, включая мать невесты, которая сидела на ближнем к проходу стуле, одетая в бледно-голубое платье и золотые босоножки.

Затем музыка изменилась.

Нанятый кем-то струнный квартет заиграл «Свадебный Марш».

Все замолчали.

Большинство людей повернули головы, чтобы посмотреть на дорожку.

Даже Дэгс обернулся, невольно заинтересовавшись.

Он наблюдал, как высокая Светоносная шла по устланному ковром проходу, и её худые руки покоились поверх белоснежного платья. Странные символы, которые покрывали её руки в виде неземных татуировок, слабо светились в тусклом свете под навесом, гармонируя с её глазами и бледными голубыми прядями в волосах.

Она шла босиком, как и её подружки невесты, цепляясь за руку ещё более высокого мужчины с широкими плечами и прямыми чёрными волосами, мало отличающимися от волос Дэгса.

Теперь он выглядел совершенно иначе.

Высокий Странник, отец невесты — с гладко выбритым красивым лицом, стрижкой, вероятно, за триста долларов, не говоря уже о смокинге, дорогих часах, итальянских туфлях, бриллиантовой булавке, золотом кольце, золотых запонках и белой розе на лацкане — теперь выглядел как высокопоставленный чиновник.

Он был похож на сенатора.

Или, возможно, на генерального директора компании из списка Fortune 500.

Трудно было поверить, что это тот самый чувак, которого они нашли в обрисованном граффити и полном мусора заброшенном зоопарке, в котором слегка пахло кошачьей мочой. У мужчины, которого они нашли, были растрёпанные до плеч волосы, борода трёхнедельной давности, вонь трёхнедельной давности и одежда, которая выглядела так, словно он не снимал её по меньшей мере то же количество времени.

Он больше походил на животное, чем на человека.

На самом деле, когда Дэгс впервые увидел его, он подумал, что Странник, Юрген, должно быть, какой-то мутировавший медведь-оборотень.

Сейчас же Юрген улыбался, сжимая руку дочери на своей руке, держа её так, словно боялся, что она может исчезнуть, если он отпустит её хотя бы на мгновение.

Взгляд Дэгса снова обратился к Алексис — к невесте, Последней из Светоносных, женщине, которая заявилась на порог его дома, чтобы наорать на него в восемь утра, когда он страдал от одного из худших похмелий, которое у него когда-либо было.

До того, как она появилась, он вроде как пытался решить, стоит ли ему попытаться утопиться в океане прежде, чем Феникс проснётся и заметит его отсутствие.

Он вполне мог бы это сделать, если бы Светоносная не постучала в его дверь.

Её густые тёмно-каштановые волосы были распущены и частично заплетены в крошечные косички под удерживающим фату венком, который был сделан из белых роз, голубого дельфиниума, белых лилий и гипсофилы. Бледно-голубые пряди в её волосах идеально сочетались с оттенками цветов, как и её свадебный букет, который был крупнее, изящнее и продуманнее тех, что несли подружки невесты, но с теми же цветами, что и в её головном уборе.

Всё, что на ней было надето, было белым и бледно-голубым.

Она напоминала частицу неба, плывущую по проходу под руку со своим отцом.

Теперь Дэгс видел сходство в их лицах, когда лицо Юргена стало более ухоженным.

Ему показалось странным, что ещё пару недель назад отец и дочь даже не знали друг друга. Теперь же, когда они были вместе, они выглядели как части единого целого, как будто никогда не были маловажными в жизни друг друга и всегда состояли в близких отношениях.