Чтение онлайн

Но человека, который даже не подозревает о своих преступлениях, нельзя судить за их совершение. Эту головоломка возникла по вине самого Престимиона.

И сейчас он понял, что так же, как и раньше, далек от ее решения.

Настало время отступить, перегруппировать силы, посоветоваться с друзьями.

— У меня был человек, который всегда находился рядом и служил мне, — говорил Дантирия Самбайл. — Его имя Мандралиска. Добрый, верный и преданный.

Где он, Престимион? Мне бы хотелось, чтобы его прислали ко мне, если ты собираешься держать меня здесь и дальше. Он пробовал мою еду, чтобы убедиться, что в ней нет яда. Мне не хватает его удивительной жизнерадостности. Пришли его ко мне, Престимион.

— Да, и вы вдвоем сможете распевать веселые песни всю ночь напролет — тебе этого хочется?

Почти комично слышать, что Дантирия Самбайл называет дегустатора ядов Мандралиску жизнерадостным. Его, этого тонкогубого негодяя с жестким взглядом, этого приспешника демонов, похожего на череп со скрещенными костями?

Но Престимион не собирался сводить вместе этих двух скорпионов. Мандралиска тоже сыграл свою мрачную роль у Тегомарского гребня, он сражался с Абригантом, был ранен в том поединке, и его, брызжущего ядом при каждом вздохе, увезли и посадили в тюрьму Он находился в другой части туннелей, камере, гораздо менее приятной, чем помещение, отведенное Дантирии Самбайлу, — там он и останется.

Итак, эта беседа ни к чему не привела. Престимион направился к двери — Прощай, братец. Мы с тобой еще поговорим.

Прокуратор изумленно посмотрел на него.

— Что? Ты пришел только для того, чтобы посмеяться надо мной?

Это снова был рык кроккотаса. На лице Дантирии Самбайла отразилась неприкрытая ярость, хотя его странные глаза на искаженном яростью лице, как всегда, оставались мягкими и добрыми. Престимион хладнокровно открыл дверь камеры, вышел и захлопнул ее как раз в тот момент, когда Дантирия Самбайл бросился на него сжав кулаки.

— Престимион! — вопил прокуратор, молотя кулаками захлопнувшуюся перед его носом дверь. — Престимион! Будь ты проклят, Престимион!

Путешественники редко поднимались к Замку по северо-западной дороге, которая шла по тыльной стороне Горы мимо Хайна, одного из Высших Городов, а оттуда переходила в дорогу под названием тракт Стиамота — широкую, но плохо отремонтированную, старую и разбитую, которая вела к вратам лорда Вайша.

Этим входом в Замок мало кто пользовался. Обычно приезжие двигались по мягко поднимающемуся плато равнины Бомбифэйла до Большого Мордина, а потом по окаймленному цветами десятимильному Большому Калинтэйнскому тракту подъезжали к главным воротам Замка возле площади Дизимаула.

Но сегодня кто-то определенно приближался по северо-западной дороге: небольшая группа из четырех парящих экипажей двигалась медленно, а возглавляло процессию чрезвычайно странное сооружение. Настолько странное и удивительное, что, когда процессия показалась на извилистой дороге в семи-восьми милях ниже врат Вайша, молодой командир стражников, исполнявший скучные обязанности по их охране, ахнул от изумления, . Несколько секунд он стоял, не веря собственным глазам. Громадная платформа причудливой древней конструкции занимала всю ширину тракта Стиамота, от обочины до обочины, а на ней, окруженные со всех сторон текучей, переливающейся стеной холодного, белого, пульсирующего света, смутно виднелись чудовища, полускрытые этим щитом ослепительной яркости…

Командиру стражников у врат Вайша было двадцать лет, он родился в Амблеморне, у подножия Замковой горы, и полученное им военное образование не подготовило его к ситуации, даже отдаленно напоминающей эту. Он повернулся к своему помощнику, парню из города Пендивэйна, стоящего на равнине в долине Глэйдж.

— Кто сегодня дежурит из начальства?

— Акбалик.

— Найди его, быстро. Скажи, что срочно необходимо его присутствие.

Парень побежал в город. Но найти кого-либо в бесконечном лабиринте Замка было совсем не легкой задачей, даже если речь шла о дежурном офицере, которому положено находиться в пределах досягаемости. Прошло около получаса, прежде чем парень вернулся вместе с Акбаликом. К этому времени платформа въехала на просторную, посыпанную гравием площадку перед вратами Вайша. Три сопровождавших ее экипажа остановились рядом, и командир стражи из Амблеморна попал в чрезвычайно щекотливое положение.

Он стоял с обнаженным мечом лицом к лицу с самим прославленным воином Гиялорисом, Великим адмиралом королевства. Полдюжины воинов с мрачными лицами, спутников Гиялориса, выстроились у него за спиной и замерли, готовые к атаке.

Акбалик, племянник принца Сирифорна и человек, пользующийся всеобщим уважением за здравый смысл и уравновешенность, быстро оценил ситуацию. Не моргнув и глазом при виде груза на платформе, он отрывисто приказал командиру стражников:

— Можешь опустить оружие, Мибикихур. Разве ты не узнал адмирала Гиялориса?

— Все знают лорда Гиялориса, мой господин. Но посмотрите, что он привез! У него нет разрешения на ввоз дикий зверей в Замок. Даже лорду Гиялорису необходимо получить разрешение, прежде чем он въедет в ворота с таким грузом!

Спокойные серые глаза Акбалика оглядели платформу — такой огромной он еще не видел. Как никогда не видел и тех созданий, которых на ней привезли.

Вытащить их наружу будет трудно, так как их удерживало внутри нечто вроде энергетической завесы, которая полностью охватывала платформу. Эта завеса походила на вырастающее из-под земли полотно из молний, но молнии эти сверкали без остановки. Акбалику показалось, что внутренние энергетические стены поменьше отделяли тварей друг от друга. А сами создания… какие-то отвратительные, уродливые чудища!

Гиялорис, казалось, был в страшном гневе. Он стоял, сжав кулаки, мощные мышцы на его руках и плечах ходуном ходили от сдерживаемой силы, а выражение ярости на его лице способно было расплавить скалы.

— Где Септах Мелайн, Акбалик? Я послал предупредить его, чтобы он меня встречал у этих ворот! Почему здесь ты, а не он?

Акбалик невозмутимо ответил:

— Я пришел потому, что меня вызвал стражник, Гиялорис. Мне сказали, что по тракту к Замку приближается платформа с дикими чудовищами. Этим людям не было дано указаний ожидать чего-то подобного, и они хотели узнать, что им делать. Но во имя Повелительницы, Гиялорис, что это за звери?

— Домашние животные для развлечения его величества, — ответил Гиялорис. — Я захватил их для него в Караксе. Больше вас и всех остальных ничего не должно волновать. Септаху Мелайну полагалось встретить меня здесь! Мой груз нужно как следует разместить, и я поручил ему это организовать. Еще раз спрашиваю тебя, Акбалик: где Септах Мелайн?

— Септах Мелайн здесь, — раздался непринужденный, веселый голос воина, как раз в этот момент появившегося у ворот Замка. — Твое послание немного запоздало, Гиялорис, и я по ошибке пошел к парапету Спурифона, а это довольно далеко отсюда. — Он неторопливо вышел из ворот и дружелюбно похлопал Гиялориса по плечу. Потом посмотрел на платформу — И такие звери бегают на свободе в Караксе? — спросил он изумленно. — Вот эти?